Чтение онлайн

– Я для этого не создана, как мне кажется. Вот Присцилла, та была... а я никогда. Пришлось бы слишком много переживать, так я думаю. Я не хочу идти на риск, играть со своей жизнью и со своим сердцем. Я, Олли, просто хочу развлечений, и больше ничего. Очень просто.

Все так и было. Хорошее развлечение. Великолепное развлечение. Дикое, потрясающее развлечение, которое он готов был бы продолжать бесконечно, если бы ему этого хватало.

– Что мне сказать тебе на прощание? – грустно спросил Олли, когда стоял в прихожей, одетый, понимая, что никогда уже в эту квартиру не вернется. – Спасибо?

– Скажи «пока», или «до скорого», или «спасибо за приятное времяпровождение».

– Спасибо тебе не только за это... спасибо за нечто совершенно необыкновенное. Ты сама необыкновенная. Не забывай об этом. И может, когда-нибудь наберешься храбрости.

– Не рассчитывай на это.

Она легонько поцеловала его в губы и нажала кнопку лифта. И когда двери закрывались, Оливер увидел ее в последний раз – в белом атласном кимоно, улыбающуюся ему, с гривой темных волос, оттеняющих загорелое лицо.

Олли знал, что будет тосковать по ней. Он шагал пешком домой и с грустью думал о Меган, о том, чего она никогда не будет иметь, чего не хочет, к чему боится протянуть руку. А она стояла на террасе, наблюдала за ним и молча помахала рукой. Потом вернулась в гостиную, включила музыку, допила его бренди и, сев на диван, вспоминала, как тело Оливера реагировало на ее прикосновения.

– Тебе бы он очень понравился, – прошептала Меган, словно обращаясь к сестре, которой давно не было в живых. Присцилле он бы подходил идеально, а она бы только подшучивала, какой он порядочный, честный и покладистый.

Меган улыбнулась про себя, думая о них обоих, затем медленно побрела к себе в спальню. На следующий день предстояло много работы: надо было провести очередной книжный аукцион. О прошлом раздумывать не имело смысла. Она выбросила их из своего сердца, как предметы, для которых больше нет места в квартире, приняла душ, почистила зубы, погасила свет и легла в постель с сознанием, что хотя с Оливером Ватсоном ей и было какое-то время хорошо, но теперь их отношениям пришел конец. Меган не плакала, не горевала. Она привыкла к таким поворотам и, засыпая, принудила себя думать о другом. Эпизод с Оливером закончился.

Церемония бракосочетания Джорджа Ватсона и Маргарет Портер была именно такой, какой ей и следовало быть – трогательной, душевной и простой. Во время произнесения ими клятвы у Дафны на глазах выступили слезы. Свадьбы на нее всегда так действовали, может быть, потому, что сама она никогда не была их героиней. Однако эта тронула особенно, потому что оба были замечательными, дорогими ей людьми.

Невеста, одетая в простое платье из кремового гипюра, держала в руках букетик кремовых же орхидей, на голове у нее была маленькая элегантная шляпка. Оливер, как и обещал, вел ее к алтарю, а потом стоял с влажными глазами рядом с детьми. Играл орган.

Потом все поехали в Перчес на скромный прием. Оливер решил дать его в честь «молодоженов» и пригласил немногих близких друзей. Некоторые из них поначалу были шокированы, но потом, как и Оливер, смягчились. Нельзя было отказать Маргарет и Джорджу в радости, которую они заслужили и которую, несомненно, ощущали.

В пять часов вечера жених и невеста попрощались со всеми и поехали в Нью-Йорк. Они должны были переночевать в отеле «Плаза», а потом улететь на две недели в Сан-Франциско, у Маргарет там были родственники. Еще они хотели побывать в тамошней опере и съездить на несколько дней в Кармел. Лучшее путешествие для них трудно было придумать. Маргарет специально не хотела отдаляться от «цивилизации». Ведь у Джорджа больное сердце, и важно всегда иметь под рукой телефон. Пока же казалось, что Джорджу ничего не требуется, кроме ее заботливых рук. На прощание гости осыпали «молодоженов» лепестками роз.

– Это было великолепно, совершенно великолепно! – восхищалась Дафна, когда они сидели в гостиной. – Может, я и выйду замуж, когда буду в их возрасте.

Оливер с улыбкой покачал головой.

– Ты просто обязательно должна это сделать. А я, может, составлю тебе компанию.

Олли рассказал ей о конце романа с Меган. Дафна не была удивлена, хотя и огорчилась за него. Для Оливера это явилось хорошим развлечением, а теперь, когда все кончилось, у него во взгляде опять появилось выражение одиночества, хотя он и утверждал, что счастлив.

– Придется тебе начать все сначала.

– Вот незадача!

Перспектива новых знакомств наполняла его отчаянием. Но Олли также признавался себе, что загул с Меган был весьма утомительным и, мягко говоря, не совсем нормальным. Общаться с кем-то не столь экстравагантным, возможно, было бы легче.

Вечером он отвез Дафну на станцию, она непременно хотела вернуться сегодня. На следующий день ей предстояло с кем-то идти на ленч, к тому же жена ее возлюбленного уехала, и Дафна хотела провести с ним эту ночь. Он из осторожности нигде с ней не появлялся. Дафна с этим мирилась, как и со всем, что касалось его.

– Везет паршивцу, – не раз говорил Дафне Оливер, а та лишь посмеивалась.

Ей не нужно было ничего больше. Она его безоглядно любила и соглашалась на ограничения. Оливер давно оставил попытки убедить ее найти себе кого-нибудь другого.

Был уже поздний вечер. Оливер с Мелиссой сидели в гостиной и говорили о прошедшей свадьбе, когда внезапно зазвонил телефон. Мелисса схватила трубку в полной уверенности, что это одна из ее подруг. К ее удивлению, она не угадала. Звонил Бенджамин, он попросил отца. Мел передала ему трубку, поцеловала и пошла спать.

– Спокойной ночи, папа.

– До завтра, милая. Спи хорошо.

И затем Олли переключил внимание на ее старшего брата:

– Что случилось, Бенджамин?

Они виделись всего несколько часов назад, на свадьбе. Бен взял выходной и явился один. Сандра себя неважно чувствовала. У нее был грипп, по словам Бенджамина, что было очень некстати, принимая во внимание ее состояние. Ребенок должен был родиться через десять дней. Бенджамин выглядел ужасно и был обеспокоен.

– Привет, пап. – Тон у Бенджамина был деловой. – Она рожает. Мы в больнице. Мы здесь уже с восьми часов.