Чтение онлайн

Одевались мы довольно скромно, не носили шузы, папу называли папой, а не фазером, а маму – мамой, а не мазером, Крещатик остался для меня Крещатиком, а не Бродом, и я не ходил «прошвырнуться по Броду», а шел погулять по Крещатику. Стиляг у нас было мало, и они предпочитали не очень афишироваться. Откуда-то они доставали пластинки Гленна Миллера и Бенни Гудмена. Мы же выменивали различные свои мелкие дефицитные вещи на «буги на костях», то-есть джазовые пластинки на рентгеновской пленке, или просто покупали их. Эти пластинки играли неважно, и мы танцевали под них не буги-вуги, а линду. Таким образом конфликтов с дружинниками у меня не было: мне не пороли брюки-дудочки и не срезали кок на голове.

Зато моя дорогая Зопа весь свой нерастраченный пыл решила использовать для моего возвращения на путь истинный. Насчет «сачковать» уроки уже не могло быть и речи. Так что дефицитные фильмы в кинотеатре «Комсомолец Украины» на Прорезной прошли мимо меня. В былые времена я был одним из организаторов коллективных просмотров «Джорджа из Динки-джаза», «Судьбы солдата в Америке», «Тетки Чарлей», «Тарзана» и прочих так называемых «трофейных» фильмов. Мы приходили в четверть девятого к кассам, в половине девятого тетя Поля – уборщица нас впускала в кассовый вестибюль, и мы располагались «на нарах», то-есть рассаживались на штанкетах, и дожидались появления кассира, чтобы захватить первые ряды (во-первых, дешево, во-вторых, никто не мешает). Теперь эта лафа для меня кончилась. Но я и не очень переживал, так как «трофейные фильмы» тоже стали исчезать из кинотеатров. Они расползлись по дальним клубам, где демонстрировались только на вечерних сеансах.

Но это было еще полбеды. Наша Зопочка стала цепляться ко мне совсем уже не по делу. Если я путал какую-нибудь дату из нашей славной советской истории, она тут же заявляла:

– Да, ты этого не знаешь. Это естественно. Очевидно у тебя дома придерживаются других взглядов на историю нашей страны.

– Мы дома не беседуем на эту тему.

– Не груби. Яблоко от яблони…,

Перед майскими праздниками она остановила меня в коридоре и заявила:

– Говорят, что ты дружишь со стилягами. Я считаю, что в твоем положении это крайне опрометчиво.

– Во-первых, я не стиляга, как вы видите по моей одежде, а во-вторых, что это за положение у меня такое?

– Положение твое осложнено антипатриотической деятельностью твоего папаши (наверняка у нее был осведомитель в архитектурных кругах, так как в печати об этом пока ничего не было). А то, что ты носишь в школу лыжный костюм – это не показатель. Мне рассказали, как ты одеваешься на занятия танцевального кружка и что ты там танцуешь.

– Одеваюсь нормально и танцую то же, что и все.

– И еще мне говорят, что ты изображаешь учителей в самом непристойном виде. Кому нужны эти карикатуры на преподавателей? Карикатуры нужно рисовать на бездельников, тунеядцев, космополитов и стиляг. В общем я тебя хочу предупредить, что годовая тройка по истории тебе обеспечена.

Это было обидно, и в этом не было никакой логики. Бежать, бежать, бежать!..

Отгуляли майские праздники, оттанцевали на площадях вальсы, маршевые фокстроты и линду. Вот тут нужно отметить, что мощные протекторы на «шузах», поставленные Михаилом Марковичем сослужили свою службу. Ноги, хотя и плохо крутились и скользили, зато подошва была спасена. Нормальные подметки такой нагрузки на асфальте просто бы не выдержали. Хорошего напарника для перехода в другую школу найти было трудно. С друзьями расставаться не хотелось. Мои приятели Виктор, Валентин и, конечно же, Юра Колодиев по кличке «Граф», уходить не хотели. Наконец напарник нашелся. Эдик, тоже преследуемый Зопой, ждал только сигнала. Прошло еще несколько дней. В вестибюле я встретил Дончика – Сеню Донцова из девятого Б.

– Эй, Дончик! Стой, чувак!

– Какой я тебе чувак? Знаешь, что означает чувак? Чувак – это человек уважающий высокую американскую культуру. Это стиляги так себя называют. А какой же я тебе стиляга? Я простой босяк с Гончарки.

Конец ознакомительного фрагмента.