Чтение онлайн

Однако, как нередко бывало, когда все, казалось бы, идет хорошо, мало-помалу мертвяк ощутил, что удовлетворение сменяется сомнением. Столько раз он находился на волосок от полного успеха, а потом один или другой из его бесчисленных врагов, этих людишек, что завидовали и боялись его несравненного интеллекта и магической мощи, расстраивал все планы, унижал его, на десятилетия изгоняя из мира смертных или погружая в отчаяние и отвращение к самому себе.

На этот раз, успокаивал он себя, он так тщательно все спланировал и овладел столь могущественным инструментом, что просто не может потерпеть неудачу. И все-таки маг продолжал сомневаться. Он знал, что где-то существует некий неизвестный противник, похитивший записи, спрятанные им в Лирабаре. По целому ряду причин никто не сможет расшифровать эти страницы, а даже если кому-то это и удастся, немыслимо, чтобы он смог воспользоваться полученными знаниями. Ведь осталось так мало времени. И все же, если кто-то сумеет…

Саммастер уже решил, что не станет терять драгоценное время на охоту за вором. Хотя сторонники Культа и были по-своему полезны на просторах всего Фаэруна, имелось слишком много задач, справляться с которыми должен был он сам. Если хотел, чтобы его планы осуществились. Поразмыслив, он подумал о еще одном дополнительном средстве, гарантирующем, что никто больше не узнает его тайны. Воспользоваться им стоило хотя бы ради собственного душевного спокойствия.

Саммастер простер костлявые руки, рисуя в воздухе сложный знак, и позвал:

– Приди ко мне, Малазан.

Красная дракониха услышит зов, где бы она ни была, и почувствует, в какую сторону надо лететь. Поскольку никакого принуждения в его призыве не было, Саммастер мог надеяться, что она сочтет нужным прислушаться к его просьбе. В обычных обстоятельствах так, скорее всего и случилось бы. Но если сейчас она, как берсерк, находится в гуще схватки, когда чешуя начинает сочиться кровью, а ее чудовищные сила и ярость становятся и вовсе сверхъестественными, это совсем другое дело.

Вскоре от одной из сторожевых башен Дамаранских Врат отделилась темно-красная точка, описала круг и устремилась в сторону Саммастера. Хотя человеческие глаза мертвяка давно высохли и сгнили, зрение его было острее, чем при жизни. Вскоре он разглядел неглубокую рану на плече Малазан и немного порванное перепончатое крыло. Как он и ожидал, она вступала в схватки со времени их последней встречи, но если и сочла нужным прибегнуть к дьявольской ярости, бывшей ее особым даром, то эта вспышка уже прошла.

Хлопая и треща крыльями, взмахи которых взбаламутили воздух и заставили заколыхаться царственный пурпурный плащ Саммастера, Малазан опустилась на скальный выступ. Его ширины едва хватило, чтобы уместить ее огромное тело. Саммастер по привычке пристально разглядывал выражение ее морды и позу, выискивая признаки, предостерегающие о возможном безумии.

Он укрепил ее разум и разумы всех Священных, с которыми недавно входил в контакт, но эта защита не будет держаться вечно. Проклятие, наложенное древними эльфами, миф о котором он приспособил для собственных целей, слишком могущественно и с каждым часом становится все сильнее. Несмотря на все свое колдовское искусство, он не хотел бы оказаться застигнутым врасплох, если дракон впадет в неистовство.

Однако Малазан казалась нормальной.

– Доброе утро, миледи, – сказал маг.

– Твои орки контролируют теперь Дамаранские Врата почти на всем протяжении, – отозвалась она. – В руках людей осталась только самая большая башня, и я надеюсь, что мы сумеем взять ее в течение нескольких дней.

– Тебе незачем самой этим заниматься. Даже если они смогут удерживать башню целую вечность, это никак не помешает нашим планам.

– Нашим планам, – эхом повторила Малазан. – Ты хотел сказать, твоим планам. Я все-таки так и не могу понять, почему ты хочешь, чтобы гоблины бегали по всей Дамаре.

– Как я уже объяснял, война служит нашим целям. Она отвлечет таких, как Избранные и паладины Золотой Чаши, от выискивания и уничтожения наших сокрытых святилищ, что лишило бы тебя и твоих соплеменников возможности стать бессмертными и таким образом избежать вечного безумия.

– Допустим, – произнесла Малазан. – Как бы там ни было, теперь, когда я выполнила задачу, которую ты передо мной поставил, мне пора отправляться в одно из моих убежищ, на отдых.

Саммастер мимоходом с удовлетворением отметил, как же страстно красная дракониха желает приступить к процессу трансформации, как сильно боится она бешенства. В конце концов, цель всей его работы – заставить ее и других цветных драконов чувствовать именно это.

Тем не менее, все одновременно они не могут сделаться драконами-мертвяками. Процесс этот весьма длительный, трудный и дорогой, а возможности Культа слишком ограниченны. Саммастер рассчитывал, что, пока змеи вроде Малазан будут ждать своей очереди, он сумеет найти им применение.

– Сначала я дам тебе еще одно задание, – начал он.

Светящиеся глаза Малазан сверкнули. Капля крови скатилась по чешуйчатому лбу.

– Необходимо разрушить еще кое-что, – продолжал маг. – Это не займет много времени. И я посылаю тебя не одну.

– Надоело. Как ты вообще осмеливаешься куда-либо меня посылать?! Ты слуга драконьего народа, а не наш господин.

– Я признаю это с гордостью. Но в той же мере, однако, верно и то, что я ваш друг и спаситель и в качестве такового заслужил ваше уважение. Теперь у тебя есть три пути: ты можешь просто отречься от меня и моих последователей и со временем стать жертвой бешенства. Второе: если желаешь наказать меня за дерзость, мы можем сразиться. Предупреждаю, однако, что до тебя я уже убил немало драконов – бронзовых, серебряных и даже золотых. Даже если ты сумеешь уничтожить меня, все равно конец будет тот же – ты впадешь в бешенство. Третье: ты можешь помочь мне, выполнить еще одну пустячную работу к нашей общей пользе и по праву требовать бессмертия.

Малазан выдохнула язык желтого пламени, но так, чтобы не задеть Саммастера.

– Чего ты хочешь от меня? – проворчала дракониха.

Завидев точку, скользящую в синем небе над северным побережьем, моряки подняли крик. Тэган Найтуинд, авариэль, чьи глаза были зорче человеческих, поспешил успокоить своих спутников:

– Это металлический дракон. Я думаю, латунный.