Размазня
Шрифт:
(Забирает свертки и с раздраженным видом уходитв Белый дом.)
Дорис бросает взгляд на Джонса и, чтобы никому больше не мозолить глаза, скрывается в глубине комнаты. Джонс берет в руки метлу и поворачивается к дверям, но в это время шофер в форме распахивает ворота и объявляет: «Достопочтенный Джозеф Фиш, сенатор от штата Айдахо!» Вот он — Джозеф Фиш — в огромном фраке и цилиндре, неприступно-благополучный.
Фиш. Доброе утро, мистер Джонс. Моя невеста здесь?
Джонс. Мне кажется, в своем будуаре, сенатор Фиш. Что в столице?
Фиш (мрачно).Ужас. Я в кошмарном положении, мистер Джонс, ведь надо же было этому случиться именно в день моей свадьбы! Вы только послушайте. (Достает из кармана телеграмму.)«Сенатору Джозефу Фишу, Вашингтон, округ Колумбия. Засвидетельствуйте наше почтение президенту Фросту и передайте, что население Айдахо требует его немедленной отставки».
Джонс. Кошмар!
Фиш. Не надо было назначать отца министром финансов.
Джонс. Президент расстроится.
Фиш. А мне каково?! У меня же на сегодня назначена свадьба! Что скажет Дорис, когда все это услышит. Ведь я должен предложить мужу ее родной сестры убраться из собственного дома.
Джонс. Выпейте коктейль. (Берет из-за колонны шейкер, наполняет два стакана.)Я ждал этого. Но вот что я скажу вам, сенатор Фиш: президент не подаст в отставку.
Фиш. Тогда мне придется предъявить ему импичмент.
Джонс. Позвать президента?
Фиш. Подождем до одиннадцати. Дайте хоть час побыть счастливым. (Устремляет горестный взгляд на окно.)
Дорис! Дорис!
На лужайку спускается Дорис, уже одетая и со следами косметики на лице. Джонс забирает метлу и щенка и уходит в Белый дом.
Фиш (ревниво).Где ты вчера пропадала?
Дорис (безразлично).Явился старый поклонник и торчал весь день.
Фиш (в сильнейшей тревоге).Только этого не хватало! Что он тебе говорил?
Дорис. Что я зазналась после того, как наш Джерри стал президентом, а я сказала: «Ну и что? Скажешь, муж твоей сестры — лучше?»
Фиш (заинтересованно).А кто он, муж его сестры?
Дорис. Он мусор вывозит.
Фиш (еще более заинтересованно).Правда?! А по нему это заметно?
Дорис. Еще как! Я бы его на порог не пустила. Представь, что к тебе приходят и говорят: «Апчхи! Кто сидел на этом стуле?» И ты отвечаешь: «Муж моей сестры, он возит мусор».
Фиш. Дорис! Дорис, случилась ужасная вещь…
Дорис (взглянув в сторону ворот).Папа идет. Нет, ты подумай: человеку за восемьдесят, почти девяносто, если не больше.
Фиш (угрюмо).Как ему взбрело в голову сделать своего отца министром финансов? Ведь это все равно, что прийти в дом для престарелых и сказать: «Мне нужны министры — подберите-ка мне восемь развалин».
Дорис. А-а, Джерри все делает неправильно. Он как рассуждал? Если отец перечитал все на свете — и Библию, и энциклопедию, и словарь…
По сцене шаркающей походкой бредет папа. Благосостояние попыталось и на него наложить свою печать, но не очень преуспело в этом. Папа небрит. Из морщинок, складок и мешков тускло поблескивают его глаза, словно посеребренная луной озерная рябь. Все время подергивается его влажный рот.
Фиш. Доброе утро, мистер Фрост.
Папа (без выражения).Хм. (Ему кажется, что ответ пришелся кстати.)
Дорис (проявляя терпимость).Папа, познакомьтесь, пожалуйста, с моим женихом. Сенатор Фиш от штата Айдахо.
Папа (с энтузиазмом).Здравствуйте, молодой человек! Прекрасно себя чувствую! Вы дадите мне мои восемьдесят восемь лет?
Фиш (любезно). Пожалуй, не дам.
Дорис. Дай ему двести, не жалко.
Папа (он этого не слышит).Да-а… (После долгой паузы.)В моей молодости шутили, что первые Фросты были высокого роста.
Дорис. Обхохочешься.
Папа (Фишу).Вы Библию читаете?
Фиш. Иногда.
Папа. Я, изволите знать, министр финансов. Это мой сын сделал меня министром финансов. Он президент. Мой единственный сын от второй жены.
Дорис. Старая развалина.
Папа. Я родился в тысяча восемьсот тридцать четвертом, в президентство Эндрю Джексона. Мне было двадцать семь лет, когда разразилась война.
Дорис (издевательски).Вы хотите сказать — Война за независимость?
Папа (бросая на нее испепеляющий взгляд).Война за независимость была в тысяча семьсот семьдесят шестом.
Дорис. Знаю.