Щекотка
Шрифт:
– Зачем? – вдруг вслух просила себя.
Она даже не поняла, почему так поступила. Так спонтанно, как там, в школе. Повертев в руках тряпочку, уже подумывала обратно их надеть, ведь детство уже давно прошло.
– Нет, – все так же тихо сказала она и, быстро открыв тумбочку, спрятала их в нижний ящик.
Какая-то интрига, свобода, маленькая тайна. Что это? И главное, зачем? Вера Степановна не могла ответить себе ни сейчас, ни там в школе.
Димка странно пялился на нее.
– Ты че?
– Так.
– Дам в лоб за так. Что увидел? Лицо испачкано? Опять жвачку подложил?
Она тут же приподнялась со стула, провела рукой по нему и, не обнаружив ничего подозрительно, шлепнулась обратно голой попкой на место. После школы Димка не отставал от Веры. Его как будто приклеили, он даже взял ее портфель.
Девочке было весело. Ветер поддувал, иногда юбка раздувалась. Казалось, еще немного, и она вывернется наизнанку и тогда все увидят. Вера заглянула в овраг, прошлась по краю маленького обрыва. Это ее тайна, и она щекотала ей душу. Девочка смеялась, убегала от мальчика, а тот, ничего не понимая, словно навьюченный мул, бежал за ней.
Вера Степановна чуть приподнялась, подтянула повыше юбку и как-то робко села на голую попку. Этот детский щенячий восторг, вот что она испытала в тот момент, когда в кабинет вошел Лукин.
– Слушаю, Игорь…
6
– У тебя где отработка?
– В библиотеке, а тебя куда отправили?
– Красить актовый зал. Сказали, что если закончим, то все, на этом точка.
– Повезло.
– Ага, ты бы видела сколько это. Стены, потом сцену и еще пол. Фу… Воняет.
Вера вздохнула и с завистью посмотрела на Марину.
– Ладно, я пошла, у меня с десяти до часа. Буду клеить учебники.
– Удачи.
Девочки разбежались в разные стороны. Вера поднялась на второй этаж. Ей Галина Михайловна еще вчера показала, что делать. Работа простая, но требует усидчивости и внимания. Открываешь учебник, пролистываешь, если есть надписи, сделанные карандашом, стираешь, а оторванные листы подклеиваешь. Вот, впрочем, и все, только книг много.
– Верочка, идем сюда, я все приготовила. С тобой будет работать Оля. Вот твой стол, клей, кисточка и бумага, а это для корешков. Если что-то непонятно, позовете.
– Хорошо.
Женщина вышла, и две девочки остались вдвоем. Кругом стояли стеллажи, забитые портретами ученых и писателей, а сверху лежали свернутые карты. Зал был большой, но это не читальный. Однако и тут книг видимо-невидимо.
– Мне вот это, а тебе эти, – сказала Оля и, взяв небольшую стопку учебников, села за свободный стол.
– Хо-ро-шо, – произнеся по слогам, Вера тоже взяла свою стопку и приступила к работе.
Работа шла не спеша, да и куда торопиться. Однако Оля как электровеник, стопка уменьшалась буквально на глазах. К двенадцати часам она закончила свое и, соскочив, радостно заявила:
– Я все, пошла, завтра буду.
– А можно так? – удивленно спросила Вера.
– Ну да. Галина Михайловна так и сказала, закончите, свободны.
– А…
– Пока-пока, – крикнула она и тут же скрылась за дверью.
– Ну и ладно.
Вера не расстроилась, она привыкла все делать аккуратно и, посмотрев на свои три учебника, уже в уме прикинула, что как раз через час закончит. Кто-то ходил за стенкой. Дверь открылась и в зал вошла Галина Михайловна.
– Вера, я ухожу. Там, – имела в виду в большом зале, – сидит Анжела, она проследит. Закончишь, иди домой, я прикрою.
На этих словах дверь закрылась, щелкнула щеколда, и Вера осталась одна.
– А мне так лучше. Никого нет, тишина.
Не поднимая головы, Вера открыла изрядно потрепанный учебник, погладила его ладошкой.
– Бедненький, – ласково пожалела его, – сейчас я тебя приведу в порядок.
Незаметно пролетел еще час, вот и последний учебник был подклеен и отложен в стопку. Она встала, потянулась до хруста в спине.
– Круто.
Вера отошла от стола и пошла бродить между стеллажами. Тут было на что посмотреть, архивы, коробки, папки с тетрадями, куча стенгазет, а еще большой ящик с новогодними костюмами.
Где-то внизу, за окном, мальчики включили музыку. Им скучно подметать листья, а так хоть разнообразие. Вера заулыбалась, вспомнила, как еще пару месяцев назад сидела на уроках без трусов. Ей стало смешно. Вспомнила, как со Светкой крались за сарафанами на стройке, а мальчики бродили совсем рядом.
– Чуть было не вляпались, – сказала она вслух и, подойдя к окну, заглянула в него.
Маленькая стайка мальчиков ковырялась у пня, стараясь его выкорчевать. Ей стало весело и почему-то опять в груди что-то защекотало. Глупые мысли приходят мгновенно, будто они там все время сидят и ждут своего часа. Вера подбежала к двери, повернула ручку и заглянула в зал.
– Никого.
Констатировала она и обратно закрыла дверь. Щелкнула щеколда. Звук был таким громким, что Вера сжалась, словно что-то натворила. Быстрыми шагами подошла к своему столу, села, но тут же встала. В голове вертелась ужасная мысль. Она не хотела о ней думать, но та как жвачка прилипла.
– Ладно, – глубоко вздохнув, Вера быстро пошла вдоль стеллажей.
Маленький лабиринт превратился во множество переходов. Она обошла весь зал и вернулась обратно к окну. Мальчишки все еще ковырялись с пнем.
Что-то загорелось в груди. Вера не выдержала и, быстро перебирая пальцами, виляя попкой и подпрыгивая на месте, стала стягивать с себя трусики.
– Ну же…
Наконец они соскользнули. Резинка щелкнула по коленке, но Вера не остановилась. Перешагнув через них и аккуратно расправив, положила на подоконник.
– Фух…
Сразу стало легче дышать, словно избавилась от зимней одежды. Она подпрыгнула, навалилась всем телом на подоконник и посмотрела вниз.
– Никак? – крикнула Вера в открытое окно.