Чтение онлайн

На первом перекрёстке горел зелёный светофор, и мы благополучно его проехали. Девочка соблюдала дистанцию метров в пять до машины Матнера. Прохожие аплодировали. Наверно, медведице хотелось поднять лапу и поприветствовать горожан, но ведь нельзя же бросить на ходу руль ради красивого жеста.

Регулировщик уличного движения на следующем перекрёстке – маленький, толстый полицейский – до того опешил, увидев косматого водителя, что открыл рот и остановил движение, включив красный свет в светофоре. Белый лимузин остановился у линии «стоп»; Девочка не растерялась и тоже затормозила. Восторгам зевак, полицейского и представителей прессы не было предела.

Через несколько кварталов, когда поездка подходила к концу, когда Девочка, казалось, подтвердила на деле свою квалификацию опытного водителя, произошло непредвиденное. Какой-то лихач, управлявший юрким маленьким «фольксвагеном» – микролитражным автомобилем, – вдруг вынырнул под самым носом машины господина Матнера. Белый «Мерседес», чтобы не врезаться в лихача, резко затормозил. Уставшая от криков толпы, шума автомобилей и ярких реклам медведица всё-таки заметила внезапно вспыхнувшие красные тормозные сигналы «Мерседеса». Но к сожалению, Девочка нажала на мотоциклетные тормоза с опозданием. Наш мотоцикл слегка ударил в задний бампер «Мерседеса». Никто не пострадал. А на сверкающем хромированном бампере не осталось даже вмятин. Но моментально возле нас оказался полицейский инспектор. После опроса свидетелей и придирчивого осмотра всех машин и медвежьего удостоверения, он оштрафовал владельца «фольксвагена», а господина Матнера и нас предупредил, что надо ездить более внимательно.

Многочисленные корреспонденты запечатлели эту маленькую аварию на фото– и киноплёнку и попросили меня прокомментировать происшествие.

– Пусть на долгие годы это будет единственным столкновением между нашими странами, – заявил я газетчикам.

Эта фраза была воспринята улыбками и назавтра обошла все газеты. А Девочка благополучно довела мотоцикл до цирка.

После войны вернулся из армии мой старший брат Леонид – цирковой жокей. «Жокей» – по-английски означает «наездник на скачках». В цирке жокеями называют ловких акробатов, которые прыгают на спину быстро бегущей лошади, делают там различные упражнения, а затем на полном скаку спрыгивают на манеж, переворачиваясь в воздухе, – исполняют сальто-мортале и другие сложные трюки.

Для того чтобы начать работу, Леониду прежде всего надо было достать лошадь. В конюшне одной из воинских частей мы с братом выбрали трёхлетнего Ваську – могучего коня рыжей масти с длинным золотистым хвостом и пышной волнистой гривой. Глаза у Васьки были карие, умные, нрав спокойный, добродушный. Тело сильное, мускулистое – Васька на войне возил пушку. По отзывам артиллеристов, конь отличался смелостью и выносливостью.

В цирке он быстро освоился и, как мне показалось, был доволен переменой судьбы. Для Васьки настала спокойная мирная жизнь. Больше не нужно было по боевой тревоге впрягаться в оглобли и в любую погоду тащить по бездорожью тяжеленное орудие. Вместо оглушающих пушечных выстрелов конские уши слышали теперь только лёгкое щёлканье бича, вместо грозных военных маршей – весёлый легкомысленный галоп.

Леонид заботливо ухаживал за Васькой, кормил отборным овсом. Бег по кругу манежа коняга воспринимал как приятную гимнастику, как развлечение. Он удивительно скоро научился выполнять цирковые команды и послушно менял аллюры: с шага переходил в галоп, с галопа в карьер. На репетициях и представлениях мне приходилось нести обязанности берейтора, то есть дрессировщика. Я стоял в центре арены с длинным хлыстом-шамбарьером и управлял бегом коня, а Леонид демонстрировал свои жокейские трюки. Через несколько месяцев Васька так хорошо работал, что почти не приходилось подстёгивать его хлыстом.

К Новому году наш коллектив перекочевал на Урал, в Свердловский цирк. Морозы стояли лютые, выпало очень много снега. После окончания вечерних представлений Корнилов с женой и сыном и мы с Лёней обычно задерживались в цирке, репетировали со слонами и медведями. Наша гостиница находилась на другом конце города. Добираться туда поздним вечером было нелегко – пешком очень утомительно, а городской транспорт к этому времени уже не ходил. На слоне в такую погоду домой не поедешь, на медведе тем более – прохожие испугаются.

– А что, если Ваську использовать? – предложила моя сестра Мария Ивановна Корнилова.

– Прекрасная идея! Поддерживаю! – воскликнул хозяин коня – Леонид.

– А кто будет за кучера? – насмешливо спросил Корнилов.

– Соглашаюсь на эту высокую должность, – отозвался я.

– Ну и дурачок! – засмеялся Александр Николаевич. – Тебе же придётся Ваську обратно в цирк гнать, а потом ночью одному по сугробам в гостиницу топать. Нет, это тоже не выход из положения.

– За меня не беспокойтесь, – с хитрой улыбкой ответил я. – Добывайте сани и упряжь, остальное – моя забота!

Назавтра с помощью директора цирка Николая Александровича Слаутина удалось взять на прокат в заготконторе большие сани-розвальни, дугу с колокольчиками, хомут и прочую упряжь. Днём после репетиции я с конюхом запряг Ваську в сани. Конь дал это сделать без большой охоты. Он уже отвык от прежней службы. И потом, кому же хочется хомут на шею надевать, снова становиться тягловой скотиной после вольной, красивой артистической жизни?

Но когда мы с Васькой выехали на свежий воздух, мой рыжий любимец весело заржал и лихо хлестанул по моему носу своим роскошным хвостом.

– Нноо! Поехали! – задорно крикнул я и дёрнул вожжи.

Васька громко фыркнул и бодро затрусил по шумной улице…

Два дня подряд по два раза в день я гонял Ваську из цирка в гостиницу и обратно. На третий день я снова уселся в сани, вожжи положил рядом и сказал:

– Ну, Васенька, поехали.

Васька послушно тронулся в путь и без моих подсказок сам быстро доставил меня до гостиницы. Я его похвалил, угостил сахаром, вкусным сеном, похлопал по крутому боку. Васька со смаком поел, лизнул мне руку, уставился добрым влажным глазом, будто хотел спросить: «Ну, что дальше делать будем?»

– Что смотришь? Домой, в тепло захотелось? Давай, Васёк, двигай в цирк, а я пойду рядом по тротуару. Ещё раз проверю, запомнил ли ты дорогу, – предложил я коню. – Согласен?

Васька в ответ мотнул головой и, легко сдвинув с места пустые сани, быстро зашагал по знакомому маршруту. Время от времени он поглядывал – не отстал ли кучер. Вернувшись в цирк, я встретил Корнилова.

– Где тебя, Валентин, носит? Говорят, ты на рысаке по городу раскатываешь, – шутливо заметил Александр Николаевич, – извозчиком заделался. Когда же нас-то повезёшь?