Чтение онлайн

— Сэр.

Финн повернулся. Он совсем забыл о присутствии Медликоута. Секретарь простоял все это время в дверях. Поношенный плащ подчёркивал его сутулость.

— Осмелюсь предположить, она — единственное, чего нам стоит опасаться.

— Что вы имеете в виду?

Секретарь нерешительно прошёл в центр комнаты.

— Совершенно ясно, что Тюрьма уничтожит нас всех до единого, если не получит эту штуку обратно. А если мы её вернём, то Инкарцерон покинет Тюрьму и оставит Узников умирать. Перед вами стоит страшный выбор.

Финн нахмурился.

— У вас есть предложения? — поинтересовался Джаред.

— Есть одно. Может быть, чересчур радикальное, но может сработать. Уничтожьте Перчатку.

— Нет! — в унисон воскликнули Кейро и Финн.

— Господа, послушайте меня.

«Медликоут кого-то боится, — подумал Финн, — и, похоже, не нас».

— Мастер Джаред признался, что не может разобраться в этом устройстве, — продолжил секретарь. — А вы не задумывались, что, возможно, энергия в Королевстве иссякла именно из-за того, что здесь появилась Перчатка? Вы предполагаете, что катастрофа вызвана кознями Тюрьмы. Но вы не знаете этого наверняка.

Финн насупился, покрутил Перчатку в руках и взглянул на Джареда.

— Думаешь, он прав?

— Нет, не думаю. Нам нужна эта Перчатка.

— Но ты говорил…

— Дай мне время. — Джаред поднялся и подошёл к нему. — Дай мне время, и я разберусь с этим.

— Но у нас нет времени! — Финн уставился на бледное лицо сапиента.

— Нет времени ни у вас, ни у тех, кто в Тюрьме, — подтвердил Медликоут. — Вы король, сир. Никто, даже Тайный совет, в этом теперь не усомнится. Уничтожьте её. И Смотритель одобрил бы такой поступок.

— Вы не можете этого знать, — резко проговорил Джаред.

— Я знаю Смотрителя. Неужели вы думаете, что Стальные волки отойдут в сторону и не попытаются бороться с этой новой опасностью теперь, когда Протоколу конец?

— Вы мне угрожаете? — напрягся Финн.

— Как я могу, сир? — посматривая одним глазком на Кейро, кротко отвечал Медликоут. — Вы должны принять решение. Уничтожьте её — и Инкарцерон застрянет внутри самого себя навсегда. Откройте ему доступ к силе Сапфика — и вы обречёте всех нас на кромешный ужас. Куда, вы думаете, отправится Инкарцерон, когда освободится? Каким страшным тираном он станет здесь! Неужели вы допустите, чтобы он всех нас превратил в своих рабов?

Финн промолчал, потом переглянулся с Кейро, у которого тоже не нашлось слов.

Сейчас больше всего на свете ему хотелось, чтобы открылась дверь и вошла Клодия. Она лучше всех знает своего отца, она бы развеяла сомнения насчёт того, как им стоит поступить.

Сломанная оконная створка колотилась о стену под порывами ветра. Первые капли дождя забарабанили по стёклам. По всему дому гуляли сквозняки.

— Джаред?

— Не уничтожай её. Она — наше последнее оружие.

— Но если он прав, если…

— Доверься мне, Финн. У меня есть одна идея.

Прогремел гром. Медликоут пожал плечами.

— Мне неприятно это говорить, сир, но мастер Джаред не тот человек, к мнению которого стоит прислушиваться. Возможно, его интересы противоречат нашим.

— Что вы имеете в виду? — спросил Финн.

— Мастер Джаред болен. Вероятно, он считает, что этот могущественный предмет поможет ему исцелиться.

Все уставились на него.

Джаред побледнел, смешавшись и удивившись одновременно.

— Финн…

Финн прервал его жестом.

— Тебе нет нужды оправдываться, Мастер. Никогда и ни за что не поверю, что ты способен пожертвовать жизнями миллионов людей ради спасения собственной шкуры. — Он надвинулся на Медликоута, словно наконец нашёл, на кого выплеснуть гнев. Секретарь понял, что зашёл слишком далеко, и сделал шаг назад. — Человеческая жизнь для Джареда священна.

Где-то в глубине дома раздался грохот, как будто рухнула стена.

— Нам надо выбираться. — Кейро не мог спокойно стоять на месте. — Это место — смертельная ловушка.

Джаред не отводил взора от Финна.

— Нам нужно отыскать Клодию. Перчатка поможет нам. Уничтожь её — и у Тюрьмы больше не будет смысла сохранять Клодии жизнь.

— Если они все ещё живы.

Джаред бросил быстрый взгляд на Медликоута и тихо заметил:

— Предположу, что Смотритель определённо жив.

Финну понадобилась секунда, чтобы понять. Затем он стремительно бросился к Медликоуту и прижал того к стене, придушив одной рукой.

— Ты говорил с ним, признайся!

— Сир…

— Говорил?!

Секретарь с трудом втянул воздух в лёгкие и кивнул.

— С кем вы разговаривали? — спросила Клодия.

— С Медликоутом. — Её отец повернулся к двери. — Один из Стальных волков. Он хороший малый. Он покончит с Перчаткой. И тогда посмотрим, кто тут главный.

Но рёв разъярённых Узников почти заглушил его слова. Как Клодию бесила отцовская гордыня и упрямство!

— Они растопчут вас, — заявила она. — Но есть другой способ остановить Инкарцерон. Мы можем сжечь статую.

— Он никогда такого не допустит!

— Он сейчас очень занят, вы сами это сказали.

Клодия обернулась к Аттии.

— Идём!

И они помчались вдвоём по заснеженной пустыне огромного зала.

Мёрзлые драпировки висели на стенах твёрдыми складками. Клодия потянула за ближайший кусок материи, и сверху посыпались пыль и кусочки льда.

— Рикс! Помоги нам!

Чародей, сам похожий на неуклюжую скульптуру, сидел у основания статуи, вертел в пальцах монетку и бормотал себе под нос: