Чтение онлайн

Подумав, Гуля вздохнула.

– Ну, в общем… А как мы преподнесем ему эту бредятину?

– Об этом не беспокойся. – Леня извлек из кармана листок с Сашиными стихами. – Вундеркинд уже за нас побеспокоился. Взгляни-ка, что он начеркал тут, с другой стороны.

Трясясь в автобусе на колдобинах, ребята склонили головы над тетрадным листком в клетку.

Глеб вез Дашу домой, поглядывал на часы. «Жигуленок» их, словно юркая плотвичка, лавировал среди щук и акул городского транспорта. Его «дворники» размазывали по стеклу капли дождя вместе с летящей из-под колес грязью.

– Что за гонка? – проворчала Даша. – До Лубянки у тебя еще полно времени.

Глеб качнул головой.

– До Лубянки хочу заскочить в «Метрополь».

Даша удивленно на него посмотрела.

– Зачем?

– Поищу след убийцы Ричарда.

– В «Метрополе»?

Глеб в раздраженье обогнал грузовик с кирпичом.

– А где, Даш?! Откуда начать, посоветуй!

Даша взяла его за руку.

– Только не говори, что мне нельзя с тобой.

Глеб сердито на нее покосился.

– Даже не обсуждается!

Даша вздохнула.

– Но попытка была. Прошу занести в протокол.

Глеб улыбнулся.

– Что-то поклонника твоего не видать. Как говорят физики, исчез за горизонтом событий.

– Разве? – Даша обернулась к заднему окну. – О коварный! О непостоянный!

Они рассмеялись. Затем, припарковавшись у дома, вышли из «жигуленка», вбежали в подъезд, и Глеб завел Дашу в квартиру.

– Супружеский долг я выполнил, – сказал он. – На том с тобой прощаюсь.

– Врешь, – возразила Даша. – Твой супружеский долг – стрескать мой обед.

Глеб взглянул на часы.

– Не успеваю.

Даша взяла его за грудки.

– Черта с два!

Глеб вздохнул.

– Только в темпе.

– В ушах засвистит! – пообещала Даша.

И через десять минут Глеб выбежал из квартиры, дожевывая на ходу.

Саша Колесников затаился в подворотне. Было холодно и сыро, и набитый учебниками ранец натер плечо. Когда Леня и Гуля уехали в автобусе, у Саши вырвался вздох облегчения, однако наблюдательный пост мальчик не покинул. «Сумрачные придурки» гнались за автобусом со скоростью, каявшейся невероятной. И, когда наконец они отстали, Саша перевел дух во второй раз. Но домой опять же не пошел и продолжал следить из подворотни.

Подростки повернули назад, к остановке. Сквозь окутывающую их серую дымку едва угадывались контуры фигур. Редкие прохожие под зонтами сторонились этой зловещей группы и продолжали свой путь как ни в чем не бывало.

У остановки подростки затеяли между собой драку. Беспорядочно замелькали руки-ноги, какие-то предметы, и сумрак при этом, как заметил Саша, загустел, сделавшись почти черным. Внезапно драка прекратилась, и черная дымка вокруг подростков начала бледнеть. В сером облаке вновь проступили очертания фигур.

Саша Колесников крутым разведчиком, разумеется, не был. То ли он произвел шум, задев бачок с мусором, то ли слишком высунулся из своего убежища – но его засекли. Из серого облака возникла рука с пивной банкой и указала на мальчика. И ломающийся хриплый голос произнес:

– Глянь, Дрын! Тот говноед с кошкой!

И Саша побежал к дому. Вопя и улюлюкая, подростки понеслись за ним. Саша мчался так, как не бегал ни разу в жизни, даже на школьных соревнованиях. Но преследователи его бежали гораздо быстрей. К счастью, у Саши была приличная фора и дом его был близко. Задыхаясь от кошмарной этой гонки, мальчик достиг двери подъезда и дрожащими пальцами набрал код. Замок открылся. Только тут Саша осмелился оглянуться. Черное облако неслось на него со скоростью локомотива. Юркнув в подъезд, мальчик захлопнул стальную дверь. И тотчас послышалось множество гулких ударов.

Саша взлетел по лестнице, открыл ключом дверь квартиры и, перескочив порог, защелкнул оба замка. Затем постоял, тревожно прислушиваясь. За дверью было тихо. А перед Сашей появилась бабушка.

– Ишь запыхался, – проворчала она. – Будто кто гонится.

Саша снял куртку и кроссовки.

– Никто не гонится, ба. Обедать давай.

Тут притопала Танька.

– Сань, а у нас Гуля была с Леней, – сообщила она, зевая.

– Знаю, – буркнул Саша. – Я их встретил.

– Ой, правда?! – прокричала сестренка. – А я дрыхла меня не разбудили!

– Я им отдала твои стихи, – добавила Варвара Львовна.

Саша повысил голос:

– Знаю! Обедать, говорю, давай!

– Покричи у меня! – нахмурила брови бабушка. – Мой руки, сейчас разогрею.

Она отправилась на кухню. А Саша прошел в свою комнату и посмотрел в окно. Стекло покрывали капли дождя. Двор был безлюден: ни пенсионеров, ни собак, ни придурков в сумраке. Незаметно прошмыгнув в дверь, Танька встала рядом.

– Будем в окно смотреть, да?

Саша вдруг обнял ее и прижал к себе.

– Принеси телефон, – попросил он. – Чтоб бабушка не видела.

– А зачем?

– Другу позвонить. По секрету.

Танька вышла и, крадучись, вернулась, неся телефонную трубку. Девочка преданно смотрела в глаза брату.

– У нас, что ли, тайна? – прошептала она.

– Вроде того. – Саша набрал номер Глеба.

После четырех длинных гудков голос Даши произнес:

– Алло! – Поскольку мальчик не отозвался, Дашин голос встревоженно повторил: – Алло! Вас не слышно!

Саша дал отбой. Заинтересованная Танька взирала на брата круглыми глазенками.

– Не дозвонился?

– Друга нет дома. Позже позвоню. – Сжав трубку, мальчик уставился в окно.

Из-за дождя ли, по какой ли другой причине в фойе «Метрополя» было пусто, как никогда. Скучающий портье восседал за стойкой на стуле. При виде Глеба он лениво поднялся, и сразу стало заметно, что он под хмельком.

– Чем могу служить? – произнес портье по-английски. Язык его не заплетался, но артикуляция страдала.

Глеб по-английски ответил: