Чтение онлайн

– Если вы их убьете, то Мали и «Массард энтерпрайзиз» подвергнутся громадному риску разоблачения. Их начальник, доктор Хоппер, созвал пресс-конференцию в Каире и посетовал на недостаточную помощь вашего правительства. В результате его утверждения о том, что они не сбрасывают со счетов опасность, подстерегающую их по прибытии сюда, получили международную огласку. И если вы, мой друг, раскидаете их кости по пустыне, то вокруг нашего комплекса соберется армия репортеров и ищеек ООН.

– Ты не был столь привередлив, настаивая на устранении доктора Рохас, – огрызнулся генерал.

– Да, но та попытка производилась не в данной местности и не свидетельствовала о нашей причастности.

– Но ты не беспокоился и тогда, когда половина твоих инженеров с женами и семьями поехали на пикник в дюны и пропали без вести.

– Их исчезновение было необходимо для безопасности второй фазы нашей операции.

– На твое счастье, я оказался в состоянии помешать проникновению информации на страницы парижских газет и не допустить постороннего вмешательства в расследование французских правительственных агентов.

– Ты поработал хорошо, – вздохнул Массард. – Я бы ничего не смог сделать без твоих общепризнанных талантов.

Подобно большинству своих соотечественников, Казим не мог жить без постоянных комплиментов в свой адрес. Массарду этот генерал был отвратителен, но без его участия тайная операция не могла бы осуществиться. Эти два злодея заключили адскую сделку, концы от которой были в руках Массарда. Ему приходилось мириться с этим верблюжьим дерьмом, как он за глаза называл Казима. В конце концов, пятьдесят тысяч американских долларов в месяц – жалкие гроши по сравнению с теми двумя миллионами в день, которые Массард пожинал от проекта по уничтожению отходов.

Казим пошел к богато укомплектованному бару и налил себе коньяку.

– Как же ты предполагаешь управиться с доктором Хоппером и его командой?

– Ну, в этих делах ты специалист, – льстиво сказал Массард. – Предоставляю тебе полный карт-бланш. Лишь бы без шума обошлось.

Казим приподнял ухоженную бровь.

– Ну, тогда это элементарно, друг мой. Той проблемы, для решения которой они прибыли, просто не будет.

Массард посмотрел на него с недоумением:

– Как же тебе это удастся?

– Я уже провел подготовительные работы, – ответил генерал. – Я отправил мою личную команду ликвидаторов, чтобы отыскать, расстрелять и похоронить всех жертв заболевания.

– Ты устраиваешь бойню среди собственного народа? – не без иронии спросил Массард.

– Я всего лишь исполняю свой долг, предотвращая национальное бедствие, – безразлично пожал плечами Казим.

– Твои методы, пожалуй, чересчур круты. – Налицо Массарда отразилось беспокойство. – Предупреждаю тебя, Затеб, не спровоцируй взрыв. Если мир вдруг случайно узнает, чем мы тут занимаемся, международный трибунал повесит нас обоих.

– Ну, без свидетелей или доказательств это невозможно.

– А что насчет тех обезумевших дьяволов, что устроили избиение туристов в Асселаре? Ты их тоже заставил исчезнуть?

Казим холодно улыбнулся:

– Нет, они поубивали и пожрали друг друга. Но есть и другие деревушки, пострадавшие от той же болезни. И если доктор Хоппер и его команда будут чрезмерно настойчивы, я смогу предоставить им возможность стать непосредственными свидетелями бойни.

Массард не нуждался в пояснениях. Он читал секретный доклад Казима о каннибализме в Асселаре. В его мозгу моментально возникла картина: исследователей ООН пожирают живьем – как несчастных туристов из злополучного сафари.

– Самое эффективное средство избавиться от угрозы, – кивнул он Казиму. – Кстати, это сэкономит и средства на похороны.

– Согласен.

– А что, если один или двое из них выживут и попытаются вернуться в Каир?

Казим пожал плечами, а его бескровные губы под усами раздвинулись в дьявольской усмешке.

– Даже в этом маловероятном случае они все равно умрут, и их кости занесет песками пустыни.

Десять тысяч лет назад покрытые песком высохшие русла рек Республики Мали были полны воды, а ныне бесплодные земли покрыты лесами с сотнями видов растительности. Плодородные равнины и взгорья служили родным домом первобытным охотникам каменного века, пока эволюция не превратила их в кочевников-скотоводов. В течение последующих семи тысяч лет многочисленные племена охотились на антилоп, слонов и буйволов, одновременно перегоняя стада крупного рогатого скота с одного пастбища на другое.

С течением времени сокращение количества выпадающих осадков обратило Сахару в нынешнюю бесплодную пустыню, постепенно расползающуюся и подкрадывающуюся к плодородным, близким к тропическому типу землям Африканского континента. Постепенно крупные племена покидали этот регион, оставляя после себя запустение и безводные площади.

Обнаружив невероятную выносливость верблюда, римляне первыми устремились на захват пустынных земель, с помощью этих животных перегоняя рабов, перевозя золото, слоновую кость и многие тысячи диких зверей, чтобы морем переправить их на кораблях к кровавым аренам Рима. В течение восьми веков их караваны тащились через пустыню от Средиземноморья до берегов Нигера и обратно. А когда закатилась слава Рима, те же верблюды помогли открыть границы Сахары вторгнувшимся сюда светлокожим берберам, за которыми последовали арабы и марокканцы.

Мали представляло собой обломок некогда могущественной и давно исчезнувшей империи, правившей Черной Африкой. В раннем Средневековье королевство Гана протянуло великие караванные пути между рекой Нигер, Алжиром и Марокко. В тысяча двести сороковом году нашей эры Гана была покорена племенами мандинго, вторгшимися с юга и основавшими еще более великую империю Малинке, откуда и пошло название Мали. Государство процветало, и такие города, как Гао и Тимбукту, приобрели широкую известность в качестве центров исламской науки и культуры.

По всему миру носились легенды о невероятных богатствах, перевозимых золотыми караванами, и слава империи докатилась до Ближнего Востока. Но спустя два столетия, когда с севера сюда вторглись кочующие туареги и фулани, империя стремительно пошла к упадку. На востоке власть в свои руки захватили вожди племени сунгаи, затем в тысяча пятьсот девяносто первом году марокканские султаны оттеснили их армию к Нигеру и разгромили их королевство. К тому времени и французы устремили свою колониальную экспансию на юг, и к началу девятнадцатого столетия об империи Малинке все прочно забыли.