Чтение онлайн

И, подняв свой жуткий на вид ятаган, он устремился вперед. Ронан обернулся и увидел, что огненный взор свирепого воина сосредоточился на Тарле, который решил, что раз Хранитель проявил симпатию к Ронану, вполне безопасно будет выйти из укрытия и присоединиться к ним. Судя по его лицу, он уже пожалел о своем решении. Ронан быстро схватил Хранителя за руку.

– Этот со мной, – сказал он.

Хранитель явно удивился.

– Не шутишь? – с сомнением спросил он.

Ронан покачал головой.

– Вот те раз, – пробормотал Хранитель, опускал ятаган.

Тарл чуть не рухнул на землю от облегчения, а из его тела начали выстреливать длинные трескучие дуги оранжевого света.

Хранитель с интересом за ним наблюдал.

– Ого! Круто, приятель! – ухмыльнулся он.

– А как так вышло, что ты Хранителем меча стал? – спросил у него Ронан.

– Я откликнулся на объявление о приеме на работу в газете «Вечерний Илекс». Там было написано: «Требуется искусный воин. Должен иметь собственные стимулы и способность к безнадзорной работе. Работа постоянная с долгосрочными перспективами. Униформа гарантируется». Униформа? Ха! Ты только глянь на эти штаны! – Хранитель с завистью посмотрел на стильно пошитую кожаную воинскую куртку Ронана и горестно рассмеялся. – Я так понимаю, этот парень Некрос капитально меня надул!

– Некрос?

– Ну да. Это тот самый, который здесь меч положил.

Ронан с Тарлом переглянулись.

– Выходит, Некросу по меньшей мере пятьсот лет, – сказал Тарл. – Я же говорил, что здесь какое-то колдовство.

– И он какое-то отношение к мечу имеет, – задумчиво отозвался Ронан. – Ты ведь не станешь прятать волшебный меч в подобное место с надежным стражем, если только не захочешь хорошенько скрыть его от людей. Он по какой-то причине должен Некроса беспокоить. Это наверняка тот самый меч, про который говорил мой отец!

Хранитель озадаченно переводил взгляд с одного на другого.

– Так вы этого Некроса знаете? – спросил он.

– Самую малость, – пробормотал Ронан. Затем он нахмурился и одной рукой принялся ласкать потрепанную голову плюшевого мишки, которая все еще висела у него на груди. – Он убил все мое племя и моего отца. Я ищу отмщения, и мне нужен тот самый меч, который ты охраняешь.

Хранитель был явно расстроен.

– Вот клят! – грустно выругался он. – Я бы рад отдать тебе эту штукенцию, но Некрос на меня мощные чары наложил. Если я его отдам, что-то очень пакостное случится. Я просто не могу этого сделать.

Ронан неторопливо кивнул. Он уже начинал опасаться, что дело именно так и обстоит.

– Тогда нам, пожалуй, придется драться.

– Пожалуй, – печально согласился Хранитель.

– Нет, погодите! – вмешался Тарл, вставая между ними. – Сколько Некрос велел тебе эту ерунду охранять?

Хранитель немного подумал.

– Не знаю, – ответил он. – Это парень типа скользкий. Он просто сказал, что моя работа его охранять.

– Значит, если меча здесь больше не будет, твоя работа закончится, и ты сможешь пойти домой? Так?

– Пожалуй, – с некоторым сомнением отозвался Хранитель.

– А какие инструкции дал тебе Некрос? – продолжал Тарл. – То есть что он в точности сказал?

Последовало молчание, пока Хранитель пытался вспомнить события пятисотлетней давности.

– Ну, – нерешительно начал он, – он сказал, что я не должен никого пропускать в Пещеру Поющего Меча. Если кто-то попытается туда войти, я должен его убить.

– Стало быть, и дело с концом. Мы туда входить не будем. Мы просто подождем здесь, а ты войдешь, возьмешь меч и нам его вынесешь. Тогда твоя работа закончится, и ты сможешь отсюда на все четыре стороны убраться!

Хранитель опять подумал. Его явно подмывало это сделать, но он по-прежнему сомневался. Тогда Тарл положил ему руку на плечо, при этом поднявшись на цыпочки, и понизил голос.

– Послушай, – вкрадчиво начал он. – Мы этого Некроса хорошо знаем. Он никогда сюда не вернется. И ты будешь вечно здесь торчать. А тебе, между прочим, не мешало бы мир посмотреть. Взять хоть Вельбуг. Там тебе и рестораны, и винные бары, и таверны, и казино. И есть там такое местечко – «Драконья лапа» называется…

Тут он умолк. Хрантель заинтригованно на него смотрел.

– И что в этой «Драконьей лапе» такого особенного? – поинтересовался он. Тарл улыбнулся.

– Женщины! – сказал он. И опять взял паузу.

– Женщины? – переспросил Хранитель, и в этом слове прозвучало горестное одиночество целой жизни, проведенной на страже в пещере под горой в самом центре неизвестности.

– Красивые женщины, – продолжил Тарл. – И мы очень коротко знакомы с хозяйкой. Если ты придешь в «Драконью лапу» и скажешь, что ты от Ронана, тебя там примут, хорошенько за тобой поухаживают, пристроят куда надо. Выполнят все твои желания, я повторяю – все твои желания. Поверь мне, уж я-то знаю.

Хранитель некоторое время внимательно на него смотрел, и Тарл увидел, как в его глазах расцветает надежда.

– Ну ладно, – сказал воин. – Раз вам нужен меч, вы его получите! – Они с Ронаном снова хлопнули друг друга по ладоням, затем Хранитель исчез в дверном проеме.

Ронан и Тарл вгляделись ему вслед. Там была просторная пещера с высоким потолком, омываемая зловещим голубым светом, который, казалось, исходил ниоткуда. Слышался странный пульсирующий мотив, который словно бы играл очень-очень далекий мелхотрон. Родись они в одном из параллельных миров, Тарл с Ронаном сразу бы подумали про «Пинк Флойд». И там с золотого крюка, вделанного в дальнюю стену, свисал меч. Хранитель встал перед ним. Какое-то мгновение он колебался, затем поднял руку и снял меч с крюка, заметно при этом дрожа. Было ясно, что он ожидал чего-то очень скверного. Однако ничего не cлучилось, так что он схватил висевшие рядом с мечом ножны и поспешил обратно к сводчатому проходу.

– Вот он! – сказал Хранитель, вручая меч Ронану. Ронан взвесил его в руке. Меч был простой, ничем не украшенный и намного меньше того массивного оружия, к которому он привык, зато он, казалось, сиял и пульсировал каким-то внутренним светом. Ронан вдруг понял, что далекая музыка, похоже, исходит откуда-то из его глубин.

– Да он поет! – воскликнул он.

– Ха! – отозвался Тарл, на которого это особого впечатления не произвело. – Музыка для динозавров!

При этих словах меч вдруг затих. Ронан с легким беспокойством на него посмотрел. У него сложилось явственное ощущение, что меч обиделся.