Реванш
Шрифт:
Обещает он! Юнусов забыл спросить у меня – хочу ли я, чтобы все было хорошо.
– Верни мне телефон, – прошу я, хотя прекрасно понимаю, что он откажет.
– Нет, - категорично отказывает он, продолжая поглаживать меня по волосам. Это приятно. Вот так лежать на удобной большой кровати с мужчиной, слушать его сердце и ощущать его ласковые, но сильные руки. На какое-то время станoвится спокойно, будто больше ничего в жизни не нужно, кроме сильного мужчины рядом. Но это всего лишь иллюзия. Юнусов многогранен, он носит много масок. Он может быть любым. Его ласка и внимание обманчивы, он может и ласкать, и безжалоcтно уничтожать.
–
Раз ты проснулась, тогда собирайся.
– Куда? В СИЗО?
– шучу я, но моя шутка не удалась – Алану не смешно. Он резко сжимает мои волосы и тянет их, поднимая голову, заглядывая мне в глаза.
– Изолятор для тебя – это спасение, кукла. Похоже, ты
совсем не понимаешь последствий твоей мести, - четко, с долей злости проговаривает он, смотря мне в глаза.
– Тебя ищет Захаров-старший, и если найдет, то те четыре дня покажутся тебе раем. Он жаждет мести, Валерия,и если доберется до тебя,то тебя уже ничего не cпасет, – его слова несут угрозу, все это он проговаривает тоном, от которого пo телу идут мурашки. – Поэтому ты сидишь тихо, как мышка,и делаешь все, что я говорю. Теперь мы играем по моим правилам, кукла! – он отпускает мои волосы, отодвигает меня от себя и встает с кровати, будто я его разозлила. – Собирайся, спускайся вниз, выпьем кофе и поедем к тебе в квартиру забирать твои вещи, - холодно произносит он, не смотря на меня.
– Ясно?!
– Нет! Во что мне одеваться?
– спрашиваю, смотря, ак Юнусов надевает джинсы и застегивается широкий кожаный ремень.
– На омоде пает. Не знаю, угадал ли с размером, - Алан указывает глазами на бумажный сверто, оторый я вчера не заметила.
– Не задерживайся. У нас есть всего два часа! – четко, в приазном тоне проговаривает он и выходит из омнаты, прихватив свой белый свитер и наручные часы известного бренда.
Встаю с кровати, беру пает и вытряхиваю содержимое на кровать. Юнусов привез мне черное шерстяное платье в обтяжу до колeн и плотные черные олготи. Еще раз осматриваю пает, но та и не нахожу белья, даже трусиков нет. Вот же гад! Иду в ванную, быстро умываюсь, чищу зубы, расчесываю волосы, оставляя их распущенными, поскольку заколки у меня тоже нет. В спальне надеваю на себя колготки, платье и понимаю, что это мой размер, он не ошибся. Вещи простые, без украшений и рисунков, все выглядело бы довольно скромно, если бы не тот факт, что платье обтягивает мою фигуру, словно вторая кожа. Перекидываю волосы на плечо и выхожу из спальни, спускаюсь в гостиную, где меня уже ждет Юнусов и чашка кофе на журнальном столике.
– Почему это надо делать именно сегодня и в восемь утра? – спрашиваю я и беру свой кофе.
– Потому что сегодня хоронят Захарова, – спокойно сообщает он, продолжая смотреть в окно на заснеженный двор.
– День тишины. И сегодня тебе можно выехать в город.
– День тишины? – не понимаю я, немного обжигаюсь горячим напитком.
– Да, Вера. – Втягиваю воздух, когда он называет меня вымышленным именем, и никак не пойму, зачем он это делает. Мне даже не нравится это имя, я выбрала его наугад. – Сегодня тебя никто не будет искать, все начнется завтра – там свои неписаные законы. Поэтому поехали, – он отставляет свою чашку на подоконник и идет в прихожую.
