Руку мне дай...
Шрифт:
Собственно, сам Корнелиус для Снейпа опасности не представлял – он просто ставил подписи на документах, не заостряя внимания на личности, которой этот документ понадобился.
А вот память Долорес нужно было немножко подкорректировать…
— Вот все и готово, милый юноша, — проворковала своим ангельским голосом Амбридж, помахивая дипломом, дабы высушить чернила. – А вы боя…
— Ступефай!
Амбридж, вытянувшись столбиком, упала на ковер. Рот раскрыт, глаза широко распахнуты.
Северус легко погрузился в ее сознание, старательно обходя легкий флирт в кабинете у Фаджа, походы в дамскую комнату и обед в министерской столовой.
Он лишь изящно и аккуратно стер воспоминания о записке Люциуса, как будто Северус пришел сам, без всякой просьбы и сделал установку на постепенное забывание о своем визите, чтобы потом женщина не сильно пострадала, если вдруг выйдут на нее в поисках.
Она просто делала свою работу и ничего более. Любой студент имел право обратиться в Отдел образования и получить разрешение на сдачу экзаменов. Только и всего. Правила и законы в магической Британии одинаково работают для любого гражданина, а долг работников Министерства обеспечивать удобство и выполнять любые просьбы и пожелания обратившихся членов магобщества.
Затем Снейп аккуратно левитировал внушительную тушку за стол, усадил в кресло и напоследок подтер воспоминание о Ступефае – пусть думает, что они расстались вполне мирно и дружелюбно.
— Фините, — произнес он про себя.
Долорес отмерла и потрясла головой.
Северус тут же пододвинул к ней два обещанных флакона, завернутых в пергамент, и женщина, мило улыбнувшись, тут же спрятала их в розовый ридикюль. Затем она встала, и торжественно пожав Снейпу руку, вручила ему свернутый трубочкой и перевязанный фиолетовой лентой диплом.
— Очень жаль, что все это происходит не на выпускном Балу, но что поделать, что поделать, — трясла она руку Северуса, расплывшись в широкой улыбке. – Желаю вам удачи, милый юноша, обращайтесь, если возникнет надобность! Министерство всегда готово помочь своим гражданам! Это наш долг и обязанность! Мы работаем на ваше благо!
— Благодарю, мисс Амбридж, вас за ваше живейшее участие в моей судьбе! Вы очень помогли мне, устроив встречу с миссис Марчбенкс, очень! Не представляете, как я вам признателен, — тараторил Снейп, не чая уже удрать из этого розового кабинета.
Наконец ему удалось вырвать руку и выскочить за дверь.
Прочь, прочь из этого удушливого места! Министерство ему не понравилось от слова совсем.
Скорее домой!
Через десять минут он уже стоял возле коттеджа Эвансов. Ждать, пока Петунья придет к нему, было невыносимо – Северус думал, он лопнет от нетерпения поделиться хорошими новостями.
Северус негромко свистнул – окна в доме были открыты, и сквозняк шевелил занавески.
Петунья выглянула, радостно помахала рукой и понеслась вниз.
Она выскочила прямо в домашних тапках, и, увидав радостное лицо друга, непривычно взвизгнула и кинулась к нему.
Северус и сам не понял, как они оказались в объятиях друг друга.
Это оказалось неожиданно очень… приятно. Чувствовать кого-то совсем-совсем близко, смотреть в блестящие смеющиеся глаза, видеть улыбающийся рот… теплое дыхание… волосы щекочут лицо…
Петунья что-то говорила, даже поцеловала его в щеку – она верно поняла, что поход в Министерство увенчался успехом.
Он осторожно прижал ее поближе к себе, чувствуя, как горят щеки и, зажмурившись, вдохнул запах ее волос.
Со второго этажа, отодвинув штору, на них смотрела нахмурившаяся Лили.
Северус нехотя открыл глаза и встретился взглядом с бывшей подругой.
========== Глава 20 ==========
Сначала он стушевался и смутился, как всегда бывало при виде Лили, но потом вдруг разозлился на себя за старые, до сих не забытые рефлексы, и скептически подняв бровь, посмотрел ей прямо в глаза, продолжая обнимать Петунью.
Им вдруг овладело какое-то шальное веселье. Да, в конце концов, что за привычка у него при виде недовольного лица Лили тут же внутренне и внешне съеживаться, чувствуя себя заранее виноватым.
Теперь, когда они окончательно поссорились, ему ведь нет нужды выслушивать ее нотации и упреки в неподобающем поведении, так что он может делать и говорить что угодно.
И будет стоять, где захочет, и говорить с Петуньей сколько надо и о чем угодно. Он свободный человек, ему ничего не мешает поступать так. Хватит.
Лили, обнаружив, что Снейп ее увидел, тут же отпрянула вглубь комнаты и метнулась в простенок между окнами.
Сердце заколотилось вдруг со страшной силой.
Увидев сестру рядом с бывшим другом, она поразилась тому, насколько гармонично те смотрятся друг с другом: оба высокие, стройные, тонкие… и похожие… даже не столько внешне, сколько… она даже не могла сказать как. Похожи внутренне, духовно? По сущности? По мировоззрению и ощущениям? По интересам?
Как бы там ни было, видеть эту парочку столь близко и такой воодушевленно счастливой было неприятно.
Все лето Лили убеждала себя, что поступила тогда, у озера, абсолютно правильно, и Снейп сам виноват в том, что их дружба закончилась так печально.
Все лето она маялась скукой и бездельем, а в это время ее сестра развлекалась со Снейпом…
А теперь у них и вовсе хватает наглости обниматься прямо у нее на глазах под окнами ее собственного дома!
Она осторожно выглянула из-за шторы.
Эти двое предателей теперь стояли, взявшись за руки и возбужденно перешептывались. Как ни напрягала слух Лили, услышать ей ничего не удалось. Бубнили себе под нос, гады…