Чтение онлайн

«А избу-то по-черному топят», — быстро прикинул Крапивин, разглядывая многолетнюю копоть на потолке и печь без дымохода.

— Добро пожаловать, гости дорогие, — старуха вышла в центр комнаты и в пояс поклонилась вошедшим. — Угощайтесь, чем бог послал.

— Благодарствуйте, — Крапивин поклонился, приложив правую руку к сердцу.

По бегающим глазам старухи подполковник понял, что она дико боится незваных гостей, и это ему очень не понравилось.

Вместе с Артеменко они подошли к столу и хотели разместиться на краю скамьи, но подскочивший к ним дед указал на почетное место в углу, под образами.

— Туда, туда, соколики мои, — засуетился он. — Дорогому гостю — почетное место.

Снова поклонившись, Крапивин опустился на лавку в красном углу. «Что же ты так суетишься? — думал он, разглядывая деда. — То степенным старцем ходил, то холуя разыгрывать начал. Видать, недоброе у тебя на уме».

— Что же, давайте знакомиться, — как можно более бодрым голосом произнес Крапивин. — Я Вадим. А это, — он показал на Артеменко, — Сергей.

— Фрол я, — старик подобострастно улыбнулся подполковнику. — Староста я здесь. А это сыновья мои: Андрейка и Матвей, зятья: Антип и Куприян. Хозяйка моя, Настасья, — он показал на старуху, — и невестка Варвара.

Бабы, низко кланяясь, стали накрывать на стол.

— А. поведайте-ка нам, гости дорогие, кто вы и откуда путь держите? — помедлив с минуту, осведомился Фрол.

— Странники мы, — спокойно ответил Крапивин. — Воевали, а нынче новой службы ищем.

— А откель идете?

— Из Москвы, — наудачу бросил Крапивин.

— О как! — Фрол со значением покачал головой. — А на службе у кого были?

— У государя, — Крапивин лихорадочно соображал, как прервать этот разговор, который не сулил ему ничего хорошего.

— От как! Так от чего же со службы ушли?

— Договор наш закончился.

— Так, а сами-то вы сословия дворянского? — Да.

«Вот впился, — выругался про себя Крапивин. — И ведь не отвечать нельзя. Иначе законы гостеприимства нарушены. Что же делать?»

— Боярин наш, Федор Никитич, нынче многих ратных людей себе на службу собирает, — подал голос Матвей и тут же осекся под жестким взглядом отца.

— А племени вы литовского али немецкого? — продолжил свой допрос Фрол.

— Русские мы, — быстро ответил Крапивин.

— Во как! Православные значит. А ну, перекрестись.

Офицеры переглянулись. Крапивин первый осенил себя православным крестом. Его примеру последовал Артеменко. Хозяева почему-то беспокойно переглянулись. Старуха у печи перекрестилась… И тут Крапивин от досады скрипнул зубами. Баба крестилась двумя перстами, как это делалось на Руси до раскола.

Внезапно рация на поясе подполковника ожила. Быстро надев наушники Крапивин буркнул:

— Слушаю.

— Командир, — донесся до него из переговорного устройства голос ушедшего в разведку Мухина, — к вам спешно идет вооруженный отряд. Пять всадников при саблях и десять пеших. У них шесть каких-то допотопных пищалей, бердыши и топоры. Прямо «Иван Васильевич Меняет профессию». Минут через пять будут у вас. Прием.

— Понял, конец связи, — отозвался Крапивин, краем глаза наблюдая за хозяевами дома.

На лицах последних был отображен неописуемый ужас.

— Уходим, — бросил Крапивин Артеменко.

— А ну, подмогнем боярину, робятушки, — тут же вскричал неожиданно молодым голосом Фрол. — Вяжи басурманов-нехристей.

Дощатый стол с диким грохотом взлетел и перевернулся в воздухе, обрушившись на зятьев старика. Завопили бабы, захныкали дети. В мгновение ока оказавшийся на ногах Артеменко мощным ударом кулака опрокинул бросившегося на него Матвея.

— Не убивать, — отдал приказ Крапивин, бросая о стену Андрея.

Налетевшие с диким ревом на спецназовцев зятья были немедленно повержены. Фрол метнулся на грозных противников, занеся топор над головой. Легко уклонившись от удара, Артеменко скользнул за спину старику и несильно ударил его в затылок. Дед свалился на пол без чувств.

— Уходим, — снова скомандовал Крапивин.

Выскочив на улицу, Крапивин быстро показал рукой направление движения в сторону ближайшего леса.

— Там же отряд, — возразил Артеменко, тоже слышавший сообщение Мухина.

— Их надо увести от «окна», — ответил Крапивин.

Лихо перемахнув через изгородь, спецназовцы бросились к лесу. Бежать в бронежилете при полной амуниции было неудобно. Впрочем, оба офицера не в первый раз «сдавали кросс» с полной выкладкой. А вот противник теперь у них оказался совсем необычный.

Из леса вылетели всадники. Пять человек, бородатые, в кафтанах, островерхих шапках, широких штанах и сапогах. Увидев людей, бегущих по полю, они развернули коней и поскакали им наперерез.

— Не убивать, — во второй раз скомандовал Крапивин.

Когда расстояние между преследователями и разведчиками сократилось метров до пятидесяти, несущийся впереди всадник выхватил саблю и во всю глотку заорал:

— Стой!

Обнажили оружие и его товарищи.

Развернувшись, Артеменко метнул в преследователей гранату. Сзади полыхнуло и загрохотало. Не давая осколков, это оружие издавало страшный грохот и ослепляло яркой вспышкой. (Сейчас эффект превзошел все ожидания. Три коня вздыбились, сбросив седоков, один шарахнулся в сторону и понес всадника прочь, не разбирая дороги. Тот, кто скакал первым, выронил саблю и закрыл глаза руками, очевидно, ослепленый вспышкой. Его обезумевший от страха конь понёс его мимо спецназовцев.

Крапивин увидел, что справа, метрах в ста, из леса выбегают люди, вооруженные пиками, бердышами и мушкетами.

— Колдуны! Колдуны! — донеслись оттуда истошные крики.

Несколько человек воткнули в землю специальные подставки и принялись устанавливать на них мушкеты.

Крапивин оценил расстояние до леса: метров пятьдесят.

— Ходу, — скомандовал он.

Сзади захлопали выстрелы. Обернувшись, Крапивин увидел, что над стрелками поднимаются облачка сизого дыма.

— Командир, — раздался в наушниках голос Мухина. — Видим вас. Можем поддержать огнем? Прием.