Чтение онлайн

– Ну что, за приезд?
– спросил Василь, открывая небольшой бар, отделанный красным деревом.

– Честно говоря, сейчас не хочется, - вежливо ответил я, - лучше уж, когда приедем. За столом, так сказать.

– Понял, - ответил Василь и закрыл бар.

– Я лучше закурю, - сказал я и достал сигареты. Василь нажал на другую кнопку, и около моей руки из подлокотника выскочила пепельница. Было видно, что ему нравится хвастаться передо мной этими убогими чудесами, и я, решив подыграть ему, сказал:

– Хорошая машина.

Василь самодовольно усмехнулся и небрежно заметил:

– Мыкола выложил за нее двести косых.

– Двести косых?

Я сделал вид, что удивился, и Василь расцвел, но я тут же испортил ему настроение, сказав:

– У меня таких два, и я отдал за них всего лишь триста. Думаю, что Берендей переплатил.

Василь, не зная, что сказать, неопределенно пожал плечами и, повернувшись к окну, сказал:

– А вот у нас тут новый стадион, в этом году построили.

– Кто построил, Берендей, что ли?
– восхищенно спросил я.

– Та ни… - Василь поморщился, - какой Берендей… Это муниципалитет построил. Городской стадион. Специально для бейсбола.

– А-а-а… А я думал - Берендей. Вот хвастливый мудак!

Чтобы сменить тему, я поинтересовался:

– А там, у Берендея, салом угощать будут? Вы же хохлы, так что уж насчет сала…

Василь оживился и затараторил:

– А как же! Четырнадцать сортов! И он стал загибать пальцы:

– Сало соленое, сало копченое, сало маринованное, сало топленое, сало вяленое, сало томленое, сало…

– А сало в шоколаде у вас есть?
– прервал я его излияния.

Он запнулся и посмотрел на меня с недоумением:

– В шоколаде? Ни-и-и… В шоколаде нема. Разве такое бывает?

– Бывает, - авторитетно заявил я.
– В Германии с салом тоже все в порядке, так вот там я и пробовал сало в шоколаде. Хорошая штука, знаешь ли!

– В шоколаде… - пробормотал Василь, - ишь ты… И он глубоко задумался.

Резиденция Мыколы Берендея располагалась в живописном пригороде.

Небоскребы Чикаго маячили где-то на горизонте, и до них было как минимум километров двадцать, а здесь, на чистеньких зеленых холмах, царила натуральная благодать с птичками, бабочками и прочими кузнечиками.

Лимузин остановился перед решетчатыми воротами, на которых была надпись «Частная собственность». Такая же надпись повторялась на маленьких табличках, висевших на ограде из проволочной сетки, и эта ограда уходила в обе стороны на неопределенное расстояние. Знахарь прикинул размеры берендеевских владений и, усмехнувшись, покачал головой. Все говорило о том, что Берендей - мужик серьезный и обосновался тут надолго.

Камеры наблюдения, торчавшие по обеим сторонам ворот, повернулись в сторону лимузина, и через несколько секунд створки медленно отворились. Когда лимузин проезжал через ворота, Знахарь обратил внимание, что на земле лежала стальная полоса с острыми зубьями. В случае необходимости она могла принимать вертикальное положение, и незваного гостя наверняка ожидала замена всех колес за собственный счет.

Ровная дорожка, посыпанная толченым кирпичом, извивалась между небольшими зелеными холмами, на которых кое-где росли ухоженные кустики и ровные деревца. За очередным поворотом Знахарь неожиданно увидел грядки с луком, укропом и редиской, а чуть в стороне тянулись борозды картошки. Он удивленно посмотрел на Василя, и тот, довольный произведенным впечатлением, с гордостью сказал:

– А это - огород Мыколы. Он никого до него не допускает, все делает сам, своими собственными руками. Говорит, что это - как его… Психотерапия, что ли?

– Может быть, трудотерапия?
– спросил Знахарь.

– Не… психо. Точно, психо.

– Ну ладно, психо, так психо, - согласился Знахарь.

Между тем лимузин, сделав последний поворот, оказался перед невысоким, но большим по площади двухэтажным домом.

Дворец чикагского уголовного батьки был выстроен из натурального дерева, и Знахарю тут же вспомнился терем Дяди Паши, а также обе его банщицы.

– Слушай, Василь, а банька у Берендея есть?

– А как же!
– ответил Василь и уже приготовился рассказать о берендеевской баньке, но тут лимузин остановился, и ему пришлось открыть дверь и выскочить первым, чтобы с почтением помочь Знахарю выйти из машины.

Выбравшись из лимузина, Знахарь с удовольствием потянулся и набрал полную грудь чистого и свежего воздуха. С шумом выдохнув, он одобрительно сказал:

– Да, тут не то, что в вонючем городе.

– Точно, - подтвердил Василь и сделал гостеприимный жест.
– Добро пожаловать к нашим пенатам!

Знахарь удивился и хотел спросить у Василя, знает ли он, что означает это древнее заграничное слово, но тут дверь просторной и добротной фазенды распахнулась, и на пороге показался жилистый чернявый мужичок, с ноготок - Знахарь даже подумал, что этот Мыкола вряд ли достанет ему до плеча. Так и оказалось.

Увидев его, Василь встал по стойке «смирно» и сказал:

– Мыкола Тарасович, а вот и Костя Знахарь! Знахарь смотрел на Берендея, стоявшего на крыльце, и никак не мог заставить себя отключиться от того былинно-могучего образа, который вызывало у него имя Мыкола, да еще с таким внушительным погонялом Берендей, каковые должны были бы принадлежать рослому хохлу с сивыми усами и четырьмя складками на шее, а не этому задохлику…

Берендей смотрел на Знахаря и хитро улыбался. Наконец он вдоволь насладился растерянностью гостя и сказал без всякого хохлацкого акцента:

– Не подходит, да? Ничего, я уже привык. Мне даже нравится, когда те, кто видит меня впервые, теряются и не могут сориентироваться.

Он легко сбежал с крыльца и протянул Знахарю цепкую лапку.

– Николай Тарасович Берендюк. Он же Мыкола Берендей. Теперь, я надеюсь, все вопросы снимаются.

Знахарь пожал крепкую ручонку и ответил: