Чтение онлайн

– Шуметь не надо. Будут проблемы. Я лейтенант разведки. Удостоверение показать?

– Так не видно ж ни хрена?

– Ах да, забыл. Проехали. Ты кто такой, откуда?

– Полынов я, Фёдор, фрезеровщик шестого разряда, работаю на заводе № 2. Я за водой вот иду, а ружьё прихватил на всякий случай, стреляют ведь.

– Молодец, – похвалил я его и поднялся. – Колонка вон там, прямо, метров двадцать. А вот ружьё спрячь, а то плохие люди могут застрелить ненароком. Кстати, почему стреляют, не знаешь?

– Откуда, товарищ лейтенант? – спросил Фёдор и сглотнул.

– Ясно. Когда шёл сюда, людей видел?

– Никого, аж до самой площади никого.

– Спасибо за ответы, – ответил я и отпустил крючок. – Теперь иди. Иди, я сказал, и ружьё под пальто спрячь, а то в самом деле грохнут.

Нельзя сказать, что от слов рабочего мне стало легче, но посмотрим. Через пять – десять метров я перепрыгнул через забор и оказался на улочке, ведущей прямо к Кинотеатру. Большая площадь, окруженная трёх– и четырёхэтажными домами, но ни в одном окне не горит свет, а вокруг тишина. Прямо передо мной шестиэтажная серая коробка Кинотеатра, возвышающаяся над всей площадью, и тридцать метров открытого пространства.

Прижавшись к асфальту, я пополз вперёд по открытой местности, пока в темноте не заметил за Кинотеатром каких-то людей, вооружённых автоматами и таскающих ящики. А рядом с автоматчиками знакомое лицо. Антоха!

В таких случаях отец советовал действовать нагло, чтобы и свои, и чужие опешили от такой наглости и палить не стали, но подстраховаться надо. Я активировал «Силуэт». Перед глазами встала чёрная пелена с редкими искорками, а всё тело обволокло полупрозрачным тёмным облаком, и тогда я приподнялся:

– Тоха, не стреляй! Свои! – С этим возгласом я поднялся в полный рост и кинулся зигзагом бежать по улице.

Бойцы побросали ящики, упали на землю и выставили на меня рыльца автоматов, но я успел пробежать метров пятнадцать.

– Не стрелять! – Рык Антона разнёсся над площадью, и его команда была выполнена.

– Что в Городе творится? – спросил я у Антона вместо приветствия, когда добежал и отключил амулет.

– Ах… его знает, – ответил он и протянул руку. – Иди к Голубеву, он тебя определит куда-нибудь.

– Голубев тут?

– Да, и ещё Коля Викинг с Иглой, вроде ещё кого-то из твоей группы видел. Давай в штаб, он в подвале.

– Понял. Спасибо, что не выстрелил.

– Смеёшься, что ли? – ответил Антон и обернулся к солдатам: – Ну что разлеглись? Взяли ящики и понесли.

В тот момент, когда я попал в штаб, в здание ударило несколько снарядов, похоже, опять безоткатки, с потолка посыпалась штукатурка, перестрелка загорелась с новой силой.

В штабе пахло грозой, так же как вчера к кабинете дяди Коли. Над столом, застеленным картами, висел сине-зелёный шар размером с баскетбольный мяч, от него шло приятное свечение. Даже мне почти не резало глаза, впрочем, ночным зрением я могу смотреть на лампочку, а вот солнечные лучи – другое дело.

В штабе находилось пятеро человек: трое склонились над картами, в одном из них я узнал Виталика, и ещё двое расположились в дальнем углу на стульях у стены. Их я не мог чётко разглядеть из-за засветки от магического шара. Изучением карт занимался полковник Голубев, крепко сбитый мужчина, с широкими залысинами на лбу и треугольной бородкой. Тот самый, последний действующий тренер Спортзала и командир Разведки Зелёного Города. На правой руке у него не хватало двух пальцев, а веко левого уродовал шрам, как от ожога.

Вместе с ним и Виталиком над картами корпел начальник штаба основной группировки войск Зелёного Города – Илья Говоров. Долговязый мужчина средних лет с густыми русыми волосами. Раньше я с ним так близко не встречался.

– Лейтенант седьмого разведбатальона Виктор Ахромеев прибыл в расположение сводного отряда…

– Оставь, лейтенант, – один из сидящих у стены вышел из тени. Я его, конечно, узнал. Генерал Валерий Рогачёв, командующий основной группировкой войск Колонии, а по совместительству – глава Союза военных. Генералу было за пятьдесят. Он был почти лысым, высокий, блестящий от пота лоб перерезали три глубокие морщины. Бросались в глаза его большие уши.

– Ты не знаешь, – спросил полковник, – что это за стрельба была минут десять назад? В Липовом переулке еще дом разнесли.

– Знаю, – ответил я не по уставу. – Это я группу эм… бандитов, налётчиков, не знаю, в общем, кто они такие, уничтожил. Их было девять автоматчиков с пулемётом, один удрал. Потом подкрепление подошло, с безоткаткой, и мне пришлось уходить. Ещё я чужую магию почувствовал.

– Ну с магией мы и без тебя разберемся, да, Михаил Фёдорович?

Оставшийся сидеть на стуле человек поднял руку в знак согласия.

– Значит, говоришь, одна безоткатка у них была? – задумчиво проговорил Голубев. Мои слова об уничтожении группы бандитов не произвели на него особого впечатления.

– Да.

– Так, понятно. Что ещё можешь сказать?

Когда он говорил, шрам вокруг глаза шевелился, как паутина на ветру.

– Могу сказать, что ряженые милицейские по городу шастают. Меня чуть не приняли. Я с ними поговорил. Сказали, что форму им выдал какой-то Алёхин, который находится в штабе около Северных Развалин.

– Понятно. Примем к сведению, спасибо, Сергей.

Голубев обратился к Рогачёву:

– Потом предъявим внутренним, что за бардак разводят? Теперь с тобой, Ахромеев, разберемся. Вовремя ты у нас оказался, мы как раз твою группу готовим, хотели сначала Коломийцева поставить командиром и послать вместе с его группой, но пойдёшь ты.

– Вы с Осиповым, – Виталик криво усмехнулся, – пока подождите за дверью, – сказал Рогачёв мне, – он уже в курсе дела, пусть тебе все объяснит.

Последняя фраза командующего, которую я услышал, идя к двери, обращена к Голубеву: