Чтение онлайн

Сославшись на сильную усталость, я отправился к себе в комнату, надеясь отдохнуть и, по возможности, найти правильное решение.

Однако мне приснился странный сон, в котором я увидел самого себя.

Счастливый и беззаботный, я шел по коридору Хогвартса, держа в руке учебник по зельеварению. На душе было так легко, казалось, вот-вот должно случиться что-то очень хорошее. Я дошел до конца коридора, где рядом находились две массивные двери: одна — серого цвета, а другая — оранжевого. На обеих висели замки. Я подергал оба замка, они не открывались. Но я знал, что назад дороги не было, мне нужно попасть именно туда, куда вели двери. В поисках решения я зачем-то открыл учебник, который по-прежнему держал в руке. Из него выпал ключ и маленький конверт. Открыв его, я обнаружил записку. Она гласила: “Не стоит бояться яркого солнца, пусть ты и просидел в темной комнате долгое время. Солнце тебя согреет. Не стоит бояться ночи, пусть ты и насмотрелся кошмаров во сне. Ночь подарит тебе отдых и придаст сил для новых свершений. Не стоит бояться себя настоящего, пусть даже ты далек от идеала. Только будучи собой, можно найти счастье. Прогони от себя страх, и поймешь, что ты способен стать лучше. У тебя уже есть все, что нужно, чтобы открыть одну из этих дверей, но ты должен понять, в какую из них хочешь войти. Не оставайся на пороге — двигайся вперед”.

Это были какие-то бредовые нравоучения. Я поднял ключ, выпавший ранее из учебника. Очевидно, этим белым ключом и нужно было открыть дверь. Но какую?

Я обернулся назад в попытке найти еще подсказку. Сзади не оказалось ничего, кроме плотной завесы тумана. Я испугался и кинулся к замку на серой двери. Ключ подошел, и замок со щелчком открылся, но открыть дверь я не успел. Она стала прозрачной, и я увидел, что было по другую ее сторону.

Там в центре комнаты стоял одинокий черный стул, а на нем сидел мой отец в маске Пожирателя. Внезапно что-то его заинтересовало в окне слева, он приподнялся, однако как-то неуклюже дернулся и снова сел на стул. Сжал кулаки и с силой ударил себя по ногам. Затем потянулся к маске, и я увидел лицо, что скрывалось под ней. Это был не отец. Это был я, только гораздо старше! Лицо того, взрослого меня, было перекошено от злобы. Затем в комнате появился заплаканный Тинки и подошел к стулу, протягивая своему хозяину колдографию, на которой также было мое изображение; с кривой ухмылкой и безумным взглядом я кричал на какую-то пожилую женщину, замахивался на нее кулаком, а она скрючивалась, стараясь стать незаметной. Когда она отняла руки от лица, стало понятно, что тот мой образ на фотографии замахивался на маму. Сидящий на стуле взрослый я увидел колдографию, поднял волшебную палочку и закричал: “Авада Кедавра!” — зеленый луч ударил эльфа, и тот упал замертво.

Я резко отпрянул от двери и увидел, что мои руки были испачканы кровью, она потеками струилась по ладоням, запястьям и предплечьям, закрывая причудливым узором Черную Метку на левой руке. Я запаниковал и принялся доставать ключ из замка. Но он не поддавался.

— Нет! — закричал я так громко, как только мог. — Я не хочу сюда заходить! Я не буду таким!

Вдруг около оранжевой двери раздался стук. Я кинулся к ней и увидел, что замок, который висел на двери, лежит теперь на полу. Я потянулся к дверной ручке и приоткрыл дверь.

Эта комната сильно отличалась от предыдущей. Большие окна, занавешенные светло-зелеными шторами, пропускали яркий солнечный свет, из-за чего казалось, что все вокруг светилось. Белый ковер на полу визуально увеличивал пространство и создавал атмосферу уюта. Огромный книжный шкаф, уставленный толстенными фолиантами, соседствовал с не менее внушительным столом, который был завален пергаментами и книгами. В центре стола лежало письмо, адресованное Драко Малфою, а сразу за ним стояла рамка с колдографией, но которой какая-то девушка (лица её было не разглядеть из-за солнечных лучей) приветливо махала рукой.

