Чтение онлайн

— А вы, герцог, вспомните Нарсейдалль, — в тон ему огрызается Хранитель. — Они ведь тогда тоже предпочли риску трусливую… о, простите, разумную осторожность! И где теперь великий город Ста Золотых Крыш?

— Пророчество…

— Пророчество, — встрял в спор еще один вельможа, в серой меховой шапке типа ушанка, тоже, наверное, знак должности какой-то придворной, — как верно заметил его светлость, можно толковать как угодно!

— И кому угодно!

— Верно! Например, как угодно вам, Ариниус! Или вашим друзьям из Рокфордейла.

— Эльфы, — наставительно так заявляет еще один, — наши главные союзники в борьбе с Тьмой.

— Разумеется, граф, разумеется. Только… может, правильнее сказать: это мы их главные союзники?

Я думал — графа от этих слов удар хватит. Апоплексический. Уж больно здорово он на помидор стал похож. Рукой куда-то вниз потянулся — видать, к кобуре, то есть к мечу верному.

А звать товарища графа, вспоминаю, Ротт Капчан[1]. И ходит он, что характерно, в красной тюбетейке.

Мне с ним уже один раз не повезло… пересечься. Загнал он нас в угол и принялся… свое гениальное стратегическое виденье излагать. Только и смог, что чуть отодвинуться чтобы слюна не долетала.

— Тяжелая кавалерия. В ней — будущее войны! Только тяжелая рыцарская кавалерия…

Ну вот, думаю тоскливо, надо же — и здесь свой Буденный нашелся! На мою голову.

И тут — над столом будто молнией шарахнуло. Карманной такой молнией, системы «искра наповал». Сверкнуло сине, свежестью повеяло и на миг — словно бы ледяными тисками со всех сторон сжало… легонько так, на пол-оборота… и отпустило.

Что забавно — в принципе, как я потом сообразил, эту штуку мог и старикан в мантии учинить. А может, и еще кто другой — магией здесь среди дворян балуется каждый второй, не считая каждого первого. Даже моя Карален, кошмар рыжий… ненаглядный…

Только вот там, в тот миг — я даже и не думал сомневаться, что шорох весь этот учинила Она.

Лихо. Вот, значит, какие милые фокусы ее высочество Дарсолана откалывать умеет. Запомним.

С полминуты, наверное, все молчали — пристыженно так, словно первоклашки расшалившиеся, на которых строгий учитель прикрикнул… да еще указкой при этом по парте с маху… для вящей убедительности.

— Итак. — Забавно, голос у Хранителя стал как выжатый лимон. Был весь такой сочный, повелительно-выразительный бас, а стал на пару тонов тише и спокойно-бесцветный, словно водица. — Еще раз напоминаю всем: мы собрались не для того, чтобы спорить об уже принятом решении. Цель нашего сегодняшнего собрания — решить, какие шаги необходимо предпринять для его выполнения.

Ежкин кот, думаю, попросить, что ли, у них протокол предыдущего совещания? Хотя бы краткий конспект, тезисы основные. А то сижу пенек пеньком — подходи кто хочет, стучи по голове пустой да звуком наслаждайся.

— Исполнить волю богов, — бурчит советник в темно-бархатном, тьфу, то есть в темно-синем бархатном, камзоле, — вот все, что нам необходимо.

— Вы, Реггерваль, как всегда, исключительно правы.

Я и до сих пор не дремал, а сейчас еще больше уши навострил. Потому как ответил Реггервалю своим вкрадчиво-масляным голосочком не кто иной, как Рем Бульдур — первосвященник Агни и Угни, богов Воды и Огня соответственно. С виду — скромный такой, в красно-синей сутане, золота-бриллиантов ни-ни, одна только цепь серебряная, знак сана или чего-то в этом роде. (Товарищ комбриг и то со своими рубиновыми кубарями не в пример роскошнее выглядит.) Как бы даже он и не главный поп из тех, что при дворе ее высочества прописаны, — голов семь их здесь. И два-три из них, как меня уверяли, званием своим церковным — или не званием, а местом кумира своего в здешней божественной иерархии — повыше, чем Бульдур. Однако — их за этим столом не видать, а вот скромник наш красно-синий тут как тут.

Не то, чтобы он мне лично не нравился, видом своим антипатию вызывал и так далее — но подозрителен был. Потому как умный поп — это сочетание опасное. По крайней мере в моем мире, как припоминаю, без них редкая гадость обходилась. То Бруно на костер, то ночь Варфоломеевская, то крестовый поход на Русь в самый что ни на есть предательский момент. Куда в учебник истории пальцем ни ткни — непременно окажется, что откуда-то из-за угла типчик в рясе довольно скалится.

Конечно, может быть и так, что здешние попы совсем из другого теста слеплены. По крайней мере, первый мной встреченный — отец Иллирии — очень даже неплохим товарищем оказался. Помог существенно, разъяснениями и не только. Может… только вот, как говорил в таких случаях товарищ капитан, маловато у меня материала для статистических обобщений. Будем еще посмотреть.

— Однако что поделать, если боги изволят выражать свою волю столь туманно?

— И это, — с горечью вздыхает Реггерваль, — говорите вы, их слуга.

— Увы, — разводит лапками поп, — и высокий сан, и долгие годы служения порой не способны уберечь от ужаснейших ошибок. И тому есть немало примеров… впрочем, не буду утомлять ваш слух, ибо о многих из них уже напоминал его сиятельство Виртис.

— Рем…

Та-ак. Нет, думаю, надо мне в срочном порядке к голосу ее высочества этот… как его… иммунитет вырабатывать. А то опять — три ведра воды за воротник… только в этот раз к ним в придачу еще и шило в зад.

— Рем, ваше искусство не говорить прямо давно уже перестало нуждаться в доказательствах. А время — дорого. Начните с сути.

— Воля вашего высочества… — Поп виновато так вздохнул… мол, я бы, конечно, не против еще полчаса ни о чем поговорить, но коли уж вы просите…

— …священна для меня лишь немногим меньше велений Агни и Угни. Что до сути — я всего лишь хотел сказать, что воля богов туманна для нас. Но ведь среди противников Тьмы есть и такие, кто преуспел в искусстве толкований куда больше.

— И кто же, позвольте узнать, они? — язвительно интересуется советник в серой ушанке.

— Как вы, Джауль, совершенно правильно предположили, — улыбается Бульдур, — это эльфы.

Ой, думаю, что-то сейчас будет. Если, конечно, ее высочество принцесса Дарсолана в предупредительном порядке опять молнией не жахнет.

Эльфы эти… одиннадцатые[2] — это народец такой здешний. Дивный. Именно так — дивный, не я придумал. Вроде как наипервейшие борцы с Тьмой, при этом сами по себе добрые, мудрые, просветленные и вообще давно в своих лесах полный коммунизм построили. Даже, говорят, было время, остальных людей к нему приобщить пытались. Но — не вышло. Оно и понятно — против диалектики исторического развития не очень-то попрешь. Из местного, пусть и развитого, но при этом самого что ни на есть махрового феодализма и в социализм-то вырасти — задача на раз. База нужна для таких подвигов, ба-за! И не только идеологическая, но и промышленная — это вам не с ветки на ветку по лесу прыгать.