Чтение онлайн

— Сильно сомневаюсь, что этот колдун только и ждёт момента, чтобы вновь взять контроль над моим телом. Что-то мне подсказывает, что у него в последнее время и других забот хватает, — продолжила Эллара, отпустив руку Малика.

— Допустим. Но если ты ошибаешься?

— Тогда позволь мне погрузиться в транс, и только после этого сними браслет. А когда я приду в себя, первым делом определи действительно ли это я. Спроси что-нибудь, о чём известно только мне.

Малик сокрушённо вздохнул, а затем кивнул. Пара проследовала в комнату Эллары. Плотно закрыв за собой дверь, девушка села на пол в позе лотоса и прикрыла глаза. Пока его соратница входила в транс, Малик создал вокруг неё светящееся кольцо. Если бы постороннему удалось вновь проникнуть в тело Эллары, то нахождение внутри кольца отняло бы у него часть сил. Само заклинание было довольно слабым и развеять его смог бы даже первокурсник-недоучка. Однако настоящей Элларе не было необходимости снимать заклинание — она могла просто выйти за пределы кольца без малейшего вреда для своего здоровья.

Когда дыхание девушки замедлилось, а грудь перестала вздыматься, Малик приблизился к Элларе, и наклонился. Повинуясь непонятному порыву, дознаватель провёл пальцами по щеке девушки, а затем резко отдёрнул руку назад, будто дотронулся до чего-то горячего. Устыдившись своих действий, и мысленно обозвав себя озабоченным дураком, Малик взял Эллара за руку, и стал снимать браслет, не спуская глаз с её лица. Если бы храмовница внезапно открыла глаза, то это однозначно следовало бы оценить как опасность, но к счастью, ничего подобного не произошло.

Положив снятый браслет на пол, молодой дознаватель сконцентрировался, и попытался отыскать в ауре своей соратницы след от постороннего вмешательства. След был, но до того слабый и нечёткий, что Малику пришлось потратить несколько минут, чтобы его найти. Попытавшись выяснить куда этот след ведёт, парень скривился и стиснул зубы. Дознавателю показалось, будто кто-то с размаху воткнул ему в голову вязальную спицу. Несмотря на сильную боль, Малик проявил чудеса выдержки, и прервал поиски лишь после того, как отыскал желаемое.

Помассировав ноющие виски, дознаватель надел браслет обратно на руку Эллары, затем достал из-за пояса кинжал, и приставил его к груди девушки. Открыв глаза, и увидев у своей груди кинжал, храмовница не стала делать резких движений, и пытаться выхватить оружие из руки Малика. Какое-то время они напряжённо смотрели друг другу в глаза, пока дознаватель не спросил:

— Где и когда мы впервые поцеловались?

— Нигде и никогда. Не было этого, — незамедлительно ответила девушка.

Малик с облегчением вздохнул, и убрал кинжал, а Эллара вышла за пределы светящегося круга, который тут же исчез.

— Не знаю где этот колдун будет потом, но сейчас он в Крейнвуде, — сообщил дознаватель необходимую информацию.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Правда он заметил, что кто-то попытался узнать его местонахождение, так что нет никакой гарантии, что…

Эллара подалась вперёд, и поцеловала Малика в щёку. Смущённый парень замолк, не договорив фразу до конца.

— Спасибо. Ты очень мне помог, — поблагодарила храмовница молодого дознавателя.

— Не за что. Надеюсь ты об этом не пожалеешь, — ответил Малик.

Не зная что движет его соратницей, но догадавшись, что она собирается посетить город, находящийся в опасной зоне, Малик предложил составить ей компанию, но получил вежливый отказ. Эллара понимала, что отправляясь в одиночку в Арвест, она очень сильно рискует, но не захотела брать Малика с собой, дабы не подвергать его жизнь опасности. Он хоть и был обученным магом, но, в отличие от неё, совсем не имел реального боевого опыта. Если бы с молодым дознавателем что-нибудь случилось, Эллара себе это никогда бы не простила. Поэтому Малик просто пожелал своей соратнице удачи, и вышел из комнаты.

— А я так надеялся, что тебя сожрали крысы, пока ты гнил в карцере! — раздался позади до боли знакомый противный голос.

Дилан замер, не донеся ложку до рта, а сидевшие рядом с ним заключённые поспешили освободить место, и занять другой стол. Карлос добродушно похлопал Мастерса по плечу, и только после этого уселся на свободное место напротив него. У Дилана моментально пропал аппетит.

— Чего тебе надо? — спокойно осведомился он.

— Ничего особенного. Просто хотел передать привет от Армандо. Ты даже не представляешь как он расстроился, когда узнал, что тебя переводят в другую тюрьму, и что ему не удастся с тобой попрощаться.

— А мне плевать что он думает, — равнодушно бросил Дилан, и как ни в чём ни бывало продолжил трапезу.

Карлос тут же изменился в лице. Неискреннюю улыбку быстро сменила яростная гримаса.

— Зато мне не плевать! Ты ответишь за то, что покалечил моего брата, гринго! — процедил он сквозь зубы.

Дилан лишь равнодушно пожал плечами, и как ни в чём ни бывало продолжил есть. Фургон, который должен был отвезти его, а также ещё двух счастливчиков, в другую тюрьму, уже стоял во дворе, и должен был отправиться в путь через полчаса после окончания завтрака. Поэтому у Карлоса не было ни времени, ни возможности поквитаться с тем, кто покалечил его брата. Разве что в открытую напасть на Дилана прямо в столовой, на глазах у охраны и других заключённых, однако Мастерс был уверен на 99 процентов, что у Карлоса просто не хватит смелости так поступить. Однако мстительный мексиканец не собирался марать руки об Дилана. Ведь за него это должны были сделать другие люди.

— Я навёл справки и узнал, что тебя переводят в тюрьму в Западной Виргинии. Так уж удачно совпало, что буквально на днях туда же перевели и трёх моих кузенов. Они просто без ума от таких как ты, — продолжил Карлос извергать желчь.

— Каких? — спокойно осведомился Дилан, монотонно размазывая кашу по тарелке.

— От стройных голубоглазых белокурых гринго, — Карлос вновь улыбнулся, и эта улыбка была очень похожа на хищный оскал. — Не волнуйся, ублюдок, они тебя не убьют. Ты просто будешь их общей сеньоритой, а через недельку, или даже раньше, сам полезешь в петлю.

К удовольствию Карлоса, во взгляде Мастерса промелькнула растерянность, но исчезла она так же быстро, как и появилась. Новость о том, что по приезду в новую тюрьму его ждёт очередная группа недоброжелателей, едва ли можно было назвать хорошей, однако Дилан воспринял это не как серьёзную угрозу, а как очередной вызов.

— Сначала Армандо, а теперь ещё и эта троица. Скажи мне, но только честно: среди твоих родственников есть нормальные мужики, или одни только злобные педики? — осведомился Дилан, вложив в свой тон максимум презрения.