Я зашел в комнату и…

…Проснулся.

Я быстро поднял ладони к лицу и облегченно вздохнул — руки были чистыми. Меня трясло, как в лихорадке. Немного успокоившись, я сел на кровати, достал волшебную палочку из-под подушки и призвал пергамент и чернильницу с пером. Дрожащей рукой я начал писать:

Директор МакГонагалл!

Я принял решение и хочу попросить Вас включить меня в число студентов Хогвартса. Также прошу Вас посодействовать в переговорах с Министерством Магии.

С уважением, Драко Малфой

Отступать было некуда, я позвал эльфа и попросил немедленно отправить это письмо в Хогвартс, а сам улегся обратно на кровать, размышляя, что же будет дальше.

Вместо ответа на следующий день я получил стандартное письмо со списком необходимых книг, которое получал каждый студент Хогвартса. Менее чем через месяц у меня начиналась учеба!

В тот же день я послал эльфа в Косой Переулок купить все, что было необходимо, и сообщил маме о своем решении. Она была рада, и это придавало мне сил. Хотя, конечно, я все равно переживал. Считал дни до первого сентября и одновременно хотел и не хотел, чтобы оно скорее наступило.

Несмотря на страх, я стал прекрасно спать. Один момент только удивлял: иногда я видел во сне Грейнджер. Она ничего не пыталась мне сказать в этих сновидениях, только иногда мелькала ненавязчивым образом на фоне общей картины сновидения. Значили ли что-то эти сны? Вряд ли. Но они однозначно не были кошмарными.

*

Август пролетел как одно мгновение, и вот я уже собирался уезжать в Хогвартс, место, которое должно было стать моим домом на ближайший год.

========== Глава 5: Первый день ==========

Так сложно сделать первый шаг

На неизведанную землю.

Не ясно кто твой друг, кто — враг,

Какие взгляды тут приемлют.

Да, сделан выбор непростой,

И я не поверну обратно.

Но там, в душе, идет мой бой,

И где победа — непонятно…

Утром первого сентября я был в плохом настроении и как минимум пять раз наорал на Тинки без особой причины. Только выпив флакон обезболивающего зелья, я немного успокоился. На Кингс-Кросс я отправился заранее, чтобы не привлекать к себе слишком много внимания и как можно незаметнее сесть в Хогвартс-экспресс.

Перрон все равно был уже заполнен множеством студентов и их сопровождающих, так что моя затея попасть в вагон незамеченным с треском провалилась. Я, как всегда, сделал глубокий вдох и “полетел” по платформе в сторону поезда. Боковым зрением я отмечал, что многие на меня глазели, а некоторые дети показывали пальцами. Я сцепил зубы. Да, это было неприятно, но я должен был научиться терпению, если собирался провести свою жизнь не в пустыне, а обществе людей. Магов. Кое-что я смог узнать о том, как ведут себя с такими, как я, маглы, и это “кое-что” добавило в мою копилку ненависти к собственным прошлым заблуждениям.

Маглы относились бы ко мне, как к равному…

Забравшись в первый вагон, я переместился в первое же купе и устроился на диванчике поближе к окну и подальше от дверей. Я наслаждался тишиной, было бы хорошо, если бы никто не подсаживался в это купе. Из окна открывался вид на перрон. По нему сновали взрослые и дети в самых разнообразных одеждах. От всевозможных цветов этих нарядов рябило в глазах. Вот родители вели светловолосую девочку в мантии, явно первогодку, мать держала ее за руку, а отец вез тележку. Вот двое мальчишек постарше, смеясь, бежали наперегонки куда-то в конец перрона. Вот две сестры в сопровождении бабушки неспешно катили тележки к первому вагону. А волшебники все прибывали и прибывали на платформу… Ничего не менялось. Все было так же, как и прежде.