Пылающие души
Шрифт:
Джулия с грохотом отодвинула свой стул и воскликнула:
— Но я не собираюсь туда! Я хочу домой!
— Чепуха! — Он взмахнул рукой, словно без колебаний отметая эту нелепую мысль. — Теперь вы в руках джентльмена, и если вы успокоитесь и предоставите мне принимать решения, я буду исходить из ваших интересов.
Не прикоснувшись к чаю, Джулия поднялась, и Гатри последовал ее примеру, но вдруг удивил ее, поцеловав руку, и со странным выражением лица пробормотал:
— Мне никак не удавалось забыть вашу красоту. Воспоминания о ней преследовали меня много месяцев подряд. Я так рад вашему обществу…
Джулия в ужасе отпрянула, однако Гатри поспешил заверить ее, что не замышляет ничего дурного.
— Я — порядочный человек, дорогая, но должен предупредить, что я намерен завладеть вашим сердцем…
— О чем вы говорите? — недоуменно переспросила Джулия. Гатри заморгал.
— Повторяю, я попытаюсь завладеть вашим сердцем. Неужели вам так трудно в это поверить? Я холост и, следовательно, вправе добиваться вашего расположения.
— А, по-моему, вы излишне самоуверенны, как и все янки, — сухо отозвалась Джулия.
— Что, простите?
На этот раз Джулия язвительно улыбнулась:
— Подобно своим соотечественникам, янки, вы уверены, что вам ничего не стоит пленить южанку. Это нелепость. Мое сердце никогда не будет принадлежать вам.
Гатри сдержанно поклонился:
— Я принимаю вызов.
— Никакой это не вызов, — раздраженно перебила Джулия. — Как вы не понимаете…
Она замолчала на полуслове, услышав за спиной скрип приоткрывшейся двери. Обернувшись, она увидела матроса с морщинистым лицом и возбужденно поблескивающими глазами.
— Сэр, все готово. Мы вывели Арнхардта на палубу.
— Отлично. Сейчас выйду.
Матрос отсалютовал капитану и быстро вышел. Капитан Гатри последовал было за ним, но Джулия порывисто ухватила его за руку.
— О чем он говорил? — спросила она.
— Вам и без того хватает неприятностей. Допивайте чай, а потом кто-нибудь переправит вас на наш корабль.
— Никуда я не пойду! — Схватив кружку, Джулия швырнула ее об стену с яростью, изумившей ее саму. — Я хочу знать, что творится на палубе. Разве я не вправе выяснить, какую дьявольскую, варварскую пытку вы уготовили Дереку?
— Дереку? — Гатри прищурился. — Кажется, я поспешил выразить вам сочувствие, мисс Маршалл. Похоже, вы неравнодушны к нашему пленнику. Ну что же, вам будет полезно узнать, как я расправляюсь с врагами. Прошу вас.
Он пропустил Джулию в дверь и попытался помочь ей подняться по трапу, но Джулия с негодованием отвергла его помощь. Прикосновения янки вызывали в ней отвращение. В войнах и политике она не разбиралась, но одно знала наверняка: новую войну затеяли янки, стремясь навязать Югу свою волю, и она не желала иметь с ними дела.
На палубе ярко горели фонари. Человек двадцать в темно-синей форме столпились на носу корабля. На доске, положенной поперек борта и нависающей над водой, стоял обнаженный Дерек со связанными за спиной руками.
Когда Джулия подошла ближе, Дерек быстро взглянул на нее, а затем вновь устремил взгляд вдаль. Казалось, он ничего не боится. Суета на палубе лишь раздражала его.
— Арнхардт! — насмешливо крикнул ему капитан Гатри. — Вы ничего не хотите сказать, прежде чем вас скормят акулам?
Джулия пошатнулась, в ужасе осознав, как намерен поступить янки.
Здешние воды и впрямь кишели акулами. Сегодня днем Дерек видел их и потому отменил очередное купание. Акулы в мгновение ока расправились с Шедом Харки и его приятелями-мятежниками…
А теперь Дерека ждала та же участь.
Джулия не могла этого допустить. Она убеждала себя, что ею руководит только жалость к Дереку, и не более того. Они были всего-навсего любовниками, а не влюбленными…
Не обращая внимания на Джулию, матросы отпускали издевательские замечания в адрес Дерека и хохотали. Джулия огляделась в поисках хоть какого-нибудь оружия.
Она оступилась на скользком пятне и уловила неприятный запах. Здесь, на этом месте, Дерек чистил рыбу, пойманную на завтрак. Он не успел вымыть палубу, и теперь она испускала зловоние.
Внезапно Джулию осенила догадка. Ругая себя за то, что не подумала об этом раньше, она быстро нагнулась, пошарила руками в темноте и нащупала нож, которым Дерек разделывал рыбу. Стремительно спрятав нож в складках юбки, Джулия выпрямилась.
Холодно взглянув на Гатри, Дерек осведомился:
— Что будет с ней? — И кивнул в сторону Джулии.
— Не беспокойтесь, она отправится в Вашингтон вместе со мной, — любезно объяснил Гатри. — Вы сделали эту девушку несчастной, а сейчас она в надежных руках. — Он нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — У вас есть еще вопросы?
— А мой корабль?
Гатри злорадно ухмыльнулся. Матросы загоготали.
— Вы когда-нибудь слышали о новом чуде — динамите? Его изобрел шведский химик Альфред Нобель. Смешав нитроглицерин с пористым впитывающим материалом, Нобель создал твердое вещество, которое взрывается под воздействием тепла или ударов. Впрочем, — капитан пренебрежительно взмахнул рукой, — откуда знать об этом вам, заурядному моряку? Динамит разнесет ваш корабль в пыль, Арнхардт. Больше «Ариану» не суждено прорывать блокаду.
Запрокинув голову, Дерек язвительно расхохотался:
— Вам нет ровным счетом никакого дела до того, будет он прорывать блокаду или нет! Напыщенный ублюдок! Вы стремитесь только отомстить мне, потому что я выставил вас на посмешище!
— Будьте любезны придержать язык — здесь дама! — вспыхнул Гатри. — Благодарите Бога, что я не приказал пристрелить вас. Я великодушен: вы получите шанс на спасение — только потому, что вы не вышвырнули меня и матросов за борт, а отдали нам шлюпки. К счастью, нас вскоре подобрал проходящий мимо корабль.