Секс-пуля
Шрифт:
– Я позову охрану, – выдавила испуганно Лизочка.
– Не надо, – одернула Дарья. – Иди домой, завтра созвонимся.
– Как скажешь. – Подруга быстро поднялась и ушла, оставив Дарью наедине с мужчиной неинтеллигентного вида.
Он сел на место Лизочки, отставил ее тарелку в сторону и положил большие крепкие ладони на стол.
На правом среднем пальце Дарья увидела золотую массивную печатку – ничего особенного, просто весит она много, соответственно и стоит.
– Ты та самая?
Она посмотрела на него, не зная, чего ожидать дальше, если с самого начала задают неопределенные вопросы.
Знакомо: вначале тебе мотают нервы и лишь затем говорят о сути.
– Ты о чем? – Она через силу заставила себя есть и продолжать трапезу, не обращая внимания на его наглое поведение.
– О том мужике, которого ты выбросила из окна.
Кусок едва не застрял у нее в горле, она поспешила протянуть руку за водичкой, чтобы не было проблем с проглатыванием пищи.
«Подумать только! В один и тот же день ей задают одни и те же вопросы и менты, и какие-то здоровые лбы, и ни тех, ни других она раньше никогда не видела».
– Вежливые господа представляются в начале разговора, – напомнила Дарья своему собеседнику.
– Валера, – не смутившись, произнес он. – Так как насчет мужика? За что ты его?
– Никого я не спихивала, оставь меня, Валерик, в покое.
– Поехали, – скомандовал он, поднимаясь, – и не вздумай дергаться. Рожу попорчу.
Протестовать и сопротивляться в таких случаях можно, но это если здоровья много. А если у вашего собеседника его больше и он не один?
– Мы можем и здесь поговорить. Я расскажу все, что ты хочешь.
– Боишься, – он показал белые здоровые зубы и сел на место. – Правильно делаешь. Значит, сейчас ты мне все расскажешь. Или я ошибаюсь?
Дарья понимала, что перед ней не сотрудник милиции, и закон ему руки и другие части мужского тела не сковывает.
– Хорошо, спрашивайте.
– Вот я и спрашиваю: зачем ты его из окна выпихнула?
Дарья больше не пыталась ковыряться в тарелке.
– Послушай, я спала и ничего не видела.
– Ничего не видела, ничего не знаю! Так дело не пойдет. Мне что, придется тебя затрахать до смерти, чтобы ты мне все рассказала? Вон ребята у двери стоят, они в случае чего с удовольствием помогут.
Дарья на свой шкуре испытала, что такое групповое изнасилование, и заново проходить пройденное ей не хотелось.
– Но я на самом деле не могу вам ничего сказать.
– Сколько ты взяла с него? – наконец задал легкий вопрос Валера.
– Шестьсот, – не рискнула врать Дарья.
Она понимала, что некто вложил ее с потрохами и ментам, и быкам, но кто? Как ее в один день нашли и те, и другие? Совпадение? Может, и так.
– Хорошо живешь, наверное.
– Не жалуюсь. Лишних приключений не ищу.
– Ты забыла добавить: «на свою жопу», но это не важно. Он жаловался тебе на жизнь?
– Нет.
– Он говорил, что теперь у него много денег?
– Нет.
– «Нет, нет», – передразнил он, – так дело не пойдет. Может, все-таки съездим, а? Я тебя быстро в порядок приведу, ты мне все расскажешь.
– Я дала подписку о невыезде.
– Что? – он подпрыгнул на стуле, затем слегка перегнулся к ней через стол. – У тебя были менты?
– Сегодня приходил один. Заставил расписаться и ушел.
– Что ты ему рассказала?
– Да ничего, ничего я не знаю.
– Про джип говорила что-нибудь?
И это им известно! Товарищ старший лейтенант ни о чем таком и не обмолвился.
– Ни о каких машинах мент не спрашивал. А сама я лишний раз рот не разеваю.
– Врешь ты все, да, Даша? Все ты знаешь.
Таких тупых по жизни она еще не встречала.
– Слушай, отстань, а? Дай пожрать спокойно.
– О, зачем так грубо, грубить – моя привилегия. – Он встал, схватил ее за плечо, буквально выдернул из-за стола и повел к двери.
Она больше не упиралась, только забрала в гардеробе шубу, после чего позволила усадить себя в «БМВ» и везти в неизвестном направлении.
За руль сел один из тех, кто стоял у двери, крепыш с бычьей шеей, другой, пожиже, со здоровенным шрамом на щеке, сел рядом с ним, а Валера уселся с ней на заднее сиденье.
Она, естественно, промолчала, что приехала в казино на своей «девятке», не ровен час еще машину отожмут, а так как по жизни она сама себе голова, заступаться за нее будет некому.
Катили недолго. Она не удивлялась уже ничему, хотя бы тому, что Валера принялся ее щупать. Сидела тихо, не пискнула, даже когда туда полез. Осталась холодной, как ледышка, и вскоре он сам отстал. Понял, что его не жалуют.
Подвезли к ее собственному дому, только подъездом ошиблись. На поверку оказалось, что подъехали абсолютно верно, оказывается, она купила себе квартиру в том же доме, что у Валеры.
Люди с туманным настоящим завели ее в двухкомнатную квартиру на шестом этаже, посадили на диванчик на кухне.
Водила и парень со шрамом вышли, оставив Дарью со старшим наедине.
Он сел перед ней на табурет, положил одну ногу на другую и скрестил на колене пальцы рук.
– Говорить будем?
Дарья ужасно нервничала. Могут ведь не только изнасиловать, могут и здоровья лишить. На коленях у нее лежала сумочка, которую пока не удосужились отыскать, там был баллончик со слезоточивым газом, но поможет он или нет – неизвестно. Слишком много народу придется зараз потравить.
Она опустила глаза вниз на сумочку, и этого оказалось достаточно для того, чтобы он выхватил сумочку из рук и вытряхнул все содержимое на стол.