Чтение онлайн

– Судебных...

Исмэй вздрогнула при этом слове.

– Судебных следователей больше интересовали доказательства подрывной деятельности, - заметила майор Питак с таким выражением, как будто считала это недостатком.
– Они ничего не смыслят в материалах... Пришли к нам спросить, что значит, когда нечто лишается миллиметра своей поверхности.

– Вы не справедливы, - заметил другой офицер.
– В лаборатории цементного есть один парень... Я несколько раз ходил к нему проконсультироваться о проблемах с электропроводкой.

– Но в общем...

– В общем, да. Старший лейтенант, - Питак снова обратилась к Исмэй, вы случайно не заметили, та переборка в жилом отсеке, о повреждении которой вы упоминали, повлияла на колебания лонжерона искусственной гравитации?

Она не заметила этого, так же как не заметила и всего остального, находясь посреди сражения, но никто не ворчал на нее за это. Они гнали все дальше и дальше, как упорные, своевольные кони, перескакивая с одного на другое. Споры рождались и затухали, и снова возникали, подстегиваемые новыми вопросами.

Исмэй не представляла, сколько еще это будет продолжаться. Она была измотана и уверена, что отведенное для встречи время уже давно вышло, но никто похоже не собирался напомнить капитану и старшим офицерам, что аудиторию пора освобождать. Наконец, встал Атарин, и все разговоры стихли.

– Мы задержались, пора сворачиваться. Старший лейтенант, думаю, что могу сказать от имени всех присутствующих, это была увлекательная и захватывающая презентация... очень профессиональный доклад. Вы должно быть проделали огромную подготовительную работу.

– Спасибо, сэр.

– Редко можно встретить молодого офицера, понимающего взаимосвязь в работе всех частей.

– Сэр, некоторые офицеры задали вопросы предварительно, что позволило мне подготовиться.

– Если даже и так. Отличная работа, и мы вас благодарим.

Остальные закивали, и на их лицах было написано искреннее уважение. Исмэй не знала, почему это ее удивляет... и почему заставляет чувствовать пусть и слабую, но вину. Адмиралы и капитан вышли первыми, потом к выходу направились и другие, продолжая незаконченные разговоры. Наконец все ушли, и Исмэй расслабилась.

– Впечатляющее выступление, старший лейтенант, - заметил младший лейтенант Серрано, подавая ей сумку с кубами.
– Вы точно предвидели, какие дисплеи понадобятся.

– И вы отлично справились, - ответила Исмэй.
– Вам не легко было, когда мне пришлось перепрыгивать с одного куба на другой.

– Не так уж трудно... я получал четкие указания, какой нужен номер. Вы определенно удивили их.

– Их?

– Слушателей. Они наверняка... просмотрели запись вашей беседы с младшими. Но этот доклад был расширен, конкретизирован, этакая версия для взрослых.

Было ли это дерзостью, или искренним восхищением? Исмэй не могла понять.

– Спасибо, - сказала она и отвернулась, решив отложить эти мысли до завтра. Майор Питак без сомнений завалит ее работой, так что времени на них просто не останется.

Молодой Серрано ободряюще кивнул ей, прежде чем выйти из комнаты.

***

На следующее утро майор Питак сказала:

– Знаете, некоторые продолжают считать, что мятеж должен был быть спланирован заранее.

Исмэй едва ни поперхнулась:

– Даже теперь?

– Да. Они утверждают, что если Хэрне собиралась пойти на предательство, то заручилась бы поддержкой старших офицеров, и корабль нельзя было бы захватить без серьезных потерь.

– О, - Исмэй больше ничего не могла придумать в ответ.

Если после тщательнейшего расследования и трибунала, кто-то желал продолжать так считать, вряд ли она могла убедить их в обратном.

– Флот сейчас в сложной ситуации... Чего еще ждать после смены власти и всех этих скандалов... Полагаю, вы слышали о Лепеску, - Питак не отрывала глаз от своего дисплея, и Исмэй подумала, что та намеренно избегает смотреть ей в глаза.

– Только слухи.

– Что ж. Это не просто слухи... Я знаю кое-кого, кто знал... больше, чем бы ей хотелось. Адмирал Лепеску любил войну и охоту... по одной и той же причине.

– О?

– Он убивал людей, - ледяным голосом произнесла Питак.
– Охотился на них, и ваша командор Серрано убила его. По мне так правильно, но не все считают так же.

– Он был агентом Доброты?

Питак удивилась:

– Этого никто не заметил. Я никогда не слышала о подобном предположении. С чего вы взяли?

– Ну... я слышала, что командующий Гарривэй... который возглавлял...

– Да, да, силы, посланные к Завьеру. Я не забыла об этом, Сьюза!

– Извините, сэр. Так или иначе, но я слышала, что он служил под командованием Лепеску. Гарривэй был агентом Доброты... или по крайней мере получал от них деньги.

– Ммм. Помните, что на этом корабле есть офицеры, которые служили под началом Лепеску некоторое время. Достаточно давно, чтобы Серрано не заподозрила их, но... обсуждать был он агентом или нет все-таки неразумно.

– Да, сэр. В любом случае он мертв, и возвращаться к этому нет смысла.

Исмэй сразу пожалела о сказанном. Выражение лица Питак говорило красноречивее слов. Смысл был не только для мертвых, судя по взгляду Питак, но и для некоторых живых. Возможно смысл был и для Хэрис Серрано.

– Извините, - сказала она, чувствуя жар на щеках.
– Это было глупо...

– Просто следите за собой, старший лейтенант.

– Сэр.

***

Так как Исмэй больше не нужно было готовиться к выступлению, после работы она направилась в спортзал. Ей не хватало регулярных занятий.