Рунный путь
Шрифт:
По какому-то наитию я обернулся и проводил взглядом обычного прохожего. Это был неприметный худощавый орк. Я совершенно точно видел его впервые. Но, что-то в нем мне показалось знакомым. Не внешностью, а чем-то иным. Я даже на мгновение перешел на магическое зрение. Но, так и не понял в чем дело, а ощущение чего-то забытого, так и осталось крутиться на краю сознания. И лишь заселившись в комнату и упав на кровать, я вдруг понял, — на короткий миг, незнакомый орк будто подернулся рябью. Не визуально, а где-то на грани ощущения магии. Нечто похожее уже было прежде. С Вайлой. И тут два варианта — или это мне не показалось и что-то значит, или у меня какие-то проблемы с восприятием. И даже не знаю, что лучше…
Ректор мрачно смотрел в белое, словно снег лицо, обрамленное рассыпавшимися по подушке волосами. Поднеся к ее щеке дрогнувшую ладонь, он провел пальцами по прохладной коже и зло скрипнул зубами. Его возлюбленная спала сном, столь глубоким, что будить ее было бесполезно. И он прекрасно понимал, что это ее состояние, это приближение скорой смерти. Тело не выдержало постоянной нагрузки от бесконечного потока информации вливающегося в ее сознание. А душа слишком сильно пострадала от токов чуждой Силы. Тут он ничем не мог помочь.
— Отдыхай. Ты достаточно боролась. Оставь остальное нам. — Лурин позволил теплу на короткий миг проявиться в обращенных на девушку глазах и, почти сразу же, в них вернулась стужа. — Тень!
— Я с-сдесь. И уже давно. — Закутанная в длинный плащ фигура, почти сливалась с полутьмой спальни. — Мне жаль.
— Мне тоже, друг мой.
— Мы так и не с-смогли найти их. — В голосе Тени отчетливо прозвучала вина.
— Все в порядке. Я не ждал результатов в короткие сроки, тем более, если тут замешан наш учитель. — Ректор отстранился от спящей девушки и повернулся к своему верному шпиону. — Честно говоря, я не уверен, что будь мальчишка у нас в руках, мы бы смогли что-то изменить. Просто… я не вправе останавливаться на полпути, и обязан попробовать все варианты.
— Учхитель больше не обьявлялс-ся?
— Я бы сообщил, если бы это было так. Но я, до сих пор сомневаюсь, что письмо это не чья-то злая шутка.
— С-слишком много дхеталей гховорят о том, что этхо был он.
— Если так, то почему он нас бросил?! Почему он скрывается?! Из-за какого-то мифического конца света? Нет, не отвечай. — Лурин с силой потер переносицу. — Продолжайте поиски Криса, или теперь уже Дана, и Вайлы. Если понадобится, используй все деньги, что у нас есть, но найди их. У меня есть вопросы к ним обоим.
— Нашхи люди проверяют все города и деревни. Как только будет хоть намек на их прис-сутствие, я сразу выдвинусь.
— Не один! — Ректор направился к выходу из комнаты. Он открыл дверь, и последние слова бросил через плечо. — Обязательно бери с собой портальщиков и Сандра. Остальных по ситуации. Если потребуется, шумите так громко, как потребуется. Полагаюсь на тебя.
Дверь плавно и бесшумно затворилась, а Ректор уже стремительно шагал в свой кабинет. Сдаваться он не привык.
В трактире было шумно. Орки, в большинстве своем, не умели делать что-то наполовину. Если пили, то много, если смеялись, то громко, если дрались, то до потери сознания. Хотя, время было еще раннее. Элера даже не коснулась края стены Каарана. Так что настоящее веселье будет еще впереди.
Среди праздных воинов и ремесленников, пестривших различными оттенками кожи, от темно-коричневого, до светло-желтого, сильно выделялось двое. Они занимали самый дальний от входа столик на двоих. Один орк имел насыщенную зеленую кожу, говорящую о том, что в его роду, по какой-то причине, все еще не отринули старые правила, и следили за чистотой крови. Второй, явный полукровка, худощавый и с маленькими клыками, был краснокож. Они вели тихую, неспешную беседу, и, если бы у них появился внимательный наблюдатель, который смог бы читать по губам, он бы «услышал» разговор двух старых друзей, обсуждающих будущую торговую компанию. Какой-то спор на тему пряностей и объема первой поставки. Ничего особенного, на юге степные травы ценились высоко, и торговать ими с южанами было очень выгодно. Однако, на самом деле, разговор шел совсем о другом. И лишь очень умелый и сильный маг смог бы ощутить, что место общения «друзей» накрыто странным куполом искажения, защищающим от любителей погреть уши. Да и произнесенные слова совсем не напоминали язык орков.
— Ошибки быть не может? — Краснокожий крепко приложился к большой кружке и шумно отхлебнул пенного напитка.
Его собеседник немного поморщился и покачал головой.
— Может. Ты тут недавно, так что не в курсе, но раньше уже было два ошибочных срабатывания. И все же, проверить мы обязаны.
— Все наши тут наперечет. Вряд ли это был кто-то неизвестный. — С сомнением прищурился полукровка. — Есть ли смысл дергаться?
— Только прибыл и уже саботируешь приказы госпожи Хали? — Чистокровный орк скорчил гримасу, по которой было легко прочитать его мнение об умственных способностях своего товарища.
— Знаю я эти приказы! — Отмахнулся тот. — Сколько лет уже ищет…
— Это не наше дело! Сказано проверить! — Прервал его зеленокожий. — Возьмешь кого-нибудь из тех, кто в Кааране давно, и, вместе с ними наведаешся к торговцам. Пусть поднимут бумаги. Кто въезжал в город сегодня в середине второй половины дня. Ну и найдете их. Поспрашиваете. Вежливо! Держи свою «ярость» в узде. Мы не дома.
— Не учи! — Поморщился орк. — Я не просто так сюда попал. Самый спокойный среди одногодок. У меня коэффициент всего полторы единицы.
— Пусть и спокойный, но ответственность в тебе видимо плохо воспитали.
— Все мы несовершенны. Ладно, а что, если и правда что-то найдется?
— Запомни, никаких лишних телодвижений! Свяжемся с госпожой, а там, как прикажут. А до тех пор, ненавязчивое наблюдение.
— Понял. Кстати, а чего ты пиво не пьешь? Вкусное ведь?!
— Напился уже, за четыре года. — Вздохнул чистокровный и перешел на язык орков, давая понять, что тайные разговоры закончены. — Допивай, и валим отсюда. Скоро тут потеха пойдет. Можешь клыков не досчитаться. Если хочешь просто пива похлебать, тебе в другую таверну. А здесь порядки другие. Тут местные пар спускать любят.
Орки неторопливо поднялись, бросили несколько медных монеток на глиняное блюдце в центре стола, и, ловко огибая подавальщиц и уже изрядно поднабравшихся посетителей, покинули помещение. До них никому не было совершенно никакого дела.