Чтение онлайн

«Может, в этом есть что-то ненормальное, когда человек восстанавливает силы, слушая упреки в свой адрес, – думала она, выезжая на очищенный от снега проспект. – А может, все дело в характере? Одни ломаются даже под небольшим потоком критики, другие становятся еще сильнее, чем были. Они будто знают, что им потребуется еще много сил и много терпения для того, чтобы добиться тех целей, которые поставила перед ними жизнь».

«Куда же подевался Шустриков?» – Она сидела на незаправленной кровати в шерстяном костюме и крутила в руках телефонную трубку. По известным ей номерам ни до Виталия Алексеевича, ни до кого-либо еще дозвониться не удалось. Приходилось подолгу слушать гудки.

Вчера ей преподали хороший урок. Красивая молодая женщина, сующаяся в сферу больших денег и соответственно крутых разборок, должна быть готова ко всему. В том числе и к изнасилованию. Но она птичка стреляная, она это переживет. Куча баксов с лихвой компенсирует ее моральные и физические издержки.

«Ну где же Шустриков, черт возьми? Мог бы и позвонить! Мы вроде как партнеры, к тому же он собирался заполучить меня к себе в постель или уже не хочет? Одни ждут, другие сами берут. Жестокий реализм».

Из вчерашнего она не вынесла ничего, кроме собственного унижения. Ни имен, ни фамилий, ни кличек.

Впрочем, одну кличку она знает, ее обронил Валера, который по жуткому стечению обстоятельств живет с ней в одном доме. Не зайти ли в гости?

Второй раз нажимать на звонок не пришлось. Он резко распахнул дверь.

– Привет, – стоит в одних семейных трусах и с полотенцем на шее. Здоровый мужик.

– У тебя тепло в квартире? – Дарья перешагнула через порог.

Он втянул через нос воздух и скрестил руки на груди.

– Не распаляйся, – предупредила она, – я к тебе по делу.

Валера надулся еще больше.

– Я внимательно слушаю.

Она закрыла за собой дверь и только после этого поинтересовалась:

– Чем занимался Антон Ильич по кличке Технарь?

– Ну ты, ебть, как в справочную обратилась.

Нахмурившись, он сообщил, что еще не брился и не чистил зубы.

Пили кофе с бутербродами. От яичницы отказалась.

– Ну да, холестерин, – согласился гоблин, накладывая себе на тарелку глазунью из шести яиц. – Береги здоровье.

– Ты не расскажешь про Технаря?

– И какой же у тебя к этому делу интерес?

– Личный.

Он поддел на вилку кусок яичницы.

– В это трудно не поверить, если учесть, что человек, с которым ты спала, выбросился из окна, а другого, покруче, я имею в виду Розанова, с которым ты тоже лазила, подстрелили. Мужики вокруг тебя просто дохнут!

Голос его был мрачен, несмотря на то, что день только начинался.

Если у вас с утра дурное настроение – есть шансы к вечеру испортить его всем, с кем вам придется общаться.

– Я не виновата.

– Девочки, которые ни в чем не виноваты, сидят рядом с мамами дома и смотрят латиноамериканские мыльные оперы.

– Мне удалось избежать зомбирования.

– Похвально. Знаешь, почему я тебя впустил, девочка? Потому что ты не стучишь. Если бы ко мне на следующий день нагрянули менты, ты уже волновалась бы по поводу того, где достать лекарства для восстановления пошатнувшегося здоровья, а не бегала и не выспрашивала о некоем Технаре. Почему я должен делиться с тобой информацией, обладая которой ты сможешь если не засадить меня, то уж наверняка попортить кровь?

– Я также хотела бы узнать, как вы вышли на меня?

– О! – воскликнул он, подпрыгивая на стуле. – А какой длины у меня болванчик, ты не хочешь узнать, детка?

Затиликал сотовый.

Она поспешила ответить «да». Голос Шустрикова был спокойным.

– Привет, Даша, чем занимаешься?

– Перезвони через десять минут, – небрежно бросила она, не намереваясь показывать Валере, что звонит человек, очень и очень ее интересующий. – Я пойду, – она поднялась из-за стола, – спасибо за кофе.

– Если тебе просто захочется, заходи вечером, я приглашаю. – Он поднялся следом и пошел провожать ее до двери.

– Непременно, – бросила Дарья.

Следующего звонка Шустрикова она ждала в машине долгих полчаса.

– Извини, я не могла говорить, – первым делом произнесла она, заглаживая вину за небрежный тон. – Куда ты пропал?

– Надо встретиться. Дорогу в Колодцево не забыла?

– Нет.

– Тогда там и увидимся через два часа.

Он попросил ее о встрече. Отлично. Значит, заинтересован.

Заправившись, снова поехала к отставному генералу. Только пить она ничего, кроме чая, больше не будет.

Дом пенсионера от МВД встретил ее теплом и чистотой. Дарья Ивановна защебетала о том, что рада видеть свою тезку, и тут же позвала за стол.

– А из мужчин никого?

– Скоро приедут. Уже доложились по телефону. После чая, я надеюсь, ты поможешь мне на кухне?

– Можно и без чая обойтись. Командуйте, я к этому привыкшая, – сообщила Дарья, невольно сравнивая Дарью Ивановну с Ниной Ивановной.

Внедорожник остановился у крыльца только через час. Из машины вышли трое – Дарья смотрела на происходящее сквозь висящий на окне тюль, – двоих она знала, это были генерал и Шустриков. С ними был и мужчина помоложе. Лет сорока. Широк в плечах. Невысок. Судя по цвету волос на висках – брюнет. Взгляд цепкий, уравновешенный. «Прощупал» «жигуленок» Дарьи, пробежал по окнам, Данилова невольно отпрянула, затем сообразила, что видеть ее он не может.

Мужчины вошли в дом. Поздоровались с хозяйкой и с гостьей. Тот, кого она видела в первый раз, удивил плавностью движений и аурой железобетонного спокойствия.