Саманта
Шрифт:
Андерс проследил глазами, куда указывала тетушка, и, заметив лорда Гришэма, вопросительно взглянул на Саманту.
Сэмми вспыхнула. Она избегала встречаться глазами с виконтом, чувствуя за собой вину. Секунды молчания уходили одна за другой, образуя вечность. Наконец Андерс откашлялся и, запинаясь, произнес:
— Танец уже начался, мисс Баретт. Каково ваше решение относительно этого танца?
— Я согласна, сэр, — вымолвила девушка и позволила спутнику провести ее в центр зала. Она всеми силами старалась не замечать никого вокруг, хотя прекрасно видела, что за нею неотступно следят глаза Ремингтона. Ей казалось, что он смотрит на нее с жалостью и раскаянием. Более того, ей уже стало казаться, что по залу поползли сплетни о ее распущенности и вызывающем поведении, о том, что вмешательство в ее жизнь графа Гришэма сделало ее падшей женщиной…
А что бы сказал он, если бы узнал, что, несмотря на все это, она мечтала снова очутиться в его объятиях и почувствовать на губах вкус его поцелуя?.. Исполнится ли его взор холодным порицанием, как это произошло в пивной, или потеплеет, согреваемый чувством юмора, как это произошло в доме тетушки Герти, когда она решила хватить бренди? А впрочем… ей все равно…
— Если вам снова станет жарко и захочется на воздух, я буду счастлив сопровождать вас, — говорил в это время Андерс. — Вам не следует одной прогуливаться по дворцу.
— Большое спасибо. Я обязательно обращусь к вам, — вежливо ответила Саманта, ища глазами Ремингтона, которого нигде не было видно.
— И что же… вы потерялись?
— Простите, я не расслышала, — извинилась Саманта.
— Вы вышли из танцевального зала на воздух и не могли найти обратной дороги? — Виконт милостиво указывал ей путь отступления. Он не упрекал, он защищал ее.
— Нет, сэр, — ответила девушка, всеми силами стараясь говорить правду, — по пути в зал я зашла в крошечную гостиную и привела себя в порядок.
— Я понял. А она что… была свободна? Может быть, ему все известно?
— Да, свободна… когда я туда вошла. — Саманта готова была сама себя наказать.
— Дамам следует быть очень осторожными. Далеко не все присутствующие обладают честью и достоинством джентльмена — Андерс пристально вглядывался ей в лицо. — Я бы чувствовал себя спокойнее, если бы был уверен, что, когда в следующий раз вам захочется покинуть танцевальную комнату, вы обратитесь ко мне.
— С удовольствием, сэр, — выдавила из себя Сэмми и замолчала.
Несмотря на все внутренние запреты, она снова искала глазами Ремингтона. Наконец она нашла его, но лучше бы этого не случилось.
Прислонившись к стене. Ремингтон был поглощен интимной беседой с такой сногсшибательной женщиной, какой Саманте не доводилось видеть никогда.
Долго ли она сможет выдержать?
— Вы же знаете, что вы намного привлекательнее ее.
— Простите? — в который уж раз не расслышала своего собеседника Саманта.
Андерс бросил взгляд туда, куда только что всматривалась девушка.
— Леди Шелтен не может сравниться в красоте с вами. Сэмми едва не рассмеялась вслух.
— Сэр, вам следует носить очки!
— Уверяю вас, вы ошибаетесь.
Тон, коим были произнесены последние слова, напомнил Саманте о том, что ее реплика была грубой и не достойной истинной леди.
— Простите меня, я допустила невероятную грубость. Это потому, что я чувствую себя не в своей тарелке по соседству с такой блестящей дамой.
— Саманта, поверьте мне, вам нечему завидовать. Девушка была огорошена.
— Почему же? Кто эта дама?
— Я не могу назвать ее именем, которого она заслуживает. Это слово не предназначено для ушей девушки.
— Ах вот оно что… — вспыхнула Саманта.
— А вы становитесь как-то по-особенному очаровательны, когда краснеете, — мило улыбнулся виконт.
— Сэр…
— Стефен.
— Стефен, — повторила Саманта, гадая, к чему может привести столь близкое знакомство. По взглядам, которые она ловила на себе, девушка поняла, что многие дамы были бы рады тому вниманию, которое ей оказывает молодой виконт. К несчастью, она оставалась холодна: он ведь не был ее героем.
Внезапно до ее уха донесся довольно громкий смех, и, обернувшись, Саманта увидела, что Ремингтон, обняв даму за плечи, хохочет вместе с ней. Сомнения не было: эту парочку связывают близкие отношения.
— Сэр… Стефен… скажите все-таки… кто эта леди Шелтен? Мне кажется, я уже слышала это имя.
— Не сомневаюсь. Припомните-ка прошлый сезон, когда старейший представитель семьи, маркиз Шелтен, поверг свет в изумление, едва не сокрушив Ньюмаркет.
— Неужели?! — Глаза у Сэмми стали величиной с блюдце. — А что… леди Шелтен… приходится маркизу родственницей? Она его внучка? Нет, в этом случае она бы не обладала таким титулом…
— Она его жена.
— Жена? — Сэмми едва не вывернула себе шею, разглядывая обворожительную женщину с волосами цвета льна. — Это невозможно! Она не выглядит старше двадцати пяти!
— Все правильно. А лорду Шелтену под семьдесят, но он несметно богат!
— Не сомневаюсь. Где же сам маркиз?
— Дома. Ему все время нездоровится.
— И она осмеливается… — не договорив, Сэмми прикрыла рот ладонью.
— Да, осмеливается. — Андерс взял Сэмми под локоток и закружил ее в танце. — От вас веет освежающей наивностью, моя дорогая. Вы редкое сокровище.
Дорогая, позвольте мне дать вам совет… Слова Ремингтона звучали в ушах Саманты так явственно, будто он произносил их, склонившись к ее ушку. Вы собираетесь открыть свой первый сезон. Десятки мужчин постараются завладеть вашей рукой и сердцем… и еще чем-нибудь, чем смогут поживиться, пока будут волочиться за вами. Я бы советовал вам слегка умерить вашу искренность… потому что, если вы обнажите свое сердце перед всем светом, вы не сможете защитить себя от негодяев, которыми кишит высшее общество.