Чтение онлайн

Довольно быстро "расклепав" пару швов, что соединяли боковые пластины с поперечными, двуногие принялись за прямоугольную "рамку", к которой и крепился виброгасящий переходник. И на которой теперь болтались его остатки. С шумом свободный теперь торцевой лист рухнул на пол. В скором времени к нему присоединился и боковой, соединявший плоские части "улитки". Но проблема размера осталась той же. И боковой, и второй торцевой лист, через который проходил вал двигателя к вентилятору внутри, были прикручены к станине болтами. И их размер отличался от тех, которыми вся конструкция крепилась к основанию. Да и второй торцевой лист, не разобрав связку "двигатель-вентилятор", было не снять. Вся работа теперь оказалась, по сути своей, напрасной.

Зарычав от гнева, самец изо всех сил опустил многострадальный ключ на полуразобранную конструкцию. В противостоянии "относительно тонкий лист против более толстой железки" победу одержала последняя, представленная ключом. А металл короба в месте удара заметно выгнулся, пытаясь повторить форму ударившего предмета. От следующего действия Арчи уже удержала сестра, самым простым образом - дав кулаком в ухо.

– Шуметь хватит, и так уши болят, - недовольно прошипев, она принялась выкручивать несчастный инструмент из его пальцев. Идея, пришедшая в голову, была еще более простой, чем разобрать короб. Попробовать подложить пластинку металла между гайкой и самим ключом, и попытаться все же отвернуть ее. И времени на пояснение идею психанувшему братцу, а тем более - держащемуся подальше от шума четверолапому, не хотела терять. Быстро найдя подходящую, на ее взгляд, пластинку, она прижала ее к краю гайки, затем, с явным трудом, все же смогла натянуть на эту конструкцию целый торец ключа. И всем весом навалилась на инструмент. Скрежет, и почти сразу - треск. И звон ударившегося о пол металла, сопровождаемый нецензурной бранью от самки. Болт, в месте стыка его с пластиной короба, просто проржавел и переломился от приложенного усилия. А даже не рассчитывающая на такой исход аниото растянулась на полу.

Дальше дело пошло быстрее, и последний лист короба-улитки был отделен от станины. Но снова - никакого выигрыша, так как через разобранную конструкцию продолжал проходить вал, соединявший двигатель и вентилятор. Проверенным способом сломав старые болты, крепящие мотор, аниото разделили усилия. Арчи как можно сильнее толкал двигатель со станины, используя очередной кусок трубы как рычаг, а Кали аккуратно, но сильно, стучала по месту стыка валов. Если они все помнили правильно, полый вал вентилятора через зубчатую коронку надевался на вал двигателя. И конструкцию можно было, и правда, так разобрать. Блеснувший в тусклом свете металл показал - они не ошиблись.

Четыверолапый наблюдал за всем этим со стороны, и никак не желал помогать, несмотря на понятные, как казалось двуногим, намеки. Только никто из парочки не представлял, как это выглядело с его стороны. "Давай, поработай, потяни, а мы - пошумим". Что поделать - в устройстве механизма он не понимал абсолютно ничего, и не видел большого смысла в этом шуме. Только отдыхать мешал. Но и попытки как-то вразумить их не увенчались успехом. От него просто отмахивались, из-за чего желание и схватить кого-то из них зубами все увеличивалось. Правда, с тем, насколько они уже снова измазались в остатках смазки, жиров и пыли, и помня "вкус" того троса, не сильно хотелось.

Вопль, очередной, с их стороны даже не привлек внимания. Так, меланхолично повернул, порядком гудящую от шума, голову в их сторону. И офигел, так как эта парочка тащила все же снятый двигатель к нему. Явно с намереньем использовать как тяговую силу. В ответ на только открытую для очередной, непонятной четверолапому, речи двуногого пасть первый рыкнул так, что самец четь не уронил себе на ногу тот самый предмет, который так долго выковыривали из механизма.

– Эй, да мы и сами дотащим, ты только отведи, куда!
– когда руки заняты грузом, жестами показать что-либо весьма трудно. И Арчи это понял в этот момент очень остро. Так уж вышло, что именно ему выпадала честь что-то доносить до четверолапого. Кали в эти моменты была либо занята, либо без сознания. Так что двигатель пришлось как можно аккуратнее поставить на пол, и, теперь вдвоем, пытаться пояснить Жути, что от него требуется. Вот только, если ценность тех же медикаментов он представлял, то ценность куска железа, лично для него, была сомнительна. Все механизмы, что он видел, приводились в работу либо живой силой, либо паровыми машинами. Лифты с электроприводом, и прочее, было только наверху. И спектакль парочки начинающих актеров про "много кушать за это" его не вдохновлял. Попытки демонстративно отвернуться так же не принимались - более мелкие, аниото все равно умудрялись пролезть перед ним, а загонять себя уж совсем в узкую щель не давало чувство самосохранения. Загонят, и потом прибьют.

