Чтение онлайн

Себ взял в руки рычаг управления, и курком расположенным на нем привел 'верблюда в движение'. Команда ощетинившись во все стороны стволами пошла с одинаковой скоростью с телегой.

'Туман' редел, и вскоре закончился совсем. Мир, называемый Сибирью, лежал перед ними в лучах закатного солнца. Красный отсвет играл по поверхности искрящейся сферы 'тумана'. Впереди, черным рельефом, как в театре теней, возвышались верхушки вековых сосен. Себ сразу уловил ностальгический аромат чистого лесного воздуха.

Тарахтящий двухтактным мотором, 'верблюд' двигался вперед. Точка рандеву находилась примерно в трех километрах от места выхода. Там, где действие поля уже не имело силы. 'Верблюд' вез на своем горбу две тонны различного оружия. Две сотни различных стволов, боеприпасы к ним, медицинскую помощь, и прочие необходимые в вооруженном конфликте вещи. То что он грядет никто не сомневался. Правительство, заседающее в Гонолулу, вдруг со всей ясностью осознало, что его власти может придти конец и в очень спешном порядке создало армию, предназначением которой было наведение порядка во всех мирах, готовых поднять бунт.

Сибирь обещала стать полигоном для оттачивания навыков усмирения. Стратегически очень важный мир, питающий остальные миры топливом, населяли люди с обостренным чувством справедливости. Как говорили на курсах подготовки, с каждым годом рядовой житель Сибири обязан был производить все больше, а получать за свой труд все меньше. На языке жителей Гонолулу это называлось оптимизацией, а на языке сибиряков, это называлось рабством.

Первый конфликт произошел, когда руководство одного предприятия попыталось разогнать забастовку силой, получив в ответ удар беспримерной жестокости. Вооруженные чем придется, от булыжников до арматуры, рабочие снесли полицейские кордоны, нашли руководство предприятия и забили многих из них до смерти.

Удачный пример вызвал цепную реакцию, и волна протестов с убийствами руководителей пронеслась по всей Сибири. Это привело к тому, что нефть и газ на некоторое время перестали поступать в верхние миры. Именно это и заставило руководителей Гонолулу задуматься о том, чтобы в дальнейшем такие перебои были невозможны.

Армии, как таковой, в мирах не было нигде. Разделенные на миры, которые в свою очередь были поделены на четверти, общества спокойно управлялись небольшими силами полиции. Поводов кормить лишних, ничего не производящих ртов, пока не возникало.

Разделение населения на миры, с выраженным различием по уровню развития, привело к тому, что люди из самого верхнего мира привыкли к мысли, что в нижних мирах живет их обслуга. Фактически, так это и было. Для этого все и задумывалось. Но жители Гонолулу, как руководители, так и рядовые жители, все больше думали, что люди из нижних миров глупые идиоты, принявшие свою судьбу как данность, абсолютно смирившиеся, и даже где-то благодарные за любые подачки, не дающие им умереть от нищеты. Но ничто так не распрямляет извилины, как сытая и беззаботная жизнь.

Конфликт в Сибири должен был стать началом всеобщего Сопротивления существующему строю, с конечной целью уничтожения генераторов, разделивших планету на небольшие 'пузыри'. Для организации, в которую входил Себастиен, это была проверка готовности к настоящей борьбе.

Так же, как и в мире Себастиена, леса Сибири были полны групп людей разыскиваемых властью. Агенты устанавливали контакты с теми, кто находился в бегах по причине борьбы с властью. Всяческие преступники, насильники и прочие отбросы общества, сколотившие свои банды, понемногу истреблялись новым оружием, дабы не создавать у людей о жителях лесов двоякое мнение.

На подъем, 'верблюд' натужно гудел мотором, грозя заглохнуть. Двое проводников повесили автоматы на плечо и уперлись в борт, помогая технике забраться на небольшую высоту. Себ обрадовался сообразительности товарищей. В какой-то миг ему показалось, что 'верблюд' может заглохнуть и покатиться назад.

За час группа проводников достигла опушки соснового леса. Разведчики успели проверить лесную чащу на пару сотен метров вглубь, и не заметив опасности, сделали знак фонариком. Себ, маневрируя телегой между деревьями, заехал в лес. Товарищи, привычно нарубили мохнатых еловых лап и прикрыли ими 'верблюда'. Оставалось дождаться сибиряков, для которых предназначался груз.

Пока было время, Себастиен предался привычному занятию, собиранию грибов.

– А ты не боишься отравиться?
– Спросил Три Дробь Второй.
– Я слышал, среди них бывают ядовитые?

– Не боюсь, для меня они такие же разные, как для тебя магазин для рабочих и магазин для специалистов.

Три Дробь Два скептически посмотрел на добычу Себа.

– Не переживай, угощу тебя, только после того, как поем сам.
– Себа рассмешил скептицизм товарища.

– А вдруг у тебя иммунитет? Мы же жили раздельно?

Вдалеке раздался условный сигнал, крик совы. Три Дробь Два тут же забыл про грибы и приказал всем занять оборону. После того, как разведчики проверили, что никакой опасности не существует, командир отдал им приказ пропустить прибывших.

Шесть бородатых мужиков, одетых в домотканные рубахи, просторные штаны и короткие сапоги вышли на поляну. С собой они привели двух лошадей, запряженных в телеги. Три Дробь Два видимо, уже имел с ними дела и раньше. Он дал команду 'отбой' и повесив оружие на плечо, вышел к людям.

– Привет, Иван!
– Командир протянул руку бородачу и похлопал его по плечу.

– Привет, Второй!
– Иван повторил те же действия.

Командир перездоровался со всеми бородачами по очереди. Остальные члены команды последовали примеру командира, перездоровавшись со всеми.

– Как обстановка?
– Спросил Три Дробь Два.

Иван помрачнел.

– Вчера из города пришли известия, что на транспортах привезли солдат и технику. Куда их бросят, никто не знает. Может на нас, в лес, а может на бунтующие заводы? Мы попытаемся узнать куда они направляются и устроим им засады, но наши люди говорят, что солдат прибыло очень много, не меньше тысячи и техника с ними бронированная.