Расул
Шрифт:
– У тебя полчаса, Лиль, я не шучу. Иначе я найду другой способ, как удовлетворить свой голод.
Орлова резко побледнела. Нижняя губа задрожала, будто бы она собиралась вот-вот разрыдаться, но отдаю должное, она сдержалась.
– Хорошо. Я все сделаю. – С этими словами она удалилась в сторону кухни, а я так и остался сидеть в гостиной. Телефон отбросил в сторону, голову откинул на спинку дивана, рукой взъерошивая короткий ежик волос.
Черт, и на хрена я вообще за нее зацепился? Украла она эти деньги, нужно было обматерить ее последними словами, вышвырнуть с квартиры и забыть на этом. Катился бы она к своему мужу-алкоголику, зачем я втягивал себя в эти странные и непонятные игры?
Все ведь было хорошо.
Прошли годы и я почти забыл о ней.
Мне было в самую пору жениться сейчас на какой-нибудь красотке модели и рожать с ней детей, создавать быт.
А я уперся рогом, откопал старую любовь и теперь никак не мог наиграться в игрушки, которых был лишен в детстве.
Но я ведь привыкну, я чувствовал, понимал, осознавал это.
Привыкну. И очень быстро.
Я привыкну к Лилие, я заиграюсь с ней в семью, а потом? Что делать потом? Она ведь никогда не любила, никогда не хотела, и не полюбит, не захочет меня в будущем.
Лиля не захочет выйти за меня замуж, не захочет родить мне детей.
Что я собирался делать дальше? Вести ее к алтарю, как на аркан?
Зачем я так унижал себя? Зачем принижал собственное достоинство, выпрашивая у нее жалкие крохи внимания?
У меня были десятки, если не сотни вариантов. Я мог выбрать если не любую, то каждую вторую, и она согласилась бы быть со мной. Из-за денег или внешности, неважно.
Я мог найти ту, что будет меня хотя бы уважать и не врать так откровенно в лицо, но я зациклился на Лиле.
Этот незакрытый гештальт медленно убивал меня.
– Все готово…
Когда Орлова показалась в дверях, я понял, что прошло уже больше получаса. Она была одета в домашние брюки и майку, на голове был завязан конский хвост. Лиля выглядела небрежно, но я воздержался, ничего не сказал. Медленно и молча прошел на кухню, сел и внимательно осмотрел ужин.
Картошка с мясом.
– Серьезно, женщина?
– Не поняла… – Лиля бросила на меня полный негодования взгляд. Мол, а что не так? Застыла испуганная возле плиты, вжавшись в нее. Будто я был хищником, который мог в любую секунду наброситься на нее и растерзать.
– Ты Соколову что ли ужин готовила? А что не яичницу мне пожарила, а? Долго собираешься выказывать мне не уважение? Впрочем, если своему бывшему ты так же готовила, то я не удивлен, как он докатился до зависимостей.
– Расул… я… времени было немного, и продукты, что были…
– Да мне плевать! Вы, бабы, когда хотите, изощряетесь, как можете! Я тебе охуенную зарплату сделал, ты стянула с меня три ляма, а я удостаиваюсь картошки с мясом после часа выпрашиваний? Ты знатно прихуела, девочка, – заключил я, поднимая на Лилю сердитый взгляд.
Она играла с огнем. Еда и секс были основой жизни любого мужчины, и я был не исключением.
И уж если обломала мужика в сексе, то уж накормить-то его нормально можно было?
– Пожалуйста, не разговаривай со мной так… – попросила Лиля, стараясь не пролить застывшие в глазах слезы. – Я не заслужила. И я не делала того, в чем ты меня постоянно обвиняешь…
– Мне виднее, что ты заслужила. Я тебя из такого дерьма вытащил…
– Перестань…
– Да закрой ты рот уже, Лиля! Тебя саму от себя с твоим враньем еще не тошнит?! Ты самая обыкновенная шлюха и, честно говоря, я даже начинаю понимать твоего вечно бухающего бывшего мужа. По-моему, он относился к тебе ровно так, как ты этого заслуживаешь!
– Что ты такое говоришь… – с каким-то надломом прошептала Орлова, смахивая все-таки пролившиеся слезы.
Все-таки довел.
– Значит, так. Я приду на этой неделе еще раз. Я сообщу заранее, напишу тебе. И чтобы все здесь было по высшему разряду. Так-то ты получаешься очень дорогой шлюхой, поэтому я жду соответствующего приема. Ужин, радушие и… Господи, приведи себя в порядок, сходи в салон красоты, на тебя смотреть больно!
Нет, это было не так. Лилия всегда была самой красивой женщиной в моих глазах, даже сейчас, без макияжа, даже в простой одежде, без лоска и всех этих дамских штучек, она была хорошенькой. Причем до такой степени хорошенькой, что хотелось трахать ее без остановки. Вообще из нее не выходить.
Но… должен же я был хоть как-то поставить ее на место? Она меня жалила, и я жалил ее в ответ. По-другому и быть не могло. Хватит ей все прощать.
– Ты меня поняла?!
– Да…
– Ну, вот и славно. Я приду на этой неделе еще раз.
Глава 4
«Я приду на этой неделе еще раз».
Это единственная мысль, которая набатом билась в голове весь вчерашний и сегодняшний день. Я была, словно на иголках, и мое положение вынуждало меня переживать.
Не переживать было бы просто невозможно.
Я вляпалась.
Однозначно, очень смачно и бесповоротно.
Я наивно предполагала, что мои проблемы закончились с разводом, что все, наконец-то я могу свободно дышать и спокойно жить. Самое страшное осталось позади. Закончился бесконечный ад, в который Андрей меня медленно погружал на протяжение многих лет.
У меня, наконец, появилась какая-то стабильность, жизнь стала похожа на жизнь, а не на существование, я стала, как все.
Получила хорошую работу, хороший заработок, завела новые знакомства и друзей. Казалось бы, все только-только стало входить в свою колею.
Но нет. Эта история была не про меня.
Все тут же оборвалось, обрушилось, словно наспех возведенная стена, давшая хорошую трещину.
Расул был со мной необоснованно жесток. Впрочем, как и Андрей. Наверное, мне по судьбе было написано встречать только таких вот мужчин. Соколов превратил мою жизнь в кошмар, и только мне показалось, что спасительная рука помощи вытягивает меня из этого жуткого замкнутого круга, как Расул занял его место.
Место тирана и надзирателя.
Место того, кто пытает без жалости и какой-либо нужды.