Так что, плюнув на все, фигурально выражаясь, он позволил парочке следовать за ним. И тащить эту железку - на себя погрузить двигатель он не давал категорически. Одной попытки, что сразу закончилась почти падением мотора со спины дернувшегося зверя, хватило вполне. Хорошо, что никто еще не выпустил его из рук, так что трагедии удалось избежать.

Так и вышла троица в коридор. Впереди - четверолапый, а за ним - тихо шипящие сквозь зубы аниото. Как оказалось, тащить мотор оказалось не так легко. Усталость, и собственная торопливость, сыграли плохую шутку. Пальцы периодически пытались соскользнуть, а сделать подобие ручек или носилок не было времени и возможности.

Но даже это не мешало им с интересом поглядывать по сторонам. Все же взгляд из вентиляции не сильно подходит для познания мира. Пусть, на неискушенный взор, ничего необычного не было, но привычным к окнам или искусственному освещению кошачьим применение то ли грибов, то ли мха в качестве светильника казалось экзотикой. Еще большим удивлением была относительная свежесть воздуха, без затхлости или сильно ощутимого, как в вентиляции, сквозняка.

Постепенно окружение менялось - все меньше попадалось остатков сооружений, бетона стен, а двери исчезли вообще. Вместо них через неравные промежутки шли провалы, в которых было еще темнее. Цех казался теперь почти идеально освещенным.

Через несколько поворотов открылось ближайшее "пересечение миров". Круглая в плане пещера когда-то могла быть ангаром или ремонтным цехом для техники - иначе пояснить пологие спуски на несколько уровней, а так же множество глухих ниш на каждом из трех ярусов. Троица вышла из прохода на самом верхнем из них. С каждым из ярусов площадь пещеры уменьшалась, а коридоры можно было вычислить по подходящим к ним пандусам. Пещеры-ангары просто выходили на свой ярус.

Но самым поразительным была оживленность этого места. Кроме четверолапых, которые явно всем заправляли, присутствовали не только виденные уже кошачьи и собачьи морды. За порядком следили массивные туши медведеподобных существ. Возвышаясь почти на голову над толпой, и будучи в полтора-два раза массивнее самого "плотного" из ину, дополнительно выделялись они подобием формы. Одинакового покроя жилетки, снабженные эполетами своего цвета на каждом из уровней. Синий, красный и черный, если перечислять с нижнего уровня.

Но самым удивительным было получить наглядное подтверждение услышанного. Самцов, и правда, было во много раз меньше, чем самок. По сути, из самцов были только охранники - остальные двуногие в большинстве были самками.

Нескольких секунд, пока Жути рассматривал и выискивал известные лишь ему одному обозначения, хватило аниото для охватывания взглядом картины. Ведь дополнительно все было освещено, но не панелями световодов или биологическими светильниками, а электрическими лампочками. Чем иным могли быть колонны из матового материала, стоящие по краю каждого из ярусов, и дополнительное освещение в каждой из "лавок"?

Четверолапый спустился вниз, на средний ярус, аниото двинулись за ним, отмечая еще одну особенность местной моды для двуногих. Свободный конец цепи каждого из ошейников был закреплен на поясе, а сама цепь проходила так, чтобы максимально исключить возможность зацепиться за что-то. У Кали и Арчи, словно подчеркивание их новизну в этом мире, все было наоборот - сама цель была припрятана под одежды, но конец свободно болтался у пояса.

Целью оказалась наиболее освещенная ниша. Еще был - кого мог заинтересовать электромотор, кроме как занимающегося этим? А солидности добавлял стоявший у входа урса-охранник. Кали удалось вспомнить, как звали этот, почти забытый наверху, вариант модификации. Наиболее медлительные из всех в повседневно жизни, в критических ситуациях они могли поспорить в скорости реакции с аниото, а силой - превосходили ину. И все это было приукрашено некой флегматичностью - задеть или оскорбить такого словом было очень и очень сложно, по все той же причине - такие "взрывные" нагрузки для организма не сильно хороши. Зато стражники правопорядка из них - почти идеальные. И скрутят почти любого, и спровоцировать сложно.