Чтение онлайн

– - Если ты знаешь, что Карл сейчас в ребенке, то почему не убьешь его?
– прямо спросил Йозеф.
– Неужели в тебе говорит жалость? Или ты боишься мести со стороны приемного отца?

– - Я не знаю наверняка. В ребенке может быть другая потерянная, озлобленная душа, но вовсе не Карл. Я должен побывать в зазеркалье, чтобы убедится. Если его там нет, значит, он в наследнике.

– - А если он в зеркале, тебе придется вынудить Карла занять физическое тело и только тогда убить его.

– - Да, все верно.

– - Кого же ты предлагаешь в качестве клетки?

– - Нестора, - Тео криво усмехнулся.
– Уверен, что Карл хорошо спрятал в зеркале свое тело, но у меня есть тело его мертвого брата. Я отдал приказ заморозить его - разложение лишь частично затронуло Нестора, но если душа Карла устремится в его тело, то оно умрет практически сразу.

– - А в этом случае Владычица боли признает твои заслуги?

– - Надеюсь на это, - глухо сказал Тео.
– Раз она слышит каждое слово, знает все мысли, пока в нашей груди ее частица, то должна оценить мое стремление угодить ей...

– - И ты считаешь, что я помогу тебе избежать ее посмертного общества?
– в голосе Йозефа послышалась ирония.
– После всего, что я вытерпел по твоей милости?

– - Разве ты не хочешь выбраться отсюда? Если все получится, то мы оба будем в безопасности. Каратели оставят нас в покое.

– - Ах, какое блестящее будущее...
– Йозеф осторожно облизал разбитую губу.
– Тебе будет нужен медиум. Девчонка с тобой?

– - Да.

– - И почему я не удивлен...
– Он уронил голову на грудь и вздохнул.
– Я догадывался, что ты... Это ведь все из-за нее?

– - Частично, - признал Тео.

– - Тебе нужно было сказать прямо. Я бы понял.

– - Я не собирался водить тебя за нос!
– воскликнул Тео и осекся.
– Йозеф, - он склонился над ним, - я знаю, что мне не вернуть твое расположение, но позволь хотя бы исправить причиненный вред.

– - Тебе придется доверить мне свою жизнь, - призыватель с вызовом посмотрел на него.- Не боишься, что я оставлю тебя в зеркале навечно?

– - Если ты это сделаешь, то...
– Тео пожал плечами.
– Обречешь меня на невероятные страдания. Ты хочешь этого?

– - Как знать...
– уклончиво ответил маг.
– Освободи меня и проверь.

– - У меня нет ключа. Он у начальника смены.

– - Тео... Никогда не поверю, что такой искусный умелец, создавший уникальный протез, является никудышным слесарем. Думаешь, я не знаю, как ты ускользнул? Подделал ключ от кабинета Карла, шагнул в потайной ход, и прощай милый друг Йозеф... Ах, нет, ты ведь даже не попрощался.
– В его голосе за напускным спокойствием сквозили злоба и обида одновременно.

– - У меня нет инструментов, - развел руками чернокнижник.
– Проще попросить ключ.

– - Не сомневаюсь, что тебе его дадут. Теперь ты можешь дергать императора за ниточки - ведь он в ловушке. Самозванец - раз, окружен предателями в белом - два, сотрудничает с черным магом - три! Этого хватит, чтобы затянуть удавку на его шее.

– - Похоже, тебя совсем не удивляет то, что творится в правящей семье. Ты знал?

– - Нет, но это рано или поздно должно было случится. Если копнуть поглубже, то подобные истории появляются каждые несколько столетий.

– - Йозеф...
– чернокнижник шагнул к выходу и вопросительно посмотрел на друга.

– - Иди, - разрешил тот.
– В моем возрасте сырость убивает быстрее, чем разочарование.

Тео вздохнул с облегчением. Нужно было поговорить с начальником смены. Только бы не ошибиться в Йозефе. От того, насколько сильно призыватель привязан к нему, зависел успех всего дела.

Император не хотел оставлять наследника престола в обществе двух черных магов, один из которых якобы отрекся от темного прошлого, а второй и не думал этого делать, но Тео отказался начинать ритуал в его присутствии.

– - Хорошо, - Его Величество бросил быстрый, полный беспокойства взгляд на корзинку с ребенком.
– Оставляю вас. Учтите, вы не покинете эти стены, пока мальчик снова не станет сам собой.

– - Я не дам никаких гарантий, - сухо заметил Йозеф.
– Их никто не даст.

Он не стал надевать маску, чтобы раны на лице быстрее зажили. Его уродство, выставленное на показ, было вызовом всему миру. Он испытывал особое извращенное удовольствие стоя рядом с императором - таким чистым и аккуратным. Император предпочитал общаться с Тео, игнорируя нераскаявшегося, упорствующего мага, но Йозефа это нисколько не беспокоило, ведь он знал, что каждое его слово будет услышано.

Тяжелые темные двери из моренного дуба закрылись, послышалось шуршание засова. В зале, расположенном на нижнем ярусе дворца, когда-то располагался погреб, затем пыточная для особых случаев, но предок герцога перенес ее в казематы, поэтому долгие годы здешние залы пустовали. Когда Йозеф узнал, что совсем рядом находится бывавшая пыточная, он настоял, чтобы туда перенесли зеркала. Отголоски прежних страданий должны были облегчить им работу.

Зеркала закрепили, поставив друг напротив друга с расчетом, чтобы между ними мог пройти человек. За зеркалами на ручной тележке стоял ящик, в котором лежало тело Нестора, переложенное кусками льда из погреба и соломой. Он все еще был частично жив, об этом свидетельствовало дрожание век и редкие всхлипы, вырывавшиеся из груди. Элейс, которой было не по себе от этого, старалась не приближаться к ящику. Чтобы отвлечься, она взяла на руки малыша. Кто бы сейчас ни был в его теле, ничто человеческое ему не было чуждо. Ребенок потянулся к ней и с видимым удовольствием прижался, уткнувшись в теплую шею.

– - Ты когда-нибудь делал подобное?
– спросил Йозеф, неспешно переодеваясь в просторную мантию.

Его тело покрывали многочисленные повязки, поэтому он избегал резких движений из опасения сорвать их.

– - Нет, конечно... Только читал.

– - Еще бы! Это же твоя работа. Читать и ничего больше...

– - Неужели я слышу иронию?

– - Нет, что ты... Известный факт - чернокнижники теоретики, а не практики. Это ученые, которых не интересует ничего, кроме книг.

Элейс с опаской покосилась в его сторону. В обществе Тео она могла не бояться призывателя, но кто мог знать, что ждать от мага, который тщательно прятал свои мысли. Йозеф сразу же предупредил, что если она попробует копаться в его голове, то об этом пожалеет. Он не скрывал неприязни к девушке, но в его положении было бы странно ожидать иного. Тем более, что Йозеф так и не простил Тео, разговаривал с ним подчеркнуто холодно или язвительно.