Чтение онлайн

– И ты, - великодушно разрешил командир.

– Ура, - тихо констатировала великое достижение Кристина. Уселась рядом с Таней. Покосилась на перепачканного шоколадом пленника, отчего-то выглядевшего подозрительно довольным.

– А о чем вы договорились? – спросила она у Пашки.

– Сейчас всё увидите, - загадочно ответил командир. И полез в люк. Таня, бросив на него взгляд, увидела стремительно бледнеющее напряженное лицо, стиснутые зубы и поняла, что вся Пашкина веселость и оптимизм были показными. Для кого? Для них? Или для пленника? Пашка метнул на неё взгляд и нахмурил брови. Заметил. Таня еле заметно кивнула, давая понять, что не выдаст.

Танк медленно, как бредущий по горячему песку пляжа пресыщенный жизнью турист, покатил обратно к стоявшему среди куполов Охотнику. Остановился и заглушил двигатель, намекая на то, что стоянка будет долгой. Из люка бодро вынырнул Пашка. Достал нож и перерезал скотч, которым пленник был примотан к зенитке. Руки ему освобождать не стал.

– Кристи, будь любезна, помоги спустить товарища Виталика на землю, - вежливо попросил Пашка. Кристина, хоть и немного офигела от подобного обращения, но всё же помогла.

– Таня, ты тоже с нами, - позвал девушку Пашка. Ничего не понимающая Таня медленно слезла с танка и похромала к открытому люку. Ждущий возле лесенки Пашка помог ей подняться по трем невысоким ступенькам, и она, перешагнув узкий порог, оказалась внутрь Охотника. Кристина уже стояла внутри.

– Дамы располагайтесь. Попрошу вас наблюдать, но не мешать, - Пашка показал на передний ряд пассажирских кресел. Девушки проследовали по указанному адресу и приземлились в мягкие сиденья. Следом в Охотник вошел Зипка и встал с автоматом в дверях, невозмутимо разглядывая обстановку.

Таня с любопытством осмотрелась вокруг. Действительно, изнутри Чужой очень смахивал на пассажирский самолет, правда, без иллюминаторов. Даже у пилотов вместо лобового стекла был широкий закругленный экран, во всю ширину салона. Четыре ряда сдвоенных кресел, просторный проход сбоку. Какие-то приборы и щитки на стенах. Все было каким-то незнакомым и вместе с тем… привычным. Даже широкие удобные кресла, причем удобные для людей, многое сказали ей.

Пашка тем временем усадил Чужого на место пилота. Сам сел рядом.

– Давай, учи, - сказал он Чужому.

– Нужен ключ, - сказал Чужой, кивая в сторону пульта. Пашка достал из нагрудного кармана странную штуковину, похожую на ручку от отвертки и вставил её в отверстие на пульте. Охотник ожил. Замигали на пульте лампочки, включился экран, на котором появилось изображение с панорамой впереди корабля. Поверх картинки мелькали какие-то надписи и пиктограммы. И опять всё было привычным. Как будто не инопланетная техника, а наша, земная, только из будущего. Таня забегала глазами по сторонам, пораженная своей догадкой. Напрягла зрение, пытаясь разглядеть надписи на экране. Нет, символы незнакомые. Хотя явно различались буквы, складывающие в слова. Что ж. И то хлеб.

– Это старый транспорт, - тем временем говорил Пашке Чужой: - Такой используется только такой как я.

– А ты какой? – немедленно спросил Пашка.

– Низший. Техник, - ответил Чужой. Он постоянно останавливался, словно вспоминая или подбирая слова.

– Виталик, ты мне мозг не парь, - сурово посмотрел на Чужого Пашка, заставляя того поежится под взглядом.

– Я говорю, как есть. Одень мне на голову обруч, - сказал «Виталик».

– Какой? Этот? – Пашка взял с пульта лежавший там черный обруч с утолщением на одной из сторон.

– Да, - ответил Чужой. В его голосе Тане почудилось какое-то нетерпение. Она хотела было предупредить Пашку, но почувствовала, как Кристина изо всех сил сжала её руку.

– Блямбой вперед? – спросил Пашка, наклоняясь с обручем к Чужому.

– Да, - коротко ответил «Виталик». Нетерпение в его голосе уже было явно различимо. Кристина сильнее сжала руку Тани, безжалостно впиваясь когтями.

Пашка занес руки с обручем над головой Чужого, и вдруг резко отнял одну руку, убирая обруч прочь, а другой зарядил Чужому ребром ладони по уху.

– Ой, рука соскользнула, - расстроенно произнес командир. Бережно положил обруч обратно на пульт и повернулся к Чужому. Покосился на шумно выдохнувших девушек, которые, как оказалось, всё это время не дышали.

– Представляете, меня Виталик обмануть хотел, - в голосе Пашки прямо слышалась грусть по обманувшему его лучшему другу. Он резко повернулся к державшемуся за ухо Чужому и громко рявкнул: - Ты, сука, сейчас под гусеницы танка ляжешь, а Зипка по тебе покатается!

– Не надо! – неожиданно высоким голосом взвизгнул Чужой.

– Надо, Федя, надо, - Пашка поднялся, схватил Чужого за шиворот и начал вытаскивать с кресла. Тот упирался и извивался всем телом и непрерывно вопил: - Я покажу, покажу! Не надо!

– Паша, хватит! – резко выкрикнула Таня, не в силах больше смотреть на издевательство над пленником.

– Как скажешь, дорогая, - тут же успокоился Пашка. Он отпустил Чужого и отшагнул от него.

– Учить будешь? – спросил он.

– Буду, - тут же затряс головой Чужой.

– Только, сперва, ответь мне на один вопрос: Те, что вы к нам засылаете. Они от тебя отличаются? Чем?

– Они…. Нет!

– Ок. Хрен с ним, с самолетом этим. Пошли, - Пашка снова схватил Чужого за шкирку.

– У них… виртуальная… личность, - было видно, что Чужой подбирал слова. Заменял отсутствующие в русском языке термины?

– А у тебя?

– У меня реальная.

– Объясни, - тут же потребовал Пашка. Чужой смотрел на него снизу вверх. Его лицо было обезображено гримасой страха.
– Неужели его так напугал этот спектакль?
– подумала Таня. Но Чужой начал говорить, и она позабыла обо всем, внимательно слушая его откровение.