Чтение онлайн

Скользнув следом за одной из дежурных в лавку, я пристроился за ее спиной. Что берем? Хлеб, сыр, оливковое масло, крупа, шмат копченого сала, оливки, фасоль, кувшин «поски»… Нормальный расклад. Завтракают здесь, как меня просветили, сваренной с вечера фасолью или кашей, вариант: хлебом, сыром и смоквами. В обед перекусывают хлебом и сыром, запивая это горячей водой или поской. На вечер – каша (или фасоль) с копченым салом и хлебом, «поска»… Варианты повкуснее возможны, но если хочешь сэкономить на количестве. Только это не приветствуется: тяжелая работа на свежем воздухе пробуждает зверский аппетит. Тут хоть чем, но желудок набить…

– Четыре сестерция! – сказала лавочница, уложив отобранные продукты в корзину.

– Добавь смокв на два асса! – попросила преторианка.

Лавочница зачерпнула из мешка и высыпала в корзину три полные горсти вяленых смокв – он же инжир. Вкусный и очень питательный фрукт, между прочим. Итак, эта дежурная свои восемнадцать монет потратила. И выбор неплохой…

– Мне то же самое! – сказал я после того, как преторианка отошла.

Хозяйка окинула меня внимательным взглядом.

– Десять сестерциев! [47] – сказала, даже не подумав шевельнуться.

– Почему столько?! – возмутился я. – С нее, – я кивнул в сторону ушедшей покупательницы, – взяла меньше.

– Она преторианка. Те постоянно у меня покупают.

– А я кто?

– Пришлый, который зачем-то вырядился преторианцем, – равнодушно ответила лавочница. – Будешь платить?

– Хрен тебе! – ответствовал я по-русски и вышел, кипя от возмущения.

В следующей лавке ситуация повторилась, затем – еще и еще. Стоило мне подойти к прилавку, как цены подскакивали в два, а то и в три раза. Преторианки, ставшие свидетельницами этой оказии, не скрываясь, хихикали. Да что это такое? Прямо заговор какой-то!

Выйдя из последней лавки, я задумался. Что делать? Купить только хлеб и крупу? Девчонки подумают, что часть денег я заныкал. Попробуй объясни! Вот незадача? Идти в Рому? Далеко, и не факт, что удастся сторговаться. Кто их знает, местных торговцев? Опыта общения с ними у меня не было: продукты в доме Виталии покупала Аманда. Я пребывал в задумчивости, как вдруг меня хлопнули по плечу. Да так, что оно чуть не отвалилось.

– Игрр?

Я обернулся: Помпония! Вот уж кого не ожидал увидеть!

– Я искала тебя! – затараторила бывшая «крыша». – Как только услышала про Виталию. Ты где скрывался? Отчего на тебе эта одежда?

Я объяснил. Глаза у нее стали по блюдцу.

– Здесь что делаешь? – спросила, покачав головой.

– Продукты покупаю. Я дежурный по контубернию. Лавочницы цены ломят, – пожаловался я, воспрянув духом. Помпония здесь наверняка не просто так – наверняка приехала за данью. Может, вразумит отмороженных?

– Вот что, – сказала она. – Едем ко мне! Дорогой расскажешь. А я подумаю, как помочь.

Я немедленно согласился.

– На лавочниц не злись! – сказала Помпония, когда я завершил повесть о своих злоключениях. – Они знают, что мужчины в Роме не бедные, потому и повышают цену. И плевать им, во что ты одет. Пришлые в армии не служат. Не завидуй другим дежурным – досыта девочек они все равно не накормят. Если покупать продукты на контуберний, два асса на человека мало. А вот если на когорту… Поручили бы мне! Я закупила бы провизию, организовала кухню и дважды в день кормила бы когорту горячим. Было бы и мясо, и вино… И преторианкам хорошо, и я нолам дала бы заработать.

– Так предложи! – сказал я. В самом деле! Идея лежит на поверхности…

– Ты же знаешь, кто служит в когорте! – вздохнула Помпония. – Решат, что я нацелилась воровать их медяки. У самих от золота дворцы пухнут, а за квадрант задавятся [48] . Богатые, они такие. Пусть их! Давай лучше о тебе. Поступим так. Ты сделаешь мне массаж, а я, как обычно, заплачу. Хочешь – деньгами, хочешь – продуктами. Обратно в преторий тебя отвезут. Идет!

Отказываться я не стал и способом оплаты выбрал бартер. Попросив подручную Помпонии, уже знакомую димидию, выбрать необходимую провизию, я заказал дополнительно жаровню (готовить в очаге – каменный век, а мы, как никак, в античности), уголь к ней, котел, сковородку – гулять так гулять! – и прочие удовольствия, на которые хватит денег. Порученец Помпонии умчалась, а мы с хозяйкой прошли в таблиниум. Массаж много времени не занял.

– Вина! – приказала Помпония, вставая.

Принесли вино. Мы выпили.

– Вот что, Игрр! – сказала она, осушив стакан. – Я служила в претории пятнадцать лет и могу сказать: ты сделал глупость. Нечего тебе там делать. Служить тяжело: муштра, зависть, скудное жалованье… Мне выбирать не приходилось – из бедноты, тянула лямку, пока денег не скопила. Центурионы в претории все такие, да и Валерия, нынешний трибун, из них. Пост свой горбом добыла. А вот легионеры большей частью из богатеньких: дочки купцов или магистратов. В когорте они ради ценза для будущей должности, а тебе это зачем? Подавай в отставку и приходи! Я сумею тебя защитить. Вернешься к прежнему занятию, разбогатеешь…

– А Виталия?

– Что Виталия? – удивилась она.

– Ей как помочь?

– Не знаю! – вздохнула она. – Я вообще думаю…

Поймав мой взгляд, она осеклась.

– Не злись! – сказала торопливо. – Я тоже люблю эту девочку. Она, считай, росла на моих коленях. Но сармы… Я не помню, чтоб кто-либо возвращался из их плена.

– Есть возможность узнать, что с ней?

Она задумалась, затем встряхнула головой.

– Попробую. У меня есть связи.

Я поблагодарил. В триклиний заглянула порученец Помпонии. Я встал.

– Игрр! – вскочила Помпония. – Хочу, чтобы ты это знал. Я помогала вам с Витой не из-за денег. Вы платили мне, но это было крохотной частью моих доходов. Для меня важнее было приходить к вам, беседовать, греться у вашего очага…

Я кивнул и вышел. К части меня подвезли, но до казармы груз пришлось тащить. Я пыхтел и обливался потом. Поручение подручная Помпонии выполнила на совесть. Я стал обладателем бронзовой жаровни с двумя отверстиями под донца котлов, проще говоря, переносной плиты. Еще наличествовал котел и приличных размеров бронзовая сковородка, деревянные миски и блюда. Корзина угля с заботливо вложенным внутрь огнивом. Провизия занимала целый мешок. Я с полчаса раскладывал покупки на столе, как вдруг спохватился. В полдень девчонок надо кормить, а у меня не готово!..