Чтение онлайн

— Удачи тебе! — крикнула мне на прощание Сабина. — Удачи вам всем!

— Удачи! — пожелала ей я.

— Удачи! — откликнулись девушки из таверны. Спутники Тандара из Ти уже стояли у выхода.

— Придется пороть тебя, рабыня? — спросил один из них.

— Нет, хозяин! — И Сабина бросилась за ними. Мы смотрели им вслед.

— Пора, — объявил Клитус Вителлиус, — и нам двигаться в Курулен.

Я робко коснулась его колена.

— Прошу тебя, хозяин!

Он взглянул почти нежно. По-моему, ему было грустно.

— Ну, хорошо. — Знаком он указал, в какой альков мне идти. В алькове я сбросила с себя уличную тунику. Он задернул

занавеску.

— Сколько раз, — беспечно прощебетала я, — в этом самом алькове служила я клиентам Бузебиуса.

Он обнял меня — так нежно, что прикосновение его меня испугало.

— Мне будет не хватать тебя, Дина.

— На свете много девушек.

— Да, — проговорил он. — Девушек много.

— Ты скоро забудешь меня. Он взъерошил мне волосы:

— До самой весны все еще будут коротковаты.

— И это снизит мою цену, — ввернула я. Он поцеловал меня.

— Придешь посмотреть на меня в клетке?

Девушек часто выставляют перед торгами в клетках на всеобщее обозрение, в Курулене — почти всегда.

— Нет, — ответил он и снова — мягко, нежно — поцеловал меня.

— Оставь меня себе! — взмолилась я вдруг.

— Нет.

Я силилась не заплакать.

— Странно, — вздохнул он. — Я выходил один на один с диким слином, встречался лицом к лицу с вооруженными до зубов врагами. Я — воин и среди воинов один из первых. И все-же ты, просто девушка, обезоруживаешь меня слезами и улыбкой.

— Нет, хозяин.

— Да все ли ты понимаешь!

— Рабыне не нужны объяснения. Ее дело — повиноваться.

— Вот видишь, — начиная злиться, произнес он. — Ты делаешь меня слабым!

— Так покори меня, — предложила я.

— Ты не такая, как другие!

— Я всего лишь рабыня. Вот и обращайся со мной как с рабыней.

— Привязать бы тебя да выпороть!

— Привяжи меня, — согласилась я. — Выпори!

— Воин, — отчеканил он, — должен быть свирепым и несгибаемым.

— Будь со мной свирепым и несгибаемым.

— Хочется, чтобы тебя покоряли и порабощали, да, шлюха?

— Да, — признала я. — Я женщина. Он сел рядом.

— Как, должно быть, презираешь ты меня за слабость!

— Да, — в запальчивости бросила я. — Презираю! Он глядел с нескрываемой яростью.

— Я люблю тебя, — сказала я.

От его удара голова откинулась в сторону, изо рта показалась кровь.

— Лгунья! — И, схватив меня, он дал выход своему бешенству. Досталось мне здорово.

— Вставай, — сказал он потом. — Пора идти в Курулен.

Я натянула тунику, подпоясалась, одну за другой застегнула пять пуговиц. Сорвал бы он с меня одежды, повел бы обнаженной по улице — пусть все видят, какому сильному мужчине я принадлежу!

Выйдя из таверны, мы отправились в Курулен.

И вот мы уже у черного хода. Перед нами — мощная железная дверь. Там, внутри, меня продадут.

— Войдем, — сказал он.

— Делай со мной что хочешь.

— Я и делаю.

— Делаешь? — переспросила я.

— Да.

Я подняла на него глаза.

— Я — воин, — в который раз повторил он. — Я не должен быть слабым.

— Но сейчас ты слаб.

— Нет.

— Презираю твою слабость! — процедила я.

— В чем же я слаб?

— Ты не хочешь продавать меня. И все же продаешь.

— Нет. Я хочу тебя продать.

— Посмотри на меня, — попросила я. — Что ты видишь?

— Рабыню.

— И что же на самом деле тебе хочется сделать со мною?

— Продать.

— Нет, — отрезала я. — Тебе хочется отвести меня в свой дом. Бросить к своим ногам. Надеть на меня ошейник. Не продать меня тебе хочется, но владеть мною, повелевать.

— Я многого хочу от тебя.

— Так прикажи! Возьми что хочешь! — с вызовом выпалила я. — Ты выслеживал меня в Аре, мчался за мной в Кос лишь для того, чтобы продать?

Глаза его метали молнии.

— Нет! Тебе хотелось, чтоб я была твоей рабыней! Хотелось видеть меня на цепи, обнаженной!

— Да! — взорвался он. — Я хотел, чтоб ты сидела голая на цепи, моя!

— Так раздень меня! Посади на цепь!

— Нет.

И вдруг я успокоилась.

— Ну так продай меня, — вымолвила я устало. — Тебе решать. Я рабыня.

Он постучал в железную дверь.

— Я считала Клитуса Вителлиуса сильным, — нарушила я молчание. — Думала, он воин. У него хватит сил делать с женщиной все, что ему хочется. А теперь вижу — он слишком слаб.

Он снова застучал в дверь.

— Он слаб, — твердила я. — Рабыня презирает его.

— Не зли меня, — огрызнулся он.

Я отвела глаза. Нечего мне бояться. За дверью послышались шаги. На уровне глаз открылось окошечко.