Чтение онлайн

– Я вас в церкви почти не вижу.

– В храм редко хожу, что верно, то верно. И только по большим праздникам…Так уж получается!

– Люди мне сказали, вы гаданием занимаетесь? – стараясь быть мягким, поинтересовался отец Михаил.

– Это работа, – вздохнула Динара. – Ничем не хуже любой другой. Будете стыдить? Или грехом пугать?

– Не богоугодное это дело, – вздохнул священник.

– Почему же? Пророки тоже знали наперед многое и любили людям рассказывать!

Отец Михаил почувствовал в ее голосе нотки обиды. Она явно приготовилась защищаться, давать отпор любым его словам. Но…он вовсе не собирался ни ругать ее ремесло, ни запрещать его, ни взывать к благоразумию. Ему хотелось поговорить, разобраться, чем живет душа этой красивой, разочарованной женщины.

Разочарованных людей священник узнавал по затаенной в глубине взгляда тоске о чем-то несбывшемся. У Дины был именно такой взгляд, – горячий и тоскливый.

Отец Михаил хорошо знал, как люди горды и самолюбивы, но призвание священнослужителя, – выполнять свою миссию, раз того хочет Бог. Путь, избранный Динарой, – порочен, и его долг убедить женщину одуматься, бросить свое сомнительное занятие.

– Бог милостив! – начал он нелегкий разговор. – Люди грешат, творят черные дела, обманывают, жадничают, превращая жизнь друг друга в ад. А Господь любит их, как добрый отец любит своих несмышленых детей. Он их принимает в свои объятия, прощает и спасает! Нужно только прийти к Нему! Покаяться!

Динара смотрела на отца Михаила огромными блестящими глазами, и уголки ее губ чуть подрагивали. В ее сердце зрел протест, и священник это почувствовал.

Господи! Помоги мне найти слова, дабы вразумить эту заблудшую душу! – подумал он. И принялся в тысячный раз за свою жизнь рассказывать историю падения человека, и то, как он попадает во власть дьявола. Как страшны объятия сатаны, и как из них потом трудно, а подчас и невозможно вырваться! Как душа, которой завладел дьявол, вместо смирения и любви наполняется страхом, отчаянием и болью.

– Гадание – большой грех перед Богом, дочь моя! – горячо убеждал он Динару. – Судьба каждого смертного – в руках Господа! И только когда дьявол овладевает душой человека, он теряет свою связь с Отцом небесным… А вы, ясновидящие, предрекаете людям будущее, и тем самым становитесь на пути Бога и помогаете дьяволу. Это опасно, дочь моя! Очень опасно!

– Чем же? – усмехнулась цыганка, блеснув зубами. Ее черные, жесткие локоны выбились из-под меховой шапочки, щеки разрумянились. Тирада отца Михаила развеселила ее, особенно то, с каким жаром он рассказывал о блужданиях несчастной души по дорогам ада.

– А тем, что ваши заклинания, карты, камушки и прочие амулеты Богу не интересны. Зато дьяволу ох, как есть дело и до вас, и до тех людей, что прибегают к вашей помощи! Вы не успеете заметить, как попадете прямиком к нему в лапы!

Дина смотрела прямо в синие глаза отца Михаила и не видела там осуждения и злобы, а только одно бесконечное сострадание к ней, легкомысленной, глупой женщине, которая не ведает, что творит, с какими силами вступила то ли в союз, то ли в борьбу…

Электричка остановилась у заснеженного перрона, и отец Михаил потерял Динару в толпе пассажиров. Темно-синяя ночь обдавала лицо морозным дыханием, в огнях вокзала было видно, как часто сыпет с неба мелкий снежок.

Дина Лазаревна взяла такси и едва не заснула, согревшись в теплом, пахнущем сигаретным дымом салоне. Сквозь дрему ей слышались предостережения священника, которые отчего-то вызывали беспокойство. Вдруг показалось, что не так уж он и неправ.

– Куда поворачивать? – спросил водитель.

Дина показывала ему повороты, – их было два, – и когда машина въехала во двор театрального дома, протянула деньги. Она торопилась. Почему-то стало страшно, захотелось поскорее войти в свою квартиру, забраться в постель и накрыться с головой одеялом. Такое чувство Динара испытывала дважды, – когда осталась дома на сутки одна, будучи пяти лет отроду; и совсем недавно, когда ее бросил Анатолий.

Машина с трудом развернулась в снегу, на мгновение осветив фарами мрак проходного двора. Дине показалось, что там кто-то стоит. Кто-то черный, длинный и жуткий, как видение из ночного кошмара.

– Это просто чья-то тень, – успокаивала она себя. – Просто тень… Что со мной? Откуда эта паника? Неужели, проповедь отца Михаила оказала на меня такое влияние?

Дина с опаской вошла в подъезд, стараясь не стучать каблуками. Суеверный ужас овладел ею. Руки так дрожали, что она едва попала ключом в замочную скважину. На лестничной площадке было тихо и пусто, даже коты куда-то делись. То ли спали в подвале, то ли сидели по квартирам своих хозяев.

Ни с того, ни с сего, Дине пришла в голову мысль об ухажере Изабеллы Буланиной, который прятался за деревьями. А что, если это действительно был кто-то другой? И если ему нужна была вовсе не Иза?

По спине Дины Лазаревны побежал неприятный холодок. В общем, ничего не произошло. Ну, стоял кто-то в тени деревьев. Ну, сегодня мелькнула чья-то тень в проходном дворе… В конце концов, все это может оказаться плодом ее воображения, и только! Но на самом деле она так не думала. Напротив, Динара была почти уверена, что оба раза некто неизвестный наблюдал именно за ней. Кто он такой? И что ему нужно? Два риторических вопроса.

Она медленно разделась и прошла в кухню. Темный четырехугольник окна пугал ее. Дина плотно задернула штору, преодолевая желание посмотреть, не стоит ли кто-нибудь в глухом тупике двора или в тени подворотни.

– Хватит! – сказала она себе. – Так нельзя! Что за чушь приходит мне в голову? Зачем кому-то за мной следить? Мужчин я не интересую в такой степени, как Изабелла; бизнесом я не занимаюсь, и воровать у меня, по большому счету, нечего…

Она поежилась. В квартире было тепло, а Дина дрожала от холода. Нехорошие предчувствия закрались в ее сердце, и она не могла с этим справиться. Пожалуй, Иза права, – стоит поставить на окна решетки. Может, позвонить ей? Пусть придет, переночует, а то что-то уж очень не по себе.

Несмотря на позднее время, Дина все-таки позвонила.

– Иза! Ты одна?

– Не-е-ет… – игриво ответила подруга. – А что? Желаешь присоединиться?

– Конечно, нет. Извини.

– Диночка, что ты хотела, душа моя?

– Просто я…хотела поговорить. Ты скоро освободишься?

– Н-е-ет…

Дина Лазаревна повесила трубку. Изабелла ночевать не придет. У нее, видимо, любовник. Что ж, придется справляться со своими страхами самой!

Она заперла дверь на все замки, проверила окна и отправилась в душ. Стоя под горячими струями воды, Дина пыталась сбросить напряжение. Это ей отчасти удалось. Она решила лечь спать на диване, заставляя себя не думать ни о словах отца Михаила, ни о своих подозрениях. Она никогда не была трусливой паникершей. Так что же случилось?