Разоблачение
Шрифт:
– Спасибо, что спас ее. Я понимаю. Два года назад я мог бы разозлиться.
Он усмехнулся.
– Я бы ... черт возьми, разозлился, но сейчас все по-другому. То, что ты сделал, прошение, деньги... свобода Клэр, ты вернул мне мою жизнь.
– Я разговаривала с Роуч и просто не понимаю, что с ней случилось. Но если ты сможешь... если когда-нибудь будет возможность спасти ее снова... мне все равно, кого ты обманешь... просто пожалуйста, ради нас обоих, ради Николь ... сделай это.
Кортни даже не пыталась скрыть слез.
– Мне так хочется обнять тебя.
Тони сглотнул.
– Жаль, что ты не можешь.
– Тони, она не знала... сначала. Как только она узнала, единственная причина, по которой она скрывала это от тебя, была ради нас.
Тони протянул руку и накрыл ладонь Кортни своей. Его карие глаза были окаймлены красным. Со своей знаменитой ухмылкой он сказал:
– Мы в порядке. Я совсем не расстроен. Я должен тебе.
Он широко улыбнулся.
– Думаю, около 100 000 долларов.
Кортни покачала головой.
– Нет...
– Нет, не должен, - сказал Брент.
– И ты нам ничего не вернешь. Ты уже это сделал.
Глаза Тони вопросительно расширились.
– За последние пару лет мне несколько раз повышали зарплату. Я решил, что заслужил это.
Усмешка Тони превратилась в широкую улыбку.
– Заслужил, дружище, заслужил.
Брент наклонился вперед и заговорил тише:
– Возможно, у меня есть новости, которых ты еще не знаешь.
– Какие?
– Эмбер МакКой обвиняется в связи со смертью Саймона Джонсона.
Туман, нависшей над темными глазами Тони, свидетельствовал о его обдумывании.
– Я не понимаю. Я думал, что Национальный совет по безопасности на транспорте не обнаружил признаков взлома.
Брент пожал плечами.
– Они не обнародовали больше никакой информации, только то, что было достаточно доказательств для предъявления обвинения.
– Что происходит с «СиДжо»?
– спросил Тони.
– На самом деле я не знаю.
– Скажи Тиму, чтобы он немедленно занялся этим делом.
– Что? Ты хочешь его купить? Это можно продвигать под эгидой «Шедис-тикс»...
– Нет, - перебил его Тони.
– Я хочу помочь ему. Неважно, как Эмбер и Гарри лгали Клэр, Клэр заботилась о Саймоне и его компании. Выясните, что им нужно.
Кортни улыбнулась.
– Я позвоню Тиму, как только мы уедем, - заверил его Брент.
Глава 19
Гарри
Моя семья - это моя сила и моя слабость.
Айшвария Рай Баччан
Несколькими неделями ранее – середина Августа 2015
Гарри наблюдал за происходящим из-за стекла, не замеченный ни сестрой, ни офицером из Калифорнийского бюро расследований. Это был тот же отдел, где Гарри начинал свою карьеру в правоохранительных органах - то же самое бюро, которое подпитывало его стремление к справедливости. Это было то самое бюро, которое теперь допрашивало его собственную сестру в связи с бессмысленной смертью Саймона Джонсона.
Специальный агент Уильямс похлопал Гарри по спине.
– Прости, сынок. Мне очень жаль, что все так вышло.
Гарри кивнул. Слова не складывались без эмоций. Он был чертовым агентом ФБР, и слезы не входили в его обязанности.
– Ты поступил правильно. Я знаю, что сейчас это может показаться странным, но истина, закон всегда правы.
Глубоко вздохнув, Гарри сумел сказать:
– Вы правы. В данный момент я этого точно не чувствую.
– Ты с ней разговаривал?
– Нет. У меня есть около тысячи смс и голосовых сообщений от Лиз. Она там, в приемной, сходит с ума. Она не знает, что я здесь.
Он перевел печальные голубые глаза на своего начальника.
– Специальный агент? Я не знаю, как это сделать. Я должен признаться ей, что я тот, кто...
– он не смог закончить фразу.
Уильямс потянулся к его руке. В разгар суматохи прикосновение успокаивало. Старик был для Гарри таким же отцом, как и отчим, и даже больше, чем тот, кто помог ему родиться.
– Это тебе решать. Я знаю, что ты знаешь, что сказать, если дашь ей понять, что ты в этом замешан. Но помни, что ты не был тем, кто пошел по телефонному следу. Ты не копался в текстовых записях и не допрашивал свидетелей. Ты не можешь взять всю вину на себя.
Гарри вздохнул.
– Это я обратил ваше внимание на нее. Без меня ее бы никогда не обнаружили.
– Подумай о своем друге. Подумай о мистере Джонсоне. Было бы это правильно для него? Для его семьи?
Гарри лежал ночью без сна, думая именно об этом.
– Я не могу представить себе Джонсонов. Я имею в виду, они все еще думают об Эмбер как о дочери. Они будут опустошены.
– Один выстрел за раз, сынок.
Гарри отвернулся к окну и вытер глаза. Он не слышал, о чем они говорили, потому что выключил звук, но по выражению лица сестры понял, что она настаивает на своей невиновности.
– Ей нужно заткнуться. Я знаю, что у нас есть доказательства, но ей просто нужно заткнуться!
– Тогда иди и будь братом, братом, который также агент. Скажи ей, что она может сделать, чтобы сделать лучше.
Гарри повернулся на каблуках.
– Ничего! Она ни черта не может сделать, чтобы это стало лучше. Она убила Саймона Джонсона, - он покачал головой.
– ...и это возвращает к Клэр. Как все эти чертовы вещи возвращаются к Клэр? Одержимость Саймона была тем, что так бесило Эмбер. Как я могу быть здесь, в Сан-Франциско, болтаться с ними и ничего не знать?