Расплата
Шрифт:
Наверное Марат слишком торопился. А еще излишняя самоуверенность подкачала. Он был настолько непоколебим в собственных силах, что не учел ряда других факторов. Скользкое после дождя дорожное покрытие, паника шофера, сидящего за рулем несущейся впереди на запредельной скорости тачки, и просто неудачного стечения обстоятельств, которое тоже случается в жизни.
Грузовик впереди выскочил неожиданно. Секунду назад его еще не было и вот он уже скрипит, выруливая колесами. Маленькая машинка, на которой в данный момент сосредоточено все внимание Марата, вылетает с трассы, переворачивается уже в воздухе с глухим скрежетом металла, приземляется на крышу, летит кувырком еще несколько метров и вспыхивает. И все это в каком-то медленном, просто нереалистичном режиме. Словно кадры из фильма с погонями и перестрелками. Только вот сейчас это все происходит наяву.
Он думал, что наверное схватит удар, пока выбирался из резко затормозившей машины, бежал по полю и выдирал железную неподдающуюся дверь заднего сидения, разбивая руки в кровь и даже этого не замечая. Подоспевшие на каких-то несколько секунд позже его люди действовали четко и отлажено. А он не мог, психовал и колотил кулаком по блядсокй заклинившей железяки. В голове билась только одна мысль: успеть, успеть, успеть. Как быстро сгорают и взрываются вспыхнувшие на трассе при аварии машины, он знал не в теории, а на практике. Три покушения как никак. От того и паниковал.
Успокоился лишь, когда прижал к груди маленькое, бессознательное тело малышки, бережно вынес ее на руках ближе к дороге, понимая что лишний раз лучше не шевелить. Эти ублюдки не озаботились, чтобы пристегнуть девушку и их дальнейшая судьба его мало интересовала. Но девочка дышала, и это пожалуй в данный момент было самое важное. А со всем остальным они справятся, постепенно. Главное чтобы она жила. Только бы она выжила.
Сирена скорой помощи долетела до слуха уже через несколько минут. Его сокровище, от которого он ни на шаг не отходил, так вместе с ним и отконвоировали сначала в машину, а потом и больницу, которую он естественно выбрал сам. Сделал несколько нужных звонков и в его распоряжении оказался опытный хирург, приехавший по первому зову и еще пара врачей.
Марат не знал, что еще он мог сделать, когда двери операционной закрылись, оставляя его в полном одиночестве. Странная штука. Он и раньше частенько оставался один. Но полную степень этого самого одиночества постиг похоже только сейчас. Ведь когда есть что терять — мир воспринимается иначе. В эти самые минуты он четко осознал — потеря девочки для него равносильна потери собственной жизни. И дурацкие слова из глупой, романтичной, замыленной пьески заиграли новыми красками. Долбанные Ромео и Джульетта будь они не ладны.
Марат никогда не был романтиком ни в юности, когда еще возраст позволял, ни тем более сейчас, когда положение уже обязывало стать циничной, бессердечной дрянью. Но сидя на холодных жестких стульях больничного коридора, готов был самолично сыграть этого самого пресловутого Ромео в какой-нибудь дешевой уличной постановке, лишь бы из памяти стерлась картинка смертельно бледного и такого любимого лица, готового хоть прямо сейчас издать последний вздох.
Нет! Этого он просто не выдержит!
Глава 18
Соединенные Штаты Америки.
Ньй-Йорк.
Один год спустя.
Большое яблоко. Город поистине большой, шумный и многолюдный правда скорее напоминающий муравейник, чем пресловутый фрукт, с которым его любили сравнивать. На огромных билбордах, вспыхивающих то здесь, то там, мелькали красивые модели, красивые товары и красивая жизнь. Здесь, внизу, все было проще, примитивнее и не так красиво.
Паренек-курьер ловко шнырял между стройными рядами машин, вставшими в привычную будничную пробку. Его небольшой мопед идеально подходил для переполненных улиц Манхэттена. А люди совершенно не обращали внимания занятые своими повседневными заботами и проблемами. Что тоже подходило в принципе идеально. Вообще место оказалось бы идеальным, если бы не одно «но». Увесистое такое и зудящее под кожей каждый раз, как мальчик-курьер приближался к царапающей небо высотке.
— Не хочу туда идти!
Предложение ставшее мантрой и повторяемое из раза в раз. Но что это меняло? Ничего! Вот и паренек это понимал. Потому что идти было надо. Работа, мать ее, и не поспоришь.
В крупном офисном центре царило обеденное оживление. Каждый раз пересекая комплекс монументальных зданий, паренек невольно засматривался по сторонам. Чисто здесь, красиво, аккуратно — основательно так очень. Ровные ряды деревьев, ровные ряды флагов, среди которых глаза сами невольно искали свой, родной, и сердце сладко замирало, когда находили. Отовсюду веяло свободой, такой американской и… чужой.
Вздохнув в который раз, паренек бодро заскочил на крыльцо, желая сделать все как можно быстрее и незаметнее. Может повезет. Может проскочит. Может. Может. Может…
Быстро подскочил к девушке-администратору, планируя как можно скорее сбагрить обжигающий руки пакет. Та мило улыбнулась, изучила документы и сказала то, что он итак знал:
— Посылка личного характера. Нужно доставить прямо в офис мистера Вайлда.
Черт! Черт! Черт!
Серебристая радужка вспыхнула под темными солнцезащитными стеклами огромных очков. Паренек снял кепку, растрепал короткие, каштановые волосы и понял, что никуда ему от этого не деться. Посылки личного характера он доставлял в это здание чуть ли не три раза в неделю, и последнее время в голову стали закрадываться крамольные и такие нелепые мысли. С другой стороны зачем мистеру Вайлду подстраивать подобное? Богатому американскому магнату не было в этом никакой надобности. Хватит смотреть на сильных мира сего с подозрением. Прошел уже год и пора бы забыть!
— Хорошо, — кивнул паренек и в его речи прослеживался акцент не явный, но достаточно заметный. — Давайте я занесу пакет секретарю. Где мне расписаться?
Девушка протянула бланк и отметила нужную графу.
— Сейчас я вам сделаю временный пропуск. Можно ваши документы.
— Ага.
Курьер сунул в протянутые пальчики девушки с аккуратным, красивым маникюром свое водительское и отвернулся, продолжая разглядывать просторный холл. А посмотреть и правда было на что. Отделанный в стиле ар-деко он будоражил и восхищал. Идеальная симметрия, роскошь и шик. Дорого-богато проще говоря. Хотелось задрать голову и присвистнуть от восторга. Но вместо этого паренек наоборот поплотнее задвинул кепку, вернув ее себе на голову привычным движением.