Пятерка Мечей
Шрифт:
– Только это меня утешает! – говорила Изабелла Юрьевна, строя забавную гримаску.
Может, мне пригласить к себе в гости Изу? – подумала Дина Лазаревна. – Посидим вдвоем, проводим старый год, встретим Новый. Нехорошо в этот праздник оставаться одной. Изабелла тоже будет скучать, – вот и объединим две скуки в одну!
Она пошла на кухню, открыла холодильник и убедилась, что он практически пуст.
Господи! Сижу тут, хнычу и жалуюсь сама себе… вместо того, чтобы заниматься делом. Праздник на носу, а у меня продуктов нет!
Она поспешно вскочила, привела себя в порядок, накинула меховой жакет и побежала в ближайший гастроном.
В магазине повсюду с высоких потолков свисала блестящая мишура, елочные шарики и снежинки на нитках, пахло елкой, народ бурлил и скапливался у прилавков. Надувные Дед Мороз со Снегурочкой кружились на украшенной ватой и блестками подставке посреди торгового зала. Дети смеялись и показывали на них пальцами. Было душно, шумно и очень светло; под ногами хлюпала вода от растаявшего снега, нанесенного покупателями.
Пока Дина Лазаревна приобрела все, что запланировала, прошло много времени. По случаю предстоящего праздника везде были очереди, – люди покупали шампанское, торты, конфеты, закуски, фрукты, колбасы и консервы; продавцы падали с ног, кассы работали непрерывно, и все равно, то тут, то там возникали недовольные перепалки. Покупатели торопились, продавцы устали и находились в раздражении, дети капризничали… Когда Динара, сгибаясь под тяжестью огромных сумок, вышла из гастронома, ей показалось, что она вырвалась из пекла!
Приятная прохлада охватила ее. Уже наступили прозрачные сиреневатые сумерки. Дома таинственно светились в сгущающейся темноте, с неба падал редкий снежок…
Динара, то и дело останавливаясь передохнуть, ставила сумки на снег, поднимала голову и любовалась бездонной лиловой чашей неба, с которой струилось холодное, легкое серебро. Загорались старинные круглые фонари, и город превращался в театральную декорацию времен императрицы Елизаветы, славной дочери царя Петра. Казалось, вот-вот по заснеженной дороге пробежит, звеня бубенцами, лихая тройка, обгоняя чинные экипажи с ливрейными лакеями в тулупах, распахнутся, сияя огнями, двери домов, откуда слышны предпраздничная суета и музыка…
Добралась до дома Дина Лазаревна не скоро и уже в темноте. Поставила сумки, открыла дверь квартиры, и…отшатнулась в ужасе. Из проема двери повалил густой вонючий дым.
– Что случилось, Диночка? – выглянула на ее истошный крик Изабелла Юрьевна. – Откуда столько дыма? У нас что, пожар?
На лестничную клетку вышел инженер Авдеев. Он только что пришел с работы и еще не успел раздеться.
– То-то я иду, слышу, вроде дымом пахнет! Ну, думаю, у кого-то сухари сгорели! Особенно Берта Михайловна любит их забывать в духовке.
– Да что же вы стоите?! – закричала на него Дина Лазаревна. – У меня квартира горит! Вызывайте пожарных!
– Надо сначала посмотреть…
Авдеев сбегал за большим фонарем, с которым он ходил в подвал, и зашел в квартиру Чиляевой. На ощупь открыл окно на кухне. Свет зажигать не стал, опасаясь, что взорвется газ. Но огня нигде не было видно. Осветив фонарем плиту, он увидел, что сгорела кастрюля в которой было что-то пластмассовое. От этого и стоял повсюду вонючий дым.
Владимир Петрович отключил газ, пооткрывал во всех комнатах окна и вышел на лестничную площадку.
– Ничего страшного! Сгорела кастрюля… Идемте, я покажу.
Дина Лазаревна, Изабелла, а за ней спустившаяся со второго этажа Берта Михайловна гуськом вошли в квартиру, закрывая носы кто чем. Дым уже почти вытянуло через дверь и распахнутые окна.
– Господи! Да это же кастрюля с макаронами! – всплеснула руками Динара. – Как же я ее забыла выключить? Пока я ходила в магазин, мог начаться пожар! Все бы сгорело!
На дне кастрюли никаких макарон уже не было. Там тлело что-то невообразимое – какая-то клейкая, черная, как деготь, вонючая масса.
– Это же мой пластмассовый дуршлаг! – догадалась хозяйка. – Я промыла макароны, поставила дуршлаг на кастрюлю, чтобы стекла вода, и забыла…
– Вы, видимо, не выключили газ под кастрюлей, Диночка! – качала головой Берта Михайловна. – Ужас! Хорошо, что вы вовремя вернулись!
Соседи разошлись, а Динара принялась разбирать сумки с продуктами. Кажется, она слишком много всего накупила. Кто это будет есть?
Звонок в дверь заставил ее вздрогнуть. Нервы, натянутые до предела, болезненно реагировали на любой раздражитель. Взглянув в глазок, она обомлела, – это пришел Артем. Разве уже семь часов? Впрочем, конечно! С этими сегодняшними передрягами она потеряла счет времени…
– Входите…
Разумеется, он сразу почувствовал запах гари, увидел ее удрученное лицо. Она даже не успела посмотреть на себя в зеркало перед тем, как открывать дверь!
– Готовитесь к празднику?
Дина Лазаревна не нашла ничего лучшего, как расплакаться. Ее нервы сдали. Она даже не позаботилась выдумать приличный предлог для объяснения своего горя.
– Полюбуйтесь! – рыдая в голос, показывала она на остатки макарон вперемежку с дуршлагом. – У меня чуть не случился пожар в квартире! А недавно меня затопило! Я боюсь ходить по улицам, потому что за мной кто-то следит! Я боюсь ложиться спать! Мне приходят письма с угрозами! Меня…собираются убить!
– Кто? – удивился Артем, наливая ей воды.
– Откуда я знаю? – еще громче зарыдала Дина Лазаревна. – Я понятия не имею, почему на меня сваливаются все эти несчастья! Я просто в отчаянии…
– Но…это должно иметь под собой какую-то почву. Кто может желать вам зла?
– Ах, что вы меня спрашиваете?! – рассердилась она. – Это ведь, кажется, ваша работа! А я ничего, ничего не знаю!
– Так я не смогу вам помочь, – вздохнул Пономарев. – И вы рискуете остаться наедине со своими проблемами.