Секс-пуля
Шрифт:
– Не надо философствовать. Что это за деньги?
– Девка все придумала.
Валера не стал молчать.
– Что ты, гнилушка, мразь поганая, отнекиваешься?
Майор был вынужден распорядиться, чтобы Лоткова увели.
– Итак, что за деньги?
– Сколько мне скостят?
– Может, полгода, может, год, два, пять.
– Ничего себе, разброс у вас. Знаете, у меня что-то голова разболелась, можно мне отдохнуть? Всю ночь не спал.
Грегор пошел навстречу.
– Полчаса перерыв. Больше дать не могу. Собирайтесь с мыслями. Вот вам бумага, вот ручка. Пишите сочинение: «Как мог разбогатеть Ковальчук».
Когда майор остался с Дарьей наедине, он сообщил ей: баллистическая экспертиза установила, что Розанова убили именно из той винтовки, которую нашли у Фролова. Пистолет «ПМ» чист, так что вопрос об убийце Коробова и Заводина остается открытым.
– Можно мне поговорить с Фроловым один на один? – спросила Дарья. – Он вроде в соседней комнате.
– Зачем?
– Хочу узнать, откуда такие скоты берутся.
– Хитришь. Ладно. Будет по-твоему. Надеюсь, мне с этого тоже что-нибудь перепадет.
Она подошла к нему и поцеловала в небритую щеку.
– Обязательно.
В целях разумной безопасности одну руку Фролова приковали к батарее, после чего из комнаты вышел сержант, и Дарья осталась с задержанным наедине.
– Уже соскучилась по моему красавцу? – Фролов оскалился. – Иди сюда, у меня последний шанс.
– Не надо так плохо обо мне думать.
Она взяла со стола лист бумаги и написала на нем.
«Хочешь быстро выйти отсюда? Я заберу все свои заявления».
– Я очень хорошего мнения о тебе как о женщине.
На бумаге появился ответ.
«Не верю».
Она забрала листок с собой и поднялась, но он поспешил жестом остановить ее.
«Что за деньги?»
«Частичная проплата за муку».
Совместно разработанная ею и Шустриковым версия оказалась верной. Приятно было осознавать это.
– Как же ты мог мною попользоваться?
«?»
«Деньги Волокуши».
– Да так и мог. Случай представился.
«Как переправляли?»
«В "Ниссане".
– Ты скотина.
– А ты давалка.
«Много?»
«200.000».
«Где сейчас деньги?»
Фролов замотал головой.
– Не капризничай, давай еще разок.
«Мне нужна наводка».
Он отрицательно покачал головой.
– Если ты будешь и дальше так со мной разговаривать, я оболью тебя грязью с ног до головы, придумаю то, чего не было, и тебе накрутят выше крыши.
«Барин не любит Волокова. Рынок Владленовский.
– Прощай, маленький засранец.
Она видела в глазах Фролова надежду, и это играло в его пользу.
Не забыв поблагодарить майора за предоставленную возможность пообщаться с задержанным, Дарья попрощалась и поспешила убраться из отделения.
Шавка замахала руками.
– У него люди. Нельзя.
Данилова замерла посреди приемной, покачала головой.
– Ай-яй-яй, что же мне теперь делать? – В следующую секунду она входила в кабинет.
Напротив Шустрикова, развалившись в деловом креслице, сидел Волоков. Лысый курил, вследствие чего воздух в кабинете был загажен основательно.
– Вот и Дарья, – Виталий Алексеевич заулыбался. – Ну как там, Фролов рассказал что-нибудь о деньгах?
– Здравствуйте, – обозначилась Данилова.
Волокуша кивнул в ответ головой.
– У меня такое ощущение, что вы знаете больше меня. – Она села в свободное креслице, не зная, стоит ли ей вообще что-нибудь рассказывать. Похоже, толстосумы кооперируются. Один пришел к другому за помощью. – Валера признался в том, что убил Розанова. В том, что он стрелял в ту ночь, и в том, что залез ко мне в квартиру.
– Надо же, – вымолвил Волоков, – знаешь человека, живешь с ним, можно сказать, бок о бок, поддерживаешь его, а он оказывается нестабильным мудаком, который одним выстрелом приносит убытков на тысячи долларов. Его там надолго посадят, не выяснили?
Дарья пожала плечами.
– Лет десять.
– Так что с деньгами? – Шустриков вернулся к главной теме. – Мы здесь устали гадать.
– Фролов ничего не сказал, я была на допросе.
Волоков затушил сигарету, попрощался и вышел.
Виталий Алексеевич долго смотрел на закрывшуюся дверь, после чего тяжело вздохнул и попытался синтезировать на уставшем лице улыбку.
– Приходил справиться о денежках, мудачок. Не поверишь, все рассказал, все.
Дарья приготовилась слушать.
– О, я смотрю, ты хочешь получить от меня информацию. Придется отдать пять процентов.
– Это несправедливо. Я все утро проторчала в ментовке. Да, в конце концов я выследила этого коротышку с большим органом.
– Перейду к докладу. Нравишься ты мне, Дарья.
– Это тема выступления?
– Нет. Эпиграф. Волокуша заявился ко мне, узнав, что без моего участия не обошлось. Официально он не расстроился в связи с тем, что были задержаны люди, с которыми он тесно работал. Что он там на самом деле думает, неизвестно.
Пообещал отдать половину, если я помогу найти деньги. Ему сейчас очень тяжело. И любая сумма в радость. Банки отказывают в кредитах. Его бизнес медленно умирает. Но, насколько я осведомлен, концы с концами он все равно сведет, только на месте солидной фирмы будет небольшая частная лавочка.