Родина
Шрифт:
Смотрел заворожённо, без тревоги,
Белели там березы. Кем он был?
Разведчик удалой, он бил фашистов,
Тот бой последний, брал тогда Рейхстаг.
Но всё же выжил, шквал огня неистов,
Заговорённый – вовсе не простак.
Лечили долго, но ноги лишился,
Живой остался, бледный, худоба.
Калека так и жил, он не женился,
Свой крест не бросил – такова судьба.
04.03.2018 г. АС
Тогда спросил деда: "Почему у дяди нет ножки." Ответил: "Ходил по путям, отрезало поездом". На девятое мая, тот дядя пришёл на своей деревянной ноге. Вся грудь его была в орденах и медалях: три ордена славы, детвора была в шоке. Это было 9 мая 1971 года, ст. Баляга Читинской области.
Атака мертвецов.
I.
Идут года, меняются эпохи,
Дух воинства, по-прежнему велик.
И кто-то скажет, неуместны вздохи,
Для вечности тот подвиг, только миг.
Другая жизнь, но нас не отпускает,
Ведь Родина, как мать – она одна.
Такое, лишь подонок забывает,
Хоть даже миром правит сатана.
II.
Спокойствие и нет здесь эйфории,
Стояла крепость на пути – форпост.
То Осовец, ближайший путь в Россию,
Не взять его – дорога на погост.
Осада. И снаряды землю пашут,
Полгода, даже чёрт их не берёт.
Жизнь тяжела. Она не будет краше,
Сдаваться честь и совесть не даёт.
Кирпичные постройки развалились,
А блиндажи из дерева горят.
И мысли, чтоб сквозь землю провалились,
Аэропланы с воздуха бомбят.
Секретный план, воспользоваться газом,
Был август и прекрасная пора.
Рассвет багряный и туман зараза,
Зелёной мутью вниз, бежал с бугра.
У крепости отравлено живое,
Склонилось, почернело на пути,
Дыхание у смерти роковое,
Пожухло, сжалось, больше не спасти.
Свернулись в трубку листья и опали,
С цветов упали наземь лепестки.
Солдаты в страшных муках умирали,
И почернели в поле васильки.
Предметы и продукты, толстым слоем,
Из окиси, покрыл зелёный мох.
Слепые, с чувством жажды, с злобным воем,
Брели куда-то, испуская вздох.
Вал огненный за газовой атакой,
Дивизия на штурм идёт вперёд.
Под стеклами глаза, они зеваки,
Туман зелёный, их теперь черёд.
Казалось нет живых и крепость пала,
Но что случилось? Сотня мертвецов.
Их видно смерть в атаку поднимала,
Готовы на куски порвать врагов.
Их лица жутким кашлем сотрясались,
Сквозь тряпки видно: кровь и волдыри.
В атаку шли и с жизнью так прощались,
Их цель одна – постылый враг умри.
За Родину умрём и будьте кляты,
Выплёвывая лёгкие в лицо.
«Ура»! – кричали русские солдаты.
Мы помним Вас героев, храбрецов!
Бежит назад германская пехота,
Отбросив маски, с ужасом в глазах.
А в бой идёт тринадцатая рота,
"Атака мертвецов", не на словах.
Их шестьдесят, но в бой идут отважно!
А в панике противник прочь бежит,
Там три полка, но это им неважно.
Уверенны они, что им не жить.
Подувший ветер чуть клубы развеял.
Откуда не возьмись, нещадно бьют,
Огонь ведёт из мертвых батарея.
Теперь от лютой кары не уйдут.
III.
Забыто всё и девять лет проходит,
В той крепости засыпан взрывом склад.
Его случайно под землёй находят,
Вдруг. "Кто идёт! Стоять!"– кричит солдат.
Он на посту и долг свой выполняет,
Бдит службу тот бессменный часовой.
Во тьме свой склад надёжно охраняет,
Ждёт смену. Он с губернии Тверской.
И нет уже страны которой служит,
А власть теперь рабочих и крестьян.
Ослеп от света солнца, но не тужит,
Он соль земли, войны той ветеран.
IV.
И этот день стал днем Солдатской славы,
Позор самодержавию с царем.
Продав народ, как были вы неправы,
Опасную игру вели с огнём.
Войну тогда Россия проиграла,
И страшен был событий тех итог.
Положив тем, не лучшее начало.
А кто не прав, пускай рассудит Бог!
События произошли 6 августа 1915 года. Страницы забытой войны, но не забытых героев.
21.01.2019 г. АС
Родины солдат.
С трудом огромным вышел на балкон,
И снова на дворе настала осень.
Он будто пленник, в стенах заточён,
А за спиной прошло немало вёсен.
В квартире батареи – сущий лёд,
Уж лучше постоять, где свежий воздух.
Никто судьбу не знает наперёд,
Лишь неизменны только в небе звёзды.
Деревья в парке сбросили листву,
Залюбовался кружевами веток.
Взрывал закат багровый синеву,
А листья клёна, проводили лето.
Как угольки погасшего костра,
От холода замерзли, почернели.
Что было – помнил, будто бы вчера,
И он с годами делал параллели.