Росрыба
Шрифт:
— Мне один хек. — сказал он, — А вот парашюте твоем я дыру прожгу! Понял? Это ведь ты мой парашют из рюкзака вынул? Это ж твоя была идея меня заманить с парашютом прыгать?
— Лещ, пилять мороженая! Мамой клянусь, мы ни при чем! — истошно завыл Лобстер. — Мы же друзья сто лет! Это же ты, ты сам придумал прыгать!
Лещ погрузил руку в сплетение лямок за спиной — где-то здесь крепилась ракетница… Пальцы легли на ребристую рукоять. Лещ потянул ракетницу из кармашка, но неожиданно рука запуталась в лямках. Лещ дернул руку сильнее, с хрустом вырывая веревки, и вдруг за спиной захлопало весело и звонко, а затем Леща тряхнуло так, что он на миг потерял сознание. Он выронил ракетницу и лишь чудом удержал в руке мобилу. Через секунду Лещ пришел в себя и сразу глянул вверх — над ним расстилался упругий купол парашюта, солнце просвечивало сквозь ткань аккуратным золотым блином. И вокруг стояла тишина. Только сейчас он понял что упругое хлопанье, которое сопровождало его весь путь, производил не пиджак, а маленький вытяжной парашют за спиной, который запутался и не смог развернуться вовремя.
Лещ поднес мобилу к уху.
— Лобстер! — сказал он, из глаз выкатились две слезинки и покатились вверх по лбу, — Малек! Лобстер! Щука я гнилая! Как я мог? Мозги вырубились! Судак я полный, стерлядь я, пристипома! Что на меня нашло?! Братки! Родные мои кореша! Лобстер!
В трубке пискнуло и раздался спокойный женский голос робота:
— Ваш аппарат выключен. За информацией обратитесь в техническую службу. Ваш аппарат выключен. За информацией…
Лещ глянул вниз — там, кружась как кленовая лопатка, все падала и падала маленькая ракетница, а под ней расстилалось поле — близкое и огромное. Там виднелись два джипа, утопающие в бежевых волнах колосьев, а вокруг них полукругом рассыпались маленькие темные фигурки. «Hе стреляй в меня, Угорь…» — сказал Лещ тоскливым шепотом.
— Hе стреляй!!! — заорал он изо всех сил, и, размахнувшись, кинул вниз мобилу.
19 января 1999, Москва