Чтение онлайн

Ставр объяснил, что с ногами, обнаженными выше колен, по улицам здесь ходят только рабы, а свободные люди обязательно надевают или длиннополые одежды, или штаны. А уж по тому, какого качества одежду носит человек, и ее цвету можно определить его социальный статус и род занятий. Уже поверхностное наблюдение за прохожими навело путешественников на мысль, что рабов здесь не так уж и много, преобладают мастеровые люди и небогатые приказчики.

Прогрохотав по улице, обоз выполз на рыночную площадь, располагавшуюся на берегу широкой полноводной реки. На противоположном берегу раскинулся другой город, куда больший по размерам и значительно более богатый. В окружении высоких белоснежных стен возвышался храм с огромным золоченым куполом. Вокруг него раскинулись утопающие в зелени садов особняки. Крыши многих зданий блестели медью или даже позолотой. Все это великолепие было окружено высокой крепостной стеной с мощными башнями, крыши которых также были покрыты медью. На коньках башен возвышались статуи, изображавшие каких-то непонятных зверей, более всего напомнивших Антону химер собора Парижской Богоматери. У причалов, расположенных на одном и другом берегах реки, стояло несколько остроносых галер и пузатых купеческих судов.

Та сторона, на которой находился рынок, была значительно менее презентабельной. Рынок был окружен большим количеством длинных и не слишком ухоженных бараков, вокруг которых стояло огромное количество телег. Именно к одному из таких бараков направил обоз младший распорядитель – маленький толстенький человечек, одетый в длиннополую хламиду, встретивший их у въезда на рынок.

Взявший инициативу в свои руки Чубенко достаточно быстро нашел общий язык с распорядителем. За небольшую мзду он сумел заполучить отдельные помещения для жилья и склад для товаров. Поскольку солнце уже клонилось к закату, разгрузив телеги, путники начали готовиться ко сну. Убогое убранство комнаты составляли несколько рядов нар и длинный дощатый стол. Натянув большой холст, дружинники организовали для Тани отдельное помещение. Тем все приготовления и закончились. Утомленные долгой дорогой путники поужинали, после чего повалились на нары и уснули.

Утром, чуть свет, их разбудил шум на улице. Рынок начинал жить своей жизнью, и финны, вместе с Чубенко, наскоро позавтракав и помывшись, принялись вести торг с приказчиками купцов, наведывавшихся на склад. Как выяснилось, они не имели права на розничную торговлю в городе и были обязаны сбывать весь свой товар посредникам. Несколько общинников пошли по рядам, чтобы сделать необходимые закупки. Таня с лекарем отправились изучать лавки с лекарствами.

Ритер со своими людьми оказался не у дел. Но к вящему разочарованию Рыбникова, захотевшего предпринять экскурсию на другой берег, Ставр сообщил, что это невозможно. Во-первых, весь период торгов ритер должен был находиться около товаров, чтобы пресечь возможное воровство. Во-вторых, город напротив, который, собственно, и был знаменитым Несом, был «закрытым», в отличие от окраины на правом берегу, куда мог входить любой.

В закрытый город могли проходить только природные граждане города, люди, состоящие на княжеской службе, и их вассалы и рабы, а также те, кто получил специальное приглашение, заверенное в канцелярии начальника стражи стен города. За нарушение правила следовало суровое наказание в зависимости от социального статуса преступника. Так что даже ритер, не состоящий на службе у князя или боярина, не мог свободно проникнуть внутрь, не рискуя быть навечно изгнанным из княжества. Скрепя сердце дружинники были вынуждены остаться на рынке и «любоваться» бесконечным круговоротом покупателей, продавцов, приказчиков и грузчиков, толкавшихся на торжище.

К обеду все участники экспедиции снова собрались в бараке. Чубенко довольно потирал руки. Он сообщил, что приказчики купца Леодра предложили скупить на корню весь товар и ему, Чубенко, удалось договориться о неплохой цене. Выручка позволит благородному ритеру существенно улучшить финансовое положение своей дружины. Ставр сразу попросил выплатить его долю авансом, чтобы «пройтись по девкам и кабакам», но получил решительный отказ Рыбникова. Таня, кажется, возникшего спора просто не заметила. Она увлеченно расспрашивала лекаря о применении закупленных трав.

