Развод. Без тебя будет лучше...
Шрифт:
В мою сторону любимый даже не смотрит, брезгливо вытирает руки.
— Это ошибка. Поверь…
— Ошибкой было сделать тебе предложение руки и сердце, — качает головой. — Свадьбы не будет. Забирай свои вещи…
***
Меня очень грязно подставили.
Любимый бросил с ребенком, отменив свадьбу…
Но спустя некоторое время мы встречаемся вновь и, кажется, он не может поверить своим глазам, разглядывая моего малыша.
— Он так похож на меня… — в шоке поднимает глаза. — Он мой? Мой?!
— Не твой. Нет. Даже не мечтай…
— Похож на меня, как две капли воды.
— Это простое совпадение!
Однако бывший не намерен отпускать меня так просто и намерен докопаться до правды...
Сохраните книгу в библиотеку, чтобы не потерять ее
Предательство, встреча через время, ошибки и тайны прошлого
Глава 8
Глава 8
Милана
Наверное, я ослышалась.
Чувствую себя странно в последние несколько дней. Как будто головная боль возникает наплывами, отдаленно напоминает мигрень по описанию.
Мне очень хочется верить, что я сильно перенервничала и все не так поняла.
Потому что если я правильно поняла слова мужа…
Если он имел именно то, что пронеслось в моей голове, это чудовищно…
Сжимаю пульсирующие виски пальцами, пытаясь сосредоточиться.
— Тебе плохо? — интересуется муж, разглядывает меня.
Ловлю его взгляд: там только усталость и немного раздражения.
Кто-то звонит мужу на телефон, он достает его, выдыхает через стиснутые зубы, злится… Снова смотрит на меня.
Ни капли тепла.
Меня морозит…
Неужели я — слепая курица, которая не замечала, что Миша давно ко мне охладел…
Как я умудрилась пропустить, что он стал смотреть на меня иначе. Женщину вообще не видит, только мать его детей…
Как он сказал: «Только потому что ты — все еще мать наших детей, я сдерживаюсь…»
Все еще мать наших детей!
Все… еще…
А дальше что?
Он не только из квартиры меня выгнать собрался, но и из жизни наших детей — тоже?!
Аню уже против меня настраивает, тайно от меня обсудил дальнейшие перспективы ее обучения и дал добро на проживание в другом городе, более того, родителей своих с ней отправил!
Может быть, и родители его тоже в курсе, а?
Чем больше я думаю, тем сильнее разгорается пожар паники и подозрений в моих мыслях.
Вдруг все-все кругом в курсе его интрижки с Иркой?
И его родители, и даже старшая дочь?
Зачем-то же Ирка сказала, мол, Анька на тебя жаловалась…
Она всегда хорошо с ней ладила, давала советы по стилю моей дочери. Аня любила, когда мы втроем отправлялись по магазинам!
Младшая дочь — все еще мой хвостик… Но если это только до поры до времени?!
— Слушай, ты хреново выглядишь, Милана. Давай-ка в машину, отвезу тебя в больничку. Пусть у тебя давление померят, может быть, какие-нибудь таблеточки пропишут, а? Попьешь, нервничать перестанешь, на людей бросаться…
Я отшатываюсь от него, как от чудовища.
— Не смей, Миша! Не смей. Я против того, чтобы моя старшая дочь уехала жить в другой город. И засунь себе в зад свои… предложения о крыше над головой. Я не соглашусь. Ни за что. Ты чудовище… Когда ты стал таким чудовищем, Миш? Она того стоит, а? Скажи…
Меня мотыляет вперед и назад, как во время ураганных порывов ветра.
Только что назад откинуло, но через миг вперед швыряет, прямиком к мужу!
Настал его черед отступить, и у него в глазах мелькнуло выражение, как будто он начал опасаться, не брошусь ли я на него с кулаками, как на Ирку?
Однако он быстро взял себя в руки.
— Остынь! Совсем с катушек слетела. Ира права, ты представляешь опасность… — цыкает языком. — А я еще не верил. Но она права! — повторяет он. — Рядом с тобой находиться опасно.
— Кажется, Ира не только в трусы к тебе залезла, но и в голову свои ядовитые, гнилые мысли вложила.
Миша злится, кадык на его шее дергается нервно:
— Вот еще! Что за глупости? Никто мне ничего не вкладывал. Я критически оценил ситуацию! И то, что мои мысли совпали с мыслями Иры, говорит лишь о том, что ты себя не контролируешь.
— А ты?! Как у тебя язык повернулся… Говоришь о переходном периоде?! О каком, черт побери? Ты планируешь сплавить дочь жить в другой город и надеешься, что я буду при Настюшке… нянькой, да? Надеешься, что я своими устами и руками подтолкну доченьку к тому, что чужая тетка, паскуда бессовестная станет ей мамой?! И за это ты предлагаешь мне… квартиру? Крышу над головой?! Ты… Ты хуже Иуды!
Миша нервничает.
Это заметно по тому, как он дерганым, резким жестом переводит телефон в беззвучный режим и мнет сигаретную пачку, а потом долго чиркает зажигалкой, но она не срабатывает.
— Это было достойное предложение в твоих реалиях, Милана.
В горло будто насыпали песка.
Каждое его слово — как будто удар плетью по обнаженной плоти.
— Сама подумай, куда ты пойдешь? Куда? К родителям? Не смеши! У них не квартира, а скворечник, в котором уже живут трое взрослых людей. Дойдет до развода, я буду выступать против, буду давить, что жилищных условий у тебя нет… У тебя, Милана, сейчас нет ни хрена. Ни жилищных условий, ни здоровья, ни даже достойного финансового обеспечения, чтобы тянуть детей и поставить их на ноги! — он переводит дыхание, а потом кричит мне вслед. — Куда ты пошла? Эй, куда ты пошла! Мы не договорили!