Чтение онлайн

Чем чище грани, тем лучше муравей видит окружающее. Вот что-то появилось. Что-то большое, даже огромное, сплошь покрытое иголками и движущееся.

Внимание, опасность: громадный еж выходит из пещеры!

Быстро удираем. Еж, внушительный шар с разверстой пастью, весь утыканный острыми копьями, атакует.

Ссадины покрывали все тело. Она машинально послюнявила самые глубокие царапины. Ковыляя, донесла кубический чемоданчик до своей комнаты. Вот она уже на кровати. Сверху на стене слева направо красовались плакаты с портретами Галласа, Че Гевары, Doors и Аттилы Гунна.

Жюли тяжело поднялась и отправилась в ванную. Стоя под обжигающим душем, она яростно терла себя мылом с ароматом лаванды. Потом завернулась в большое полотенце, сунула ноги в махровые тапочки и принялась отчищать одежду от покрывавшей ее желтой земли.

Туфли надеть невозможно. Раненая пятка распухла. Она стала искать в шкафу старые летние босоножки, ремешки которых имели два достоинства: не давили на пятку и оставляли открытыми пальцы. У Жюли ступни были маленькие, но широкие. А большинством производителей обуви женские туфли выпускались только узкой и удлиненной формы, что приводило к печальным последствиям – постоянным, все время болевшим мозолям.

Она снова потерла пятку. Казалось, первый раз в жизни она ощущала этот участок своего тела: кости, мускулы, сухожилия как будто ждали этого случая, чтобы заявить о себе. И теперь все они, страшно возбужденные, гудели там, в нижней части ноги. Они существовали и напоминали о себе сигналами бедствия.

Тихим голосом она поздоровалась: «Добрый день, пятка».

Ей показалось забавным приветствовать часть своего тела. Она обратила внимание на свою пятку только потому, что та болела. Но если хорошенько поразмыслить, разве думала она о своих зубах в другие дни, а не когда они начинали ныть? Точно так же вспоминаешь о существовании аппендикса только в минуту приступа. В ее теле была куча органов, о которых она не подозревала просто потому, что они благовоспитанно не посылали ей вестей о боли.

Ее взгляд вернулся к чемоданчику. Она была зачарована этим предметом, извлеченным из недр земли. Она взяла его в руки, потрясла. Чемоданчик был тяжелым. Устройство с пятью колесиками, каждое со своим кодом, надежно защищало замок.

Чемоданчик был сделан из литого металла. Чтобы его пробить, нужен отбойный молоток. Жюли осмотрела замок. На каждом колесике были выгравированы цифры и символы. Она подвигала ими наудачу. Наверное, у нее один шанс из миллиона найти нужную комбинацию.

Она опять потрясла его. Внутри что-то было, какой-то предмет. Тайна разожгла ее любопытство.

Отец вошел с собакой в комнату. Он был высоким, рыжим, усатым молодцом. Брюки для гольфа делали его похожим на шотландца-егеря.

– Тебе получше? – спросил он.

Она кивнула.

– Ты упала в такое место, куда так просто и не попасть. Пришлось продираться сквозь настоящую стену из крапивы и кустов, – объяснил он. – Как будто сама природа скрыла эту поляну от гуляк и любопытных. Ее даже на карте нет. Слава Богу, Ахилл почуял, что ты там! Что бы с нами стало без собак?

Он ласково погладил своего ирландского сеттера, который в ответ вымазал ему серебристой слюной низ брюк и весело залаял.

– М-да, ну и история! – заговорил он снова. – Странный замок – с кодовой комбинацией. Может быть, это какой-нибудь сейф, который грабители не сумели открыть.

Жюли покачала темной шевелюрой.

– Нет, – сказала она.

Отец приподнял чемоданчик.

– Если бы внутри были монеты или слитки золота, вес был бы больше, если пачки наличных, было бы слышно их шуршание. Может, там пакет с наркотиками, брошенный торговцами. А может быть... бомба.

Жюли пожала плечами.

– А вдруг там человеческая голова?

– В таком случае Лектор должен был немало потрудиться, чтобы сделать ее меньше, – возразил отец. – Твой чемоданчик маловат для того, чтобы вместить нормальную человеческую голову.

Он посмотрел на часы, вспомнил о важной встрече и удалился. Радуясь неизвестно чему, собака отправилась следом, виляя хвостом и шумно дыша.

Жюли еще раз потрясла чемоданчик. Совершенно точно внутри было что-то мягкое, и если это была голова, то, вертя ее во все стороны, Жюли несомненно сломала ей нос. Чемоданчик вдруг стал ей противен, и она решила, что лучше не будет больше думать о нем. Через три месяца у нее экзамены на степень бакалавра, и ей не хочется сидеть четвертый год в последнем классе. Пора заняться повторением.

Жюли достала учебник по истории и взялась его перечитывать. 1789 год. Французская революция. Взятие Бастилии. Хаос. Анархия. Великие люди. Марат. Дантон. Сен-Жюст. Террор. Гильотина...

Кровь, кровь и снова кровь... «История – это нескончаемая бойня», – подумала она, наклеивая пластырь на открывшуюся ссадину. Чем больше она читала, тем больше ее мутило. Мысли о гильотине напомнили ей об отрезанной голове в чемоданчике.

Через пять минут, вооруженная большой отверткой, она атаковала замок. Чемоданчик не поддавался. Она взяла молоток, принялась стучать по отвертке, пытаясь увеличить ее шансы в роли рычага. Безуспешно. Она подумала: «Мне бы „козью ножку“, – затем: Хватит, у меня никогда не получится».

Она вернулась к учебнику по истории и Французской революции. 1789 год. Народный трибунал. Конвент. Гимн Руже де Лилля. Сине-бело-красный флаг. Свобода – Равенство – Братство. Гражданская война. Мирабо. Шенье. Процесс над королем. И опять гильотина... Как можно сопереживать стольким убийствам? Глаза скользили по строчкам, не воспринимая написанное.

Шуршание в дереве балки привлекло ее внимание. Термит за работой натолкнул ее на мысль.

Слушать.

Она приложила ухо к замку чемоданчика и медленно повернула первое колесико. Она уловила еле слышный щелчок. Зубчатое колесико зацепило ответчик. Жюли четыре раза повторила операцию. Механизм сработал, замок открылся. Там, где не помогло насилие отвертки и молотка, хватило чуткости ее уха.

Прислонившись к дверной раме, ее отец удивленно сказал:

– Тебе удалось его открыть? Как?

Он посмотрел на знаки на замке: «1 + 1 = 3»

– М-м, ничего не говори, я знаю. Ты размышляла. Есть ряд чисел, ряд символов, ряд цифр, ряд знаков и ряд шифра. Ты поняла, что речь идет об уравнении. Затем ты подумала, что кто-то, кто хочет сохранить секрет, не будет использовать логическое уравнение типа 2 + 2 = 4. Ты попробовала 1 + 1 = 3. Это уравнение часто встречается в старинных ритуалах. Оно обозначает, что два объединившихся таланта более производительны, чем их простое сложение.