Обед был прерван поднявшейся на рынке суматохой. Забежавший в комнату распорядитель сообщил, что сиятельный наместник Неса боярин Урята пожелал проинспектировать рынок и все торговцы должны построиться перед своими складами и лавками и приготовиться к проверке. Финны высыпали на улицу, явно волнуясь. Следом за ними вышли и дружинники.

Со стороны главной пристани к ним уже двигалась процессия, перед которой с почтением расступался торговый люд. По мере приближения становились все лучше видны ее участники. Впереди шел десяток воинов в стальных остроконечных шлемах, золоченых нагрудниках, красных кожаных сапогах. В руках воины несли длинные копья и овальные щиты. На поясе у каждого висело по прямому мечу и длинному кинжалу. За спинами болтались луки и колчаны со стрелами. Замыкало процессию еще два десятка столь же серьезно вооруженных парней. Знающий наблюдатель, без сомнения, заметил бы, что в стражу набраны весьма серьезные бойцы.

Между этими двумя отрядами четверо рослых мускулистых носильщиков, всю одежду которых составляли набедренные повязки, тащили тяжелые, инкрустированные золотом носилки с крышей, украшенной золоченой статуэткой какого-то зверя – не то коня, не то единорога. Плотные шелковые занавески закрывали портшез от крыши до самых ручек. Время от времени носильщики останавливались у какого-нибудь склада или прилавка, полог откидывался, и очередной торговец с поклоном подбегал к ним. К сожалению, процессия останавливалась каждый раз так, что рассмотреть человека в носилках не было никакой возможности.

Рядом с портшезом вышагивал рослый воин лет тридцати пяти. Возможно, именно так молодцевато и самоуверенно выглядели кавалергарды времен наполеоновских войн. Может, античные герои, воспетые Гомером, походили на него. По крайней мере, среди своих современников никто из переместившихся в этот мир дружинников не мог вспомнить никого, кто держался бы так, как этот человек. Шлема на нем не было, и белая шевелюра развевалась на ветру. В руках этого воина не было ни копья, ни щита. Зато за поясом и за спиной торчали изогнутые мечи, очень похожие на те, что были у Йохана, только более богато украшенные. Привлекала внимание висевшая на толстой золотой цепи осыпанная драгоценными камнями медаль на его шее.

– Это начальник внешней стражи сиятельного наместника, благородный ритер Арис, – пояснил стоявший рядом с Рыбниковым Ставр и повернулся к Тане, которая, как завороженная, разглядывала бойца. – Нравится? Не мудрено. По нему все девки Неса сохнут. Да и замужние, хе-хе, не против бы…

Рыбников жестко посмотрел на Ставра, и тот осекся.

Носилки остановились напротив Рыбникова. Полог откинулся, и из-за него выглянул невысокий, толстый и лысоватый человек с одутловатым лицом, на котором застыли спесь и презрение ко всему окружающему. Одет он был в блестящую и переливающуюся красную тогу и сандалии, а на его толстых и коротких пальцах сияло несколько перстней с драгоценными камнями.

– А, чухонцы, – брезгливо процедил он. – Опять свое дерьмо привезли? Небось, в розницу приторговываете?

– Никак нет, сиятельный боярин, – подскочил к нему старшина финнов. – Как и указано вашим уложением, продаем только оптом, уполномоченным вами купцам.

– Кому? – нахмурился наместник.

– Сейчас переговоры ведем с купцами высшей гильдии: Маром, Тивуном и Леодром.

– С этими можно, – зевнул наместник. – Но гляди у меня. Если в рознице уличу, такую виру наложу, что век не расплатитесь. – Он обвел взглядом собравшихся и остановился на Рыбникове. – Новый ритер?