Чтение онлайн

Он снова споткнулся, вскрикнул от боли и на этот раз выпустил меня. Я нырнула вперед, лицом в грязь, которая уже не была холодной — от нее шел пар. Некогда было считать синяки и ушибы. Я вскочила на ноги и огляделась, ища мистера Густошерста.

Он стоял на четвереньках в грязи, тяжело дыша.

— Беги, — прохрипел он. — Да беги же, девочка!

— Без вас не побегу, — отрезала я и попыталась поднять его. Ко мне подскочила Ирма, она схватила мистера Густошерста за другую руку и закинула ее себе на плечо.

— Вставайте же, мистер Густошерст, пожалуй-

ста, — плакала она. — Прошу вас...

По холму жидкими реками стекал огонь, он перескакивал с кочки на кочку, от куста к кусту. В воздухе грохотал гром.

— Не могу, девчата, — простонал мистер Густошерст. — Лодыжку сломал. Оставьте меня тут.

— Нет! — возразила я. — Ни за что! Тарани, постарайся удержать огонь!

Тарани кивнула, стиснула зубы и, воздев руки, повернулась лицом к огню.

— Корнелия, ты умеешь перемещать предметы. Попробуй передвинуть мистера Густошерста!

Корнелия побелела.

— Но он живой, — сказала она. — Я не сумею переместить живого человека! К тому же у нас нет Сердца Кондракара!

— Тогда передвинь кое-что другое, — предложила Хай Лин. — Подтащи сюда ту телегу, которую мы видели. Я помогу. Сделаю ее полегче.

— Хорошо, — согласилась я. — Действуйте. Притащите ее. Но поскорее.

— Девочки, — заговорил мистер Густошерст голосом одновременно торопливым и усталым.
– Не надо. Оставьте меня здесь. Спасайтесь сами, со мной уже все кончено.

— Прекратите! — я обернулась к нему. — Неужели вы думаете, что я собираюсь предстать перед миссис Густошерсткой и сообщить ей, что мы бросили вас в огне на склоне холма посреди Саламандровой бури? Еще чего! Он испуганно взглянул на меня, как будто не ожидал, что «ягненочек» способен так разговаривать. Он раскрыл рот, потом снова закрыл.

Со скрипом и грохотом к нам подкатилась разбитая телега.

— Получилось! — победоносно вскричала Корнелия. Потом вдруг споткнулась и села на землю, обхватив руками виски. — Ой! Голова болит!

Хай Лин выглядела ненамного лучше нее — бледная, запыхавшаяся. Но у нас не было времени на отдых.

— Тарани! Как дела? — посмотрела я на подругу.

— Поторапливайтесь! — выдавила та сквозь стиснутые зубы, направляя еще один язык пламени прочь от дороги. По ее лицу ручьями тек пот, его капли висели на концах косичек, очки сбились набок.

— Ирма, помоги положить мистера Густошерста на телегу.

— А как быть со сломанным колесом?

Я постаралась прицепить его покрепче. Никакого толку не вышло.

— Придется поддерживать телегу с обеих сторон. Все равно ехать под гору.

Мы подняли мистера Густошерста на ноги. Точнее, только на одну ногу, потому что вторая, сломанная, безжизненно болталась. Опираясь на меня и Ирму, он доковылял до телеги и рухнул на нее.

— Отходим, — сказала я Тарани. — Ирма, можешь ей помочь? Она не может одновременно бороться с огнем и смотреть, куда идет. — Конечно, — сказала Ирма. — Я, может быть, тоже сумею погасить пару костров.

Снова загрохотал гром. Земля у нас под ногами содрогнулась.

— Вовремя мы уходим, — заметила я. — Хай Лин, Корнелия, я понимаю, вы устали, но не могли бы вы помочь держать телегу...

Хай Лин устало кивнула и подошла к телеге. Корнелия все так же сидела на тропе, обхватив голову руками.

— Корнелия!

— Отстань, — простонала она. — Голова раскалывается.

Она выложилась до конца, чтобы подтащить к нам телегу. В ней не осталось ничего - ни сил, ни энергии...

Энергия. Да ведь это же моя стихия!

— Корнелия... Прими от меня подарок.

Она удивленно подняла глаза. Я коснулась ладонями ее лица, почти так же, как когда-то касался меня Дэнни. И передала ей силу.

Потом я коснулась усталого лица Хай Лин. Потом Ирмы. Потом Тарани. Мои плечи ссутулились. В висках запульсировала боль. А Корнелия встала на ноги.

— Зачем ты это сделала? — сказала она. — Теперь мы обе устали.

— Да, — ответила я. — Но только наполовину...

Завывал ветер. Грохотал гром. По холму стекал огонь. Но мы все-таки спустились вниз - все шестеро, целые и необожженные.

Это убежище тоже было всего лишь ямой в склоне холма. Но оно укрывало от града и алых молний. А сырая земля не пропустит пламя внутрь.

У нас не было еды, только одна бутылка теплой воды на всех. Мы поделили ее поровну. И стали ждать.

— Как ваша нога? — спросила я мистера Густошерста.

— Все так же сломана, — проворчал он. — Но ничего, заживет. Благодаря вам. Вы спасли меня. Спасибо, девчата.

Я улыбнулась.

— Не за что. Всегда рады помочь. — И тут я не сумела подавить неожиданный зевок. — Надеюсь, новый случай представится не слишком скоро...

Не помню, уставала ли я когда-нибудь настолько. Грудь болела. Теперь она уже не просто ныла — ее терзала острая, невыносимая боль. Если эта буря не прекратится в ближайшие часы, мне придется... либо идти напролом, либо попросить остальных подержать меня, чтобы я не пошла. Я хотела вернуть Сердце. И не могла больше думать ни о чем другом.

— Что такое Саламандровая буря? — спросила

Ирма. Любопытство оказалось в ней сильнее усталости.

— Буря, которую устраивают саламандры, — ответил мистер Густошерст. — Такое случается, когда они дерутся друг с другом.