Ревность
Шрифт:
«Приеду в гости…» Как это мило прозвучало: приеду. Все звезды на небе свидетели: я не хотел терять Тебя. То, что Ты придумала, было на грани шантажа, но я любил Тебя.
– Но если об этом узнают…, – робко возражал я.
– Ты сам говорил, для создания клона нужно только несколько программ. Ну и материал для тела, но в своём статичном виде он весьма компактен. Ты сможешь там этим заняться, а когда клон будет готов… Ну, убеди их, если просекут, что ты им нужен как специалист, похвастайся первыми успехами. Они ведь будут?
Да уж. Пока я вечно смотрел на звезды, Ты обеими ногами стояла на земле. Это первичные потребности, без них не обойтись так долго, убеждал я сам себя. Хотя идея делать «это» с клоном вызывала оторопь.
Ты ничего от меня не скрывала. Была такой, какая есть. В конце концов, мы не первые и не последние в мире, кто создавал клонов, чтобы использовать их так. Удовольствие не из дешёвых – материал, все эти программы, и не из простых. Но когда-то, на заре времён, и обычный 4D–принтер казался чем-то необыкновенным.
Обживаться на станции не было времени, да особо и не пришлось: что обживаться в собственной комнате? Выходя из неё, я попадал в круглый коридор, посреди которого находился цилиндрической формы лифт с раздвижными дверями. На самом деле это был стыковочный отсек. Именно в него прибывало небольшое грузовое судно, воздушный катер, доставлявший мне еду. На нем же должна была отправиться ко мне и Ты.
Из коридора было ещё три выхода: в отсек, где я мог приводить себя в порядок – помыться, справить потребности, в миниатюрную кухню и собственно в рабочий кабинет. Здесь было множество приборов, установок, о которых я не стану говорить, к чему Тебе знать? Но главным был огромный экран-стекло. Сидя в рабочем кресле, я видел перед собой, как на ладони, города нашей большой страны. Как я захотел, увидев эту красоту впервые, чтобы Ты оказалась здесь, разделила восторг и радость.
Я чувствовал себя пилотом большого космического корабля, но мой рабочий отсек лишь отчасти напоминал кабину пилота. У меня не было возможности управлять полётом, я мог, как говорил уже, лишь поднимать и опускать станцию в допустимых, заданных с земли пределах. Хотя изображение, которое я видел перед собой, было настоящим видом из окна, сам экран окном не был. Он показывал в точности тот вид, который открылся бы с этой точки на этой высоте, будь здесь действительно окно. Но специальные функции позволяли мне приближать и удалять изображение, менять цвета и моделировать различные эффекты. Это было непередаваемо, захватывало дух.
Недолго думая, я принялся за клона. Его создание выглядит простым в теории, но занимает много времени. Сначала моделируется пространство, и вместе с ним некое колебание воздуха, которое принимает очертания, похожие на человека. Они видны только под определённым углом, и то очертания формируются лишь по мере того, как эта сущность насыщается информацией, которая перекачивается из фрагментов кожи с разных участков моего тела. Эта часть самая неприятная: необходимо потерпеть процедуру изъятия, которую выполнит специально предназначенный прибор с длинным и узким наконечником. Отщипывание участков кожи похоже на укусы крупной мухи. Кусала ли Тебя когда-нибудь муха?
Конец ознакомительного фрагмента.