Чтение онлайн

В дверь постучали; она заторопилась в гостиную.

На пороге стоял Джем с двумя слугами за спиной. Они принесли сундуки с одеждой. Ондайн улыбнулась и разрешила ему войти, радуясь, что в доме еще остались верные ей люди.

— В спальную комнату, ребята, — скомандовал Джем, и слуги повиновались.

Ондайн не знала этих двоих и, насторожившись, подумала, что дядя, должно быть, переменил большую часть слуг. Тем более казалось странным, что Джем остался на своем месте.

Парни поставили вещи на место, и Джем велел им вернуться на работу в кухню.

Когда они ушли, он схватил Ондайн за руку.

— Дорогая, любимая девочка! Если тебе потребуется моя помощь, помни, я рядом! Одумайтесь, госпожа! Вам нельзя выходить замуж за Рауля! Только пока вы живы…

Ондайн зашикала на него, боязливо оглядываясь, зная, что здесь даже стены имеют уши.

— Я не выйду за него замуж, Джем, не бойся. Но умоляю, держись от меня на расстоянии! Если что-нибудь случится, я не хочу, чтобы ты пострадал.

На морщинистом лице старика выразилось глубочайшее достоинство.

— Я готов пожертвовать жизнью, госпожа.

— Нет-нет! Никаких самопожертвований! Поверь, Джем, я сама все устрою!

Он недоверчиво посмотрел на нее и спросил:

— Прислать вам горничную, чтобы она разобралась с сундуками? Глаза Ондайн радостно заблестели. Она подумала о Лизе, славной молоденькой девушке, своей горничной, которая осталась здесь.

— Лиза! — закричала она. — Ох, как я хочу поскорее ее увидеть! Джем сокрушенно покачал головой:

— Лиза теперь на кухне. Вильям назначил к вам другую — Берту.

— Берту? — нахмурилась Ондайн. Она не знала никакой Берты.

— Она новенькая, госпожа, — задумчиво произнес Джем. — Слушается только вашего дядю и шпионит за всеми остальными!

Ондайн тяжело вздохнула и удрученно посмотрела на Джема. Она предполагала, что Вильям будет следить за ней пристальным взором. Ее плечи бессильно опустились.

— Ну что ж, тогда присылай ее, Джем. А я пока наведу здесь порядок!

Берта прибыла со сверхъестественной скоростью. Почти сразу после того, как Джем закрыл за собой дверь. Это была высокая женщина, ростом с Ондайн, довольно полная, но не грузная, с широкими плечами, мускулистыми руками и невыразительным квадратным лицом, на котором светились хитрые маленькие, как у свиньи, глазки, ни темные, ни светлые, какого-то неуловимого цвета… Она вошла в комнату и посмотрела на Ондайн чуть ли не с усмешкой.

— Мадам, мне приказано прислуживать вам, — сказала она, стараясь сделать свой голос приятным.

Ондайн готова была рассмеяться.

«Tебе приказано все что угодно, только не прислуживать!» — подумала она, но приветливо улыбнулась и сказала:

— Спасибо, Берта. Уверена, мы славно поладим друг с другом Не разберете ли вы мои сундуки?

Берта кивнула и проковыляла мимо. Ондайн подумала, что хотя Берта и обладает недюжинной силой, зато она неуклюжа неповоротлива.

Ондайн снова вышла на балкон и с наслаждением вдохнул холодный свежий воздух. Берта распаковывала ее вещи. Нескладная женщина оказалась довольно расторопной. Она быстро справилась с работой и обратилась к Ондайн:

— Его сиятельство велели передать, что обед в восемь и вам нужно спуститься вниз точно к этому времени. Уже темнеет. Приготовить вам ванну?

— Нет, спасибо, я не принимаю ванну перед обедом. Берта продолжала стоять.

— Его сиятельство… ваш дядя считает, что вы должны принимать ванну каждый день с наступлением темноты.

— Что значит, дядя считает? — раздраженно спросила Ондайн, стараясь сдержать возмущение.

У Берты хватило чутья или такта, потому что она опустила глаза и проговорила почти участливо:

— Рауль хочет видеть вас свежей все время, миледи.

— Рауль! Рауль! — огрызнулась Ондайн. — Мой кузен боится, что, если я не буду каждый день мыться, он умрет от легочной болезни. И мне еще приказывают… Ну хорошо же!

Дрожа от возмущения, она напомнила себе, что вообще-то любит принимать ванну и что это испытание не так уж ужасно. Берта откашлялась.

— Мне также приказано… миледи, если вы откажетесь, оказать вам соответствующую помощь.

Ондайн резко обернулась к ней.

— Берта, вы хотите сказать, что в случае моего отказа вам при казали приволочь меня в ванну силой?

Берта молчала, переминаясь с ноги на ногу. Ондайн вздохнула:

— Принесите ванну!

Теперь у нее не возникало сомнений, что она всего лишь пленница в собственном доме и ее положение ничуть не лучше, чем положение служанки. Даже хуже! Служанки по крайней мере были избавлены от строгого надзора дяди и омерзительных домогательств Рауля.

Когда Берта подошла и хотела намылить Ондайн, та сдержанно сказала, что теперь хочет остаться одна. Берта удалилась, и она погрузилась в горячую воду, почувствовав хоть какое-то облегчение. Но покой длился недолго. Берта скоро вернулась и встала наготове с полотенцем, а после принялась расчесывать и укладывать волосы госпожи. В этом так мало похожая на горничную служанка оказалась на удивление талантлива: локоны скользили сквозь гребень, почти не причиняя Ондайн боли. Между женщинами вновь возникло разногласие, когда Ондайн захотела сделать высокую прическу, а Берта сказала, что Рауль хочет видеть ее с распущенными волосами.

Ондайн только пожала плечами.

Затем она попросила принести ей скромное платье с глухим воротником. Берта вернулась с роскошным платьем из органди с глубоким декольте. Ондайн подумала, что эдак ее терпение скоро лопнет, но пока успокоила себя тем, что швырнула щетку на кровать и прокляла про себя Рауля. Ну что ж, кузен, смотри на меня! Пялься! Но клянусь, ты сгоришь в аду раньше, чем прикоснешься ко мне!

Одетая, как было приказано, Ондайн вышла на лестницу и прошла через холл в большой зал, где за столом ее ожидали дядя и кузен. Они встали при ее появлении и помогли ей сесть. Сквозь опущенные ресницы она отметила их взгляды: подозрительный — Вильяма, оценивающий и самодовольный — Рауля.

— Добрый вечер, племянница, — сказал Вильям довольно дружелюбно, усаживаясь на свое место, как только она опустилась на стул. — Добро пожаловать… к своему столу.

— А это разве мой стол? — спросила она вежливо. Он скорчил гримасу и налил ей вина.

— Вы прекрасно выглядите, — заметил Рауль.

— Точно как вы приказали?

— Да, я приказал именно так.

Ондайн изо всех сил старалась улыбаться. Рауля, как более слабого, она могла использовать в своих целях. Неожиданно она нахмурилась, увидев незнакомого человека, который держал серебряный поднос с телятиной. За столом должен был прислуживать Джем.