Оставляю свой кофе, который так и не успела выпить,и покорно иду за ним. Уже одетый Алан помогает мне надеть пальто и выхoдит во двор, пока я надеваю сапоги.
Всю дорогу в город мы молчали, Юнусову кто-то постоянно звонил, но он игнорировал свой телефон. На десятом звонке я не выдержала – эта непрекращающаяся вибрация звенела у меня в ушах.
– Может, все же ответишь,или выключишь телефон?! – обхватывая голову, произношу я.
Не знаю, почему нервничаю, может, потому, что вижу, как на дисплее телефона высвечивается имя «Карина». Юнусов ухмыляется и отвечает на звонок, ставя его на громкую связь, не отрывая взгляда от дороги.
– Да, - спокойно отвечает он.
– Привет, - тянет девушка.
– Ты один? Можешь разговаривать?
– спрашивает она, а Алан поворачивается ко мне и опять ухмыляется, гад.
– Да, говори.
– Я тут пoдумала… может… – девушка медлит, подбирая слова, чем раздражает меня ещё больше.
– Может, мы встретимся, когда тебе
удобно, и все-таки нормально поговорим? Обсудим,
что между нами происходит?
– что между нами происходит?
– спрашивает Юнусов, а я отворачиваюсь к окну и смотрю на заснеженную трассу.
– Я правда не понимаю. Все было хорошо, а потом ты просто отдалился. Может, я была не права и вела себя…
Девушка мямлит, а мне хочется крикнуть ей, что она дура. Юнусову на нее наплевать. Он
спокойно трахается со мной и, возможно, еще с кучей женщин, вообще не думая о ней, а Карина тут пытается оправдаться.
– Карина, нам не о чем разговаривать. Просто наши отношения исчерпали себя. И ты не виновата. Если тебе от этого будет легче, можешь всем расcказать, какой я мудак. Наши встречи и разговоры ни к чему нe приведут. Все, мне некогда, я за рулем!
Девушка пытается что-то сказать, но Алан сбрасывает звонок, не слушая ее. Не знаю, что заставило меня обернуться и посмотреть на него. Я хотела видеть выражение его лица, какие-то эмоции, хотя бы раздражение, нo нет, ни одной эмоции – полное равнодушие. И в этом весь Юнусов, полное равнодушие ко всему, что вокруг него происходит. Он не умеет чувствовать людей.
Мы приехали в мою захудалую квартиру, и я сразу начала собирать вещи. Ноутбук сразу внаглую забрал Юнусов. В этой квартире Алан выглядит странно, его лоск, ухоженность и дорогие вещи с часами выглядят дороже всего этого дома.
У меня есть еще один телефон, по которому я общаюсь с теткой, поэтому вещи собираю с энтузиазмом. Чертов мент просто сидит на диване, лениво осматривая квартиру, но постоянно следит за мной, а второй телефон у меня под подушкой, как раз рядом с ним.
– А что делать с хозяином квартиры?
– спрашиваю я, закрывая чемодан.
– Ничего,ты просто молча съезжаешь. Вы подписывали договор?
– Нет, - осматриваю комнату, понимая, что все собрала, остались вещи в ванной.
– Вот и хорошо. Все собрала? –
спрашивает он, стуча пальцами по моему ноутбуку.
– Почти, – иду в ванную, соображая, как отвлечь его внимание и заставить выйти из зала.
Можно изобразить приступ и отправить его на кухню за таблетками, которых там нет. Пока он будет их искать, я могу спрятать телефон. Прохожу в зал, складываю шампунь и косметику в сумку, начиная глубоко дышать. Но мне сегодня вновь везет – у Юнусова звонит телефон. Он недовольно смотрит на дисплей, поднимается с дивана и уходит в кухню, отвечая на звонок. Быстро достаю телефон, открываю чемодан и прячу его в пакете с нижним бельем. Надеюсь, он не будет oсматривать мою сумку. Выкатывают чемодан в коридор, надеваю пальто и жду лана, слыша, как он недовольно обсуждает какие-то дела.