Революционерка

– Сбрось новость в телеграм, – быстро сказала своему помощнику по соцсетям.

В наш современный век без информационной поддержки не обойтись. Везде враги. Федералы, провокаторы. Нам нужно быть начеку. Информация, поступающая подписчикам, должна быть сотни раз проверена.

– Есть, шеф, – Леонид мне кивнул и снова окинул влюбленным взглядом.

Знаю, что поступаю с ним нечестно. Я даю ему призрачную надежду на то, что между нами что-то может быть. Когда-то… Когда мы добьемся того, из-за чего весь сыр бор. Только я не чувствую и сотой доли того, что он ко мне испытывает. Он для меня друг, сотоварищ и единомышленник. Ни о какой романтике я и не думаю. Не время еще. Да и не с ним…

У нас много дел, хотя это и сложно, Но мы должны это сделать! Наших ребят сейчас судят за то, чего они не совершали! Они политические заключенные, а ведь просто боролись за то, чтобы наш родной лес не вырубали из-за будущей свалки.

Пришли провокаторы, напали на них, а полицейские оформили зачинщиками конфликта не тех козлов, что напали на наш палаточный лагерь, а именно наших ребят. Система гнила. Гнила с головы до ног. И только мы можем что-то поменять!

– Я иду сегодня на пикет у Дома правительства. Сама иду, – взяла в руки черную ковидную маску, на которой была нарисована ярко-алая белозубая улыбка.

– Настя, ты что свихнулась? Они тебя возьмут и все… наше дело сдуется.

– Не могу я отсиживаться, когда наши ребята идут на передовую!

– Я тебя не пущу! – Лёня стиснул зубы.

– Что? Будешь действовать как федералы? Не спрашивая мнения, рубить с плеча. Нет, Леонид, мы не за это боремся. А меня они не тронут… я девчонка.

– Да им плевать, что ты девчонка.

– Ну получу пару раз дубинкой по голове. Не будут же они меня избивать до смерти.

– О чем ты говоришь! Избивают и стариков, и женщин, и детей! Поступил звонок свыше, они все сделают, чтобы утихомирить людей.

– Лёня, – я положила руку ему на щеку и пристально взглянула в глаза. – Пожалуйста, не вставай у меня на пути. Мне и так сложно…

– Черт возьми, Настя. Я люблю тебя! Я беспокоюсь за тебя. Я бы этой херней не занимался, если бы не ты!

– Так уходи! Если для тебя это так… игрушки. Я никого не держу! Только если для тебя все важно, тогда оставайся.

Схватив рюкзак, пошла на выход. На метро доберусь до места за тридцать минут. Сердце клокотало от страха в груди. Да, на пикете я буду одна. Таковы законы. Но со мной едут еще несколько человек, они будут фиксировать пикет на фото и видео. Только мне все равно страшно. Разве помешает полицейским статья Конституции, в которой говорится о митингах и пикетах. О том, что граждане могут выходить на улицу мирно. Просто скрутят, посадят на 15 суток. А у меня ведь… зачет на носу.

– Поспеши, а то я не успею на совещание в Правительстве.

– Да, Николай Александрович! – водитель прибавил ходу.

Листая папку, готовился к выступлению. Мне следовало выступить с программой по общению с митингующими. Они стали создавать проблемы. Их стало слишком много, они стали слишком навязчивы. Митинги, пикеты. Уже законные рычаги подавить их выступления закончились. Сейчас я еду в Правительство города, чтобы обсудить на закрытом от журналистов совещании другие… менее законные методы охлаждения протеста.

И чего людям неймется? Сейчас же не 90-е! Живут сыто, летаю на курорты. А они все митингуют!

Кроме злости к провокаторам и раскачивающим лодку не было ничего. Ни сочувствия… Чего им сочувствовать, напрягают обстановку. Ни понимания… Как их понять, трудных?!

Машина остановилась и я увидел… тощую девчонку с «намордником» на лице, держащую плакатик. Зубы от злости уже стиснул.

– Звони ребятам, пусть ее пакуют, – усмехнулся, бросив водителю, когда выходил из авто.

Проходя мимо нее, не удержался и заговорил.

– И что такая милая девушка делает здесь?

– Извините, вы не могли бы отойти от меня, – она сказала, как отрезала. – Я провожу пикет. А вы стоите слишком близко. Вы провокатор? Хотите, чтобы меня забрала полиция за нарушение правил проведения пикета? – ее голос, такой нежный и волнующий, ворвался в мой мозг.

Я ничего не ответил, а лишь отошел на несколько шагов…

Какая плутовка! Хотелось бы увидеть ее лицо…

Хотя о чем я думаю?!

Взглянув на часы, понял, что уже пора идти на совещание. Опоздать… ох как не хотелось.

Наряд с полицейскими припарковался неподалеку, и команда из трех бравых ребят пошла… обезоруживать от плаката девчонку. Я как-то неловко себя почувствовал от того, что это именно по моей команде они приехали.

– Предъявите документы, – один из них обратился к ней.

Девушка показала паспорт и начала читать лекцию сотрудникам правопорядка.

– По Конституции я имею право проводить одиночный пикет без согласования.

– Почему вы выбрали именно это место?

– Потому что здесь меня услышат.

– Сегодня проводить пикет нельзя. В связи с угрозой распространения коронавируса.

– Я в маске! – она указала пальчиком на улыбку, нарисованную на маске.

– Маска не защищает от заражения.

– Да? Почему вы тогда штрафуете, если передвигаешься без маски.

А она хороша…

– Пройдемте, нужно оформить протокол.

– Какой протокол? Я ничего не нарушила.

– Сопротивление законному требованию сотрудника полиции.

Девчонка закатила глаза.

– В том-то и дело, что ваши требования незаконны…

Но они ее уже не слушали, полицейские стали ее скручивать.

– Ребят, отпустите, – я показал свою корочку заместителя министра.

– О, Николай Александрович, – один из них шатнулся от меня.

Отпустив девчонку, полицейские ушли.

– Покажешь мне свое лицо? – улыбнулся, чувствуя себя дураком.

Девчонка аккуратно стянула маску с лица и подарила мне свою умопомрачительную улыбку. Я перестал дышать… Было в ней что-то… что-то близкое и родное. Не будь я чиновником, влюбился бы, наверное. Но мне нужно быть серьезнее. Смазливая внешность это далеко не все. Если она стоит с плакатом у Дома правительства, значит, с башкой точно не дружит.