Чтение онлайн

За большим, прямоугольным столом собралась вся семья. Красивые, глубокие супницы были доверху наполнены аккуратно слепленными, ароматными пельменями. Глядя на этот кулинарный шедевр, Яна молчаливо задавалась двумя вопросами. Сможет ли она съесть хотя бы половину? И сумеет ли когда-нибудь лепить вот так, создавая безупречные по форме пельмешки?

Карим, довольно улыбаясь, за обе щеки уплетал вкусный ужин. Яна же, в попытках накормить и себя, и одновременно дочку, потерпела неудачу. Даже самый крошечный кусочек Майя выталкивала язычком обратно. Казалось, малышку совершенно не интересовала еда, а вот разноцветные салфетки привлекли все её внимание. Майя, водя крошечным пальчиком по цветочному рисунку салфетки, тихо запела только ей понятную песенку.

– Как дела с работой? – поинтересовался свёкр, Эмиль. Это был высокий, худощавый мужчина. Его глаза, выражающие ленивое, почти безразличное спокойствие, посмотрели прямо на Карима.

– Отлично, работа работается, – старший сын потянулся к центру стола и взял с тарелки нарубленную петрушку и посыпал ей пельмени. – Объект большой, так что все лето точно уйдет на него.

– А что там за объект? – Эмиль устало зевнул.

– Торговый центр.

– Торговый центр это хорошо, – подала голос Гульнара, ставя чайник на плиту, – значит, там много денег.

– Должно быть, – Карим зачерпнул ложкой пельмени и отправил их в рот.

Гульнара, вернувшись за стол, обратила свое внимание на Алсу. Та, разламывая пельмени ложкой, с интересом разглядывала содержимое своей тарелки.

– А у тебя, Алсуша, как дела на работе?

Алсу, вздрогнув, посмотрела прямо на свекровь. Взгляд золотисто-карих глаз стал задумчивым.

– Все хорошо, – Алсу растянула губы в улыбке, – жду повышения.

– Алсуша у нас работает в больничной столовой, – доверительным тоном обратилась Гульнара к Яне, – по моим стопам пошла. Уверена, Алсу, к началу лета ты уже будешь заведующей.

Алсу довольно закивала головой. Её темные, блестящие волосы рассыпались по узким плечам. Жена Руслана, сверкнув улыбкой, снова начала орудовать ложкой над своим ужином.

– А ты, Яна, когда собираешься выйти на работу? – Гульнара окинула молодую женщину дружелюбным взглядом.

– Пока не собираюсь, – Яна, ощущая неловкость в груди, отвела взор в сторону.

– Как не собираешься? – удивленному голосу свекрови вторил звук закипающего чайника.

Несколько пар глаз – Алсу, Руслана и Гульнары, уставились на Яну.

– Шутишь, наверное? – веселым тоном вопросила свекровь. – Работать нужно.

Яна покосилась на мужа – тот продолжал жевать. Сейчас это невероятно раздражало молодую женщину. Создавалось впечатление, что Карим не слышит и не видит того, что жена нуждается в его поддержке.

– Майя пока еще слишком маленькая, чтобы я выходила на работу, – Яна положила ложку на стол. Аппетит куда-то подевался. Чувствовала себя подопытной крысой.

– Я могла бы сидеть с внучкой, – свекровь широко заулыбалась.

Сама мысль, что дочку придется оставить, болезненными иглами прошлась через сердце Яны. Молодая женщина была еще очень привязана к своему ребенку, впрочем, как и Майя к своей матери. Они никогда прежде не расставались больше, чем на час, и то для этого были веские причины – осмотр Яны врачом.

– Мне самой хочется заниматься своим ребенком, – слова давались с трудом, но Яна, все же, сумела их произнести.

– Очень зря, – Гульнара принялась разливать чай. Движения её были сосредоточенными, словно женщина сдерживала себя. Уже ставя на стол вазу с конфетами, свекровь шутливо добавила:

– Работать для женщины очень полезно, особенно для семьи.

Яна сдавленно сглотнула. Она совершенно не понимала, какую игру затеяла свекровь, и какое послание несли её слова – искреннюю заботу или укор?

– Мам, для нашей семьи полезно, если Яна будет дома сидеть и заниматься дочкой, – голос Карима выражал спокойствие, не терпящее возражений.

Гульнара, поджав губы, отвернулась.

Яна посмотрела на мужа – Карим, подмигнув ей, взял на руки Майю. Малышка, запрокинув голову, запустила пальцы в бороду отца.

– Давай, внученька, приведи папу в порядок, а то отрастил бороду, как старый дед, – засияв улыбкой, сказала свекровь.

– Не, пусть растет, – рассмеялся Карим, целуя дочку в пухлую щеку.

– С ума сошел, – Гульнара закачала головой.

– Да ладно, мам, – Руслан улыбнулся матери, – сейчас так модно, глядишь, и я отращу.

Молодой мужчина провела ладонь по своему гладкому подбородку.

– Еще чего не хватало! – свекровь метнула взор в Алсу. – Алсу, смотри, чтобы не превратился в бородатого.

Жена Руслана молчаливо закивала головой и чуть улыбнулась мужу.

– Маму надо слушаться, – заметила Алсу, получая одобряющую улыбку Гульнары.

От всей этой семейной картины Яну замутило. И вроде, все было мирно, вкусно, и никто не сыпал оскорблениями, но в душе молодой женщины разрасталось неприятное, тошнотворное ощущение, от которого невозможно было избавиться – ни конфетами, ни ароматным чаем.

Хотелось одного – как можно скорее покинуть этот ужин и остаться наедине со своей семьей. А завтра – будет новый день. Они поедут покупать Майе обувь. Для кого-то, может, это было обыденным делом. Но только не для Яны. Сама мысль, что они поедут втроем, наполняла молодую женщину воодушевлением. Яна не сдержала мечтательную улыбку.

– Карим, сынок, – голос свекрови пробился сквозь мечтания Яны, – ты можешь завтра отвезти меня на рынок? Мясо закончилось, а завтра, как раз суббота, привезут с деревни свежую телятину.

– Мам, я так-то хотел со своими в магазин сгонять, – ответил Карим.

– А, ну, ладно, в следующий раз тогда, – в тоне Гульнары послышались обиженные нотки, – завтра сама тогда доеду, как-нибудь дотащу это мясо.

Яна нервно сжала ладони. Чувство вины и раздражения зацарапали ей грудь, а после – болезненно сдавили легкие. Даже дышать было теперь трудно.