Чтение онлайн

— Сынок, ты хорошо относишься к моей дочери?

Мы с отцом Беллы поедали бургеры. В конце лета я решил пожить немного с ее родителями. Я взял на себя клуб отца, которым он руководил еще с тех пор, когда я был ребенком. Четыре месяца назад его не стало, и пришла моя очередь занять свое место в бизнесе. Я всегда думал, что буду заниматься футболом, но после встречи с Беллой все изменилось. Я не жалел о том, что пошел по другой дороге. Однако я никогда не видел себя в развлекательном бизнесе.

— Всегда, сэр, — я улыбнулся и взглянул на Беллу, которая стояла рядом со своей мамой и хохотала, запрокинув голову назад. Она вся светилась.

— Как дела на работе?

— После летних каникул я займусь клубом. Пока что я использую те средства, что отец накопил для модернизации клуба и передачи мне его в собственность.

— По тебе не скажешь, что ты рад всему этому.

Я повернулся к нему, встав спиной к дамам.

— На самом деле это не совсем то, чем я хотел бы заниматься. Но это семейный бизнес, которым занималось несколько поколений. Не думаю, что будет правильно отказываться от этого.

— Но ты всегда хотел стать известным футболистом. Почему ты передумал? Ты ведь всегда знал, что у вас есть семейный бизнес, но тебе это не мешало мечтать о спортивной карьере.

Я пожал плечами, потягивая пиво.

— Я встретил Беллу, и понял, что живу не той жизнью, которой хотел бы жить.

— Сынок, у тебя есть талант. Должно быть, это нелегко отказаться от всего.

— Да. Но она стоит того, и даже больше.

— А не пожалеешь ли ты когда-нибудь об этом? – серьезно спросил отец.

— Пожалеть о том, что отказался от чего-то, чтобы приобрести что-то большее? Черт, конечно, нет. Никогда.

Отец Беллы улыбнулся.

— Расскажи мне о своих планах насчет клуба.

Целый час я рассказывал ему о том, что планирую сделать с «Домом Обсидиана».

Единственное, чего я не сказал ему, так это то, что планы на его дочь у меня куда более грандиозные.

Жизнь одна. И я хочу провести ее с ней. И мы обязательно будем счастливы.

ГЛАВА ДВЕННАДЦАТАЯ

СЕЙЧАС - АНАБЕЛЛА

Я спустилась в подвальное помещение «Дома Обсидиана», мое сердце бешено стучало. Вокруг кричали и топали зрители, разбрасывая повсюду деньги. Мне не очень нравилось здесь находиться, но я должна была его увидеть. Бармен сказала, что Макс сегодня выступает на ринге. Я знала, что он принимает участие в боях, свидетелем которых я никогда не была. Одна только мысль об этом вселяла в меня адский ужас. Я не знала, смогу ли выдержать знакомство с этой стороной его жизни. Но назад дороги нет.

Я пробиралась сквозь толпу до тех пор, пока не увидела ринг. На нем пока никого не было, и я оглянулась по сторонам. Вглядываясь в лица людей, я расправила свое короткое платье. Вдруг у служебной двери я увидела Макса, который разговаривал с двумя мужчинами. Они открыли дверь, и зашли в какое-то помещение. Я понимала, что это мой единственный шанс. Миновав толпы пьяных и неистовствующих людей, я отправилась за Максом. Слегка дернув за ручку, я поняла, что дверь открыта, и вошла внутрь.

Передо мной предстала комната, похожая на раздевалку. Трое мужчин разговаривали друг с другом. Когда я открыла дверь и раздался шум зрителей, они повернули голову в мою сторону. Макс сразу меня заметил. Я выдавила из себя слабую дружелюбную улыбку. Его глаза сверкнули от злости, и он резко приказал парням покинуть комнату. Когда они ушли, он рьяно прошипел:

— Какого черта ты здесь делаешь, Анабелла?

Боже.

Это режет слух, потому что он очень редко называл меня полным именем. Я всегда была Анной, Беллой, либо Колокольчиком. Но Анабеллой – никогда. Я сцепила руки и уставилась в пол, не представляя, что ответить, чтобы не сделать еще хуже. Я столько хотела высказать ему, но не могла подобрать слова.

— Я хотела поговорить с тобой после той ночи, — сказала я.

— Мне нечего тебе сказать.

Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Макс, у нас дочь. И ради ее блага нам нужно поговорить, тебе не кажется?

Он скрестил мускулистые руки на груди.

— Ты думаешь, что сейчас это возможно? Ты думаешь, что можешь просто так врываться и требовать, чтобы мы решили проблему ради благополучия дочери, о которой, кстати, ты даже не сказала мне?

— Да, я сделала ошибку. — Изо всех сил я пыталась взять себя в руки. — Я не утверждаю, что я была права, но мы ведь все еще можем….

— Можем что? Ходить вокруг да около? Ты даже не захотела говорить со мной, черт возьми, а теперь ждешь, что я через все переступлю и буду слушать тебя? Нет, так не будет! И теперь ты от меня ничего не дождешься. До тех пор, пока я сам не захочу.

— Боже, Макс, — взывала я, — я же признала, что была не права, но эта дурацкая игра совсем не к месту, когда речь идет маленьком ребенке! Я думала, что ты выше всего этого.

Он начал подходить ко мне, и уткнулся прямо в мое лицо.

— Ты не знаешь меня, Анабелла. Тебя не было в моей жизни пять лет. А сейчас уходи отсюда, или я вышвырну тебя сам.

— Нет, — сказала я, скрестив руки. — Я не уйду до тех пор, пока ты не выслушаешь меня.

— Ну, смотри, ты сама захотела.

Он достал из штанов телефон. Я сделала шаг к нему, чтобы помешать, но дверь открылась и я замерла на месте. Передо мной предстала очаровательная, грудастая блондинка. Ее ничуть не смутил тот факт, что я стою напротив Макса. Она просто заглянула и крикнула:

— А, вот ты где, милый. Я тебе звонила несколько раз.

Я тяжело задышала от боли.

Боже, это больнее, чем можно было представить.

— Я занят, — прошипел он в сторону девушки, все еще глядя на меня.

Я отвернулась. Я не могла больше здесь находиться и слушать, как эта девушка общается с Максом, словно является неотъемлемой частью его жизни. Я даже думать не хотела о том, что она была в его постели. В груди все обожгло, и я стремительно бросилась к двери. Самое худшее, что Макс даже не сделал попытки остановить меня.