Чтение онлайн

— Я слечу и подниму его сюда, — сказал командир. — Так быстрее.

Судя по отголоскам возобновившегося сражения, нам и вправду стоило поторапливаться. Лягух Некро потыкал посохом расшатанные кирпичи, которые мы только что осторожно преодолели. Вставил в щель его конец и зверски надавил. Посох выдержал, зато целый пласт черепицы, обрешетки, кирпичей ухнул вниз с характерным грохотом. Теперь зомби были отрезаны от нас, а мы — от лестниц.

— Ловко ты, — поднял большой палец Манул. Некро расплылся в широченной улыбке и тут же шлепнулся на четвереньки. Потому что борт воздушного корабля, столкнувшись с широкой стеной апсиды, вызвал очередной камнепад.

Мы посыпались на палубу, и тут же корабль пошел по дуге, забирая вверх, но на хорах спасать уже было некого.

— Печалька, — пробормотала воровка-рога в кожаной куртке с уймой ремешков и кармашков и засунула обратно за пояс парные кинжалы, похожие на серпы. — Пойду-ка присмотрюсь, как тут что.

— Как тут лут на команду делится? Командир решает, всем поровну или от вклада? — поскреб затылок Манул.

— У командира и спроси. Я не обратила внимания.

Пока я припоминала сложную схему дележки добычи на пиратских кораблях, рога распустила шнуровку куртки, вывалив на обозрение роскошную грудь, едва прикрытую голубой полоской блузки. У меня забрезжило смутное воспоминание.

— Надья, это ты?

— Я Коза! — отозвалась девица возмущенно. Повертела головой: — Мальчики, вы же не обидитесь, если мелочевка по случайности у меня в кармашках затеряется?

«Мальчики» пялились и исходили слюной, не в состоянии ответить. Лесовей достал гребешок и стал нервно причесывать бело-соломенную гриву.

— Я не мальчик. А крысятничать нехорошо, — пробурчала я, сверля Козу глазами и подозревая, что еще немного ее весомого обаяния — и придется мне искать другого напарника.

— А можно вопрос? — вежливо подняла я руку. — Ты когда бегаешь, они тебя не перевешивают?

Коза надулась. И тут отмер Некро:

— Мы не обидимся. Ну а ты кричи, если что. Если успеешь.

Манул отвел глаза от притягательных деталей козьего экстерьера, словно его расколдовали.

— «А последними его словами было — давайте разделимся».

— Тьфу на вас, — обиженно сказала Коза, теряя к нам интерес.

— Вообще-то мысль хорошая — тут все обшарить, — Некро провел лапой над пожеванным подолом, под наши с Манулом восторженные вздохи вернув мантии парадный вид. — Мины в своем корабле красные вряд ли наставили, но по огненному шару перед собой в помещения я бы запустил.

Я подняла голову. Парус был туго натянут ветром, корабль на хорошей скорости летел на северо-запад, к нашим родовым землям. Надо будет Финисту потом хоть спасибо сказать. Я поправила венец на шлеме:

— Ладно, пошли.

Мы обыскали трюм с гамаками, матросскими сундучками и закрепленными у портов баллистами. Большинство вещей оказалось статикой, тюками и ящиками, которые стояли в трюме исключительно для антуража, без возможности пошарить внутри. В сундучках тоже было пусто. Имелись еще корзины с запасом провизии — так себе на вид. Но кое-что мы оттуда все-таки взяли, немного, чтобы не перегружаться.

Налюбовались на офицерскую каюту на корме — невероятно пышную, но унести оттуда можно было разве что серебряную посуду и подсвечники. Мы уже собирались уходить, когда Некро шлепнулся, зацепив ластой завернутый половичок. Лягух встал, ругаясь, но ругань тут же сменилась восторженным воплем.

Люк в каюте мог вести к спрятанным сокровищам. Ну, или к какой-либо бяке. Так что, поднимая за массивное кольцо крышку, мы были готовы к чему угодно. Огненный шар Некро швырять туда все-таки не стал, зажег и запустил зеленоватый магический огонек.

Камера внизу здорово контрастировала с роскошью каюты. Покрытые плесенью, источенные шашелем стенки. Грязная солома в углу. Огрызки. Миска с субстанцией, по которой не определишь, каша это была когда-то или суп. Осколки глиняного кувшина, смятая оловянная кружка. Пара мослов и сюрприз — скелет, прикованный к стене. Между ребрами торчал тусклый осколок: насколько я помнила — часть управляющего кристалла воздушного корабля. Что он тут делает?

Ни поясняющих табличек, ни предчувствий, но я все же решила проверить.

— Боу, куда ты?

Манул и Некро не сиганули, а спустились по хлипкой лесенке. В камере стало тесно. Я завладела осколком, скелет рассыпался. Ничего не взорвалось, надписи не появились, и я отбросила бесполезную хрусталинку.

Некро брезгливо пощупал лапой доски, чмыхнул:

— Пошли уже отсюда.

И тут же мы подпрыгнули, услыхав стон. Он доносился издалека, замогильный — словно кто-то где-то испускал дух. Ну, или уже.

Волосы встали дыбом. Я схватилась за нож. Некро протолкнул светящийся шарик между гнилыми ступеньками. Оказалось, там имеется небольшой проем в подпалубное пространство — тянущееся вдоль киля далеко вперед. Я пролезла туда и оказалась по щиколотку в воде — вот привет, что за ляп! Корабль-то воздушный.

Пощупав темное зеркало ногой, я убедилась, что это не вода, а скорее желатин, патока, загустевшая, но не засохшая кровь — в общем, что-то такое, происхождение чего знать не хотелось. Я посмотрела на Манула, он на меня.

— Ихор. Офигеть, — и полез в сумку за лопаткой и бутылкой.

— Круто, — Некро пошлепал вперед, без малейшей брезгливости наступая босыми ступнями на лужи и пятна. А поскольку ему с той причины ничего не было, я пошла следом, стараясь все же беречь сапоги.

Пролезая в отверстие, мы пригнулись, но и дальше выпрямиться толком не смогли: мешали доски над головой. Через щели между ними сюда проникал какой-то свет, а со свежим воздухом было похуже: он застоялся, пропитался зловонием. Кажется, огонь тут лучше не зажигать — рванет ко всем чертям. Я на время даже забыла, что это игра, и почувствовала острый приступ клаустрофобии. Но Некро уходил вперед, а от проема меня отделял Манул, и позорно убежать не получилось.

Стон раздался еще раз, намного ближе.

Судя по всему, мы прошли корабль насквозь, от кормы до носа. Пролезли в очередной проем и наконец смогли выпрямиться. Магический огонек Некро высветил для нас еще один люк в досках над головой. И прикованного к бортам за руки, ноги и пояс непися в жутком вонючем рванье. Лицо закрывали спутанные, полуседые космы. Кожа, выглядывающая из-под лохмотьев, была вся в волдырях, сочащихся сукровицей. Незнакомец был грязен, невероятно тощ. И явно на последнем издыхании.