Чтение онлайн

С посохом в руке, в коричневой робе с капюшоном, развевающейся на холодном завывающем ветру, на льду стоял мужчина. Помимо него внизу находились два Ледяных Когтя, нацелившие на чужака копья. Но тот не проявлял враждебности. Что-то в спокойной позе путника подсказывало, что он просто разговаривает с дьяволами, но Ираклия не могла разобрать слов на таком расстоянии.

Его бесстрастие разожгло любознательность жрицы. Неважно, что он сделал, чтобы успокоить Ледяных — это не имело значения. Возможно, ей стоит приказать им отступить. Но прежде, чем она успела отдать приказ, ледяные дьяволы атаковали. Человек в капюшоне исчез и появился в нескольких шагах дальше от ворот. Копья гелугонов ударили в пустоту.

Ледяные Когти обернулись, снова нацеливая на него оружие. Ираклия чувствовала, что он до сих пор продолжал разговаривать с ними, всё ещё пытаясь избежать агрессии. Огромные демоны глазели на чужака большими фасеточными глазами. В воздухе материализовались булыжники размером с кулак и полетели в голову человека в капюшоне. От удара тот пошатнулся, и капюшон откинулся, явив иссушенную кожу. Кем бы незнакомец ни являлся, он был нежитью. Возможно, личем — волшебником, ставшим противоестественным образом бессмертным.

Гелугоны обладали собственной силой, позволяющей им перемещаться в пространстве. Дьяволы использовали её, чтобы оказаться возле волшебника, — они, вероятно, полагали, что камни ранили волшебника, и собирались покончить с ним прежде, чем тот оправится.

Лич взмахнул посохом, и два ярко-жёлтых огненных росчерка понеслись в сторону дьяволов. Чародей стоял недалеко от места взрыва, но это, очевидно, его ничуть не волновало. Один Коготь упал, его панцирь жемчужного цвета почернел. Другой, несмотря на ожоги, устоял на ногах, и ударил лича копьём в грудь.

Живой мертвец пошатнулся, пытаясь сохранить равновесие, но, судя по всему, удар не возымел должного эффекта. Чародей поднял посох и стукнул Ледяного Когтя в лоб. От нежного, казалось бы, удара голова демона лопнула, словно арбуз, и баатецу повалился на землю. Маг провёл костяным пальцем по копью, торчавшему у него из груди, и оружие рассыпалось в прах.

Кулаки Ираклии сжались. Ледяные Когти были ценными слугами. Даже больше, они были символом её силы, её — и Морозной Девы! Это было явное оскорбление — убить Когтя, не говоря уже о двух сразу. И это на глазах у всех её слуг! Жрица огляделась, разыскивая своих подданных, которые обычно разбирались с неприятностями.

— Уничтожьте это! — крикнула Ираклия.

Её варвары пустили в ход копья и стрелы, а ледяные великаны — своё огромное оружие. Лич воткнул посох в снег и спокойно ждал, предоставляя атаковавшим возможность «повоевать». Снаряды попросту отскакивали от невидимого барьера, окружавшего мага.

Но стоило трём её волшебникам начать читать заклинания, как лич махнул рукой в мистическом пассе. Высокий, звонкий звук разлился в воздухе, достаточно громкий, чтобы все существа, состоявшие из плоти и крови, задрожали и зажали уши ладонями. Перевоплощённые маги раскололись на куски.

На Большем Леднике колдунов, которых поймала и поработила Ираклия, было ещё сложнее найти, нежели ледяных демонов. Объятая яростью, Ираклия запела голосом, в котором было неистовство снежной бури, и распростёрла вперёд руку.

Бледно-голубое пламя вырвалось из её пальцев и ударил лича в грудь. Луч должен был заморозить его на месте, но маг только небрежно встряхнул плечами, демонстрируя всю тщетность попыток жрицы. Она прокричала слова заклятия, пальцами создавая в воздухе сияющие знаки. В пространстве возник яркий неровный разлом, обрушивший искусственную лавину на неупокоенного. Но лич лишь поднял руку, и поток снега, словно разрезанный ножом посередине, так и не коснулся волшебника.

Ираклия тихо воззвала к силе своей крепости. Донжон замка начал подниматься, отделяясь от остова и приобретая нечёткие очертания колоссальной человекоподобной фигуры. Большинство из находившихся рядом со своей госпожой упали на землю, пытаясь удержаться, но несколько-таки в с воплями полетело вниз.

Ираклия послала гигантского защитника на лича. Необъятные кулаки чудовища с размаху ударили о поверхность Ледника, сотрясая всё вокруг, — они должны были стереть костлявого волшебница в порошок. Затем жрица Ледяной Девы остановила великана — нужно было убедиться в результате. Но на первый взгляд среди расколотого льда никто не лежал.

— Я собираюсь показаться, — прошептал спокойный баритон со странным акцентом. — Когда я это сделаю, прикажите вашему голему поднять меня.

Ираклия в замешательстве обернулась. Возле неё никого не было, и, судя по поведению слуг, никто больше этого голоса не слышал.

— Я не хотел драться, — продолжил шёпот, — но это был выбор гелугонов — несдержанные хамы, не находите? Я вынужден был защищаться, и после этого все пошло не так. Я понимаю, что подобный инцидент не может быть просто так исчерпан — всё же, на происходящее смотрят слуги. Любой другой исход может поколебать ваш авторитет. Так что победа ваша — можете взять меня в плен, без убийства, и тогда мы поговорим. Идёт?

Жрица колебалась. Его снисхождение раздражало, но с другой стороны, его самоуверенность имела под собой основания, и с практической позиции было бы мудро побыстрее закончить этот спектакль. Кроме того, Ираклия хотела знать, кто он такой и что ему надо.

Таким образом, она уведет его в замок — её храм, священную землю, где она сильнее. А там, если жрицу его слова не заинтересуют, то она просто уничтожит лича.

— Покажись, — прошептала она. Ираклия приказала великану разжать пальцы правой руки. Лич появился у гигантской ноги. Королева велела голему поднять мага.

— Я сдаюсь, — сказал живой мертвец, — и молю о милосердии.

Чужак был полностью во власти Ираклии, и искушение приказать великану сжать руку и раздавить лича в прах было велико. Но у жрицы было неприятное чувство, что маг предусмотрел такой вариант перед тем, как сдаться.

— Сначала мы поговорим, — сказала она. — Как только я пойму, чего ты хочешь и что тебе нужно, я поступлю с тобой так, как ты того заслуживаешь.

Ей не понадобилось много времени, чтобы отобрать у мага посох, сотворить цепи изо льда, связать руки и ноги, вернуть донжон на его законное место и проводить узника на крышу самой высокой башни, где они смогут поговорить без лишних глаз. Неживой маг спокойно все это терпел, но как только стражи ушли, он чуть тряхнул руками, и ледяные оковы разбились.