Чтение онлайн

Вся команда, тихо переговариваясь, продолжала следить за десантниками, Шепард уложили на носилки и унесли в БМП, колотушка так и стучала, но больше никто не появлялся. Инженеры и несколько десантников, матерясь, одевали обратно гусеницы на «Гризли». Другие с помощью ломиков и омниклинков выламывали из башки молотильщика зубы, складывая их в пустые контейнеры из-под ракет. Одно отделение шарилось по посёлку, не забыв отключить СОС маяк. Всё это продолжалось около двух часов, затем десантура окончательно раскурочив молотильщиков, собралась домой. В отсеки кроме Снегурки никто не полез и то Сильв отправилась туда к Джейн. Вся толпа расселась на броне и пока ехали, распевала песни, которые иногда пела Джейн в кают-компании. Так что из канала связи сейчас хором летело на русском:

Волки уходят в небеса.

Горят холодные глаза.

Приказа верить в чудеса

Не поступало. [85]

Откуда старпом их брала никто не знал, в экстранете никто таких песен не находил, хотя девушка всегда утверждала, что они не её. Но, похоже, просто врала из скромности, стесняясь выдавать, что это таки её творчество. Все делали вид, что верят Шепард, а сами считали её чуть ли не талисманом. Хотя после сегодняшнего-то, скорее всего будут считать уже без дураков, как кстати и экипаж «Токио». Вот, в камерах показались корабли и опущенные пандусы ангаров, и «Гризли» начали разворачиваться, чтобы задом заехать в ангар. Космонавты повалили вниз, встречать десантников. Враждебная атмосфера отсекалась силовой завесой и вот БМП, с сидящими на них десантниками, заползают на свои места. Парни и девчонки, в покрытой пылью броне, спрыгивают с машин. На той, что с 88-й пушкой, сзади большая вмятина, от удара башки червяка и весь борт в странных флюоресцирующих разводах.

Выгружают старпома и Акст с Дроу топают с ней в лазарет. Опять Чаквас будет ругать Джейн, хотя и вряд ли сильно. Всё же, в этот раз девушка реально вытащила десантуру из полной задницы. Куда с песнями и плясками затащили её командиры, развеяться им захотелось, тряхнуть стариной. Как же, оба капитана прошли программу N7 и круче них, только яйца варёные. Если бы не Джейни… Хотя, что сейчас гадать, что было бы если бы не…

Андерсон зашёл в БИЦ, Джефф вскочил и крикнул: — Капитан на палубе!

— Вольно лейтенант. — Ответил командир и Джокер заметил какое уставшее и посеревшее лицо у капитана второго ранга.

— Новости есть, Джефф? — Спросил Андерсон.

— Так точно, сэр. На связь выходил начальник штаба и я передал ему картинку вашего боя, так что замес с самой большой тварью командующий видел от начала и до конца. После передал приказ, сэр. — И Джеффри прокрутил запись приказа Хакетта.

— Черт. — Пробормотал командир. — Мы же все с ног валимся, кого на орбиту-то отправлять, самое главное, кто будет в БИЦ дежурить? Нахер, запускай дронов, Джефф, пусть они следят за орбитой, да Норма с Кутузовым. Эта херня для машин, а не для измотанного экипажа. Продублируй «Бородинцам», пусть запустят своих, четыре дрона это всё-таки чуть больше, чем один корабль. А остальному экипажу объяви на завтра выходной, надо наконец-то выспаться всем. Остаёшься старшим и сам выбери, кто подежурит ночью, думаю человек пяти хватит. Всё понял?

— Так точно, капитан.

— Всё, я пошёл спать, вопросы есть?

— Как там Шепард, сэр?

— Хотел бы я знать, как она… Нихера не понятно, хочешь спроси у Чаквас, может наш док ответит. Чёрт, опять эта девчонка вытащила наши задницы из могилы, это когда-нибудь кончится?

— Наверное нет, сэр. У меня такое странное чувство, что если навернётся Шеп, то вместе с ней и мы все.

— Не болтай чепухи, и вообще не смей такое говорить! Примета плохая. Всё я пошёл. — Сказал Андерсон и вышел из БИЦ.

Назначив дежурных, Джокер связался с Чаквас и спросил как там Шепард. Док ответила что плохо, и пока не совсем понятно когда же лейтенант придёт в себя. Слишком сильно она перенапряглась, за что поплатилась очень мощным откатом. — Так что Джеффри верь и надейся, что мы не потеряем Джейни. И вообще зайди-ка ко мне, тебе пора принимать лекарства, не забыл? — Сказала док, и парень понурившись, поплёлся в лазарет, лопать чёртовы таблетки, которые хоть и немного, но укрепляют его кости. После лазарета, Джеффри молча сидел в пилотской кабине и в тишине смотрел на обзорный экран, где по тёмному охристому небу летели облака. Корабль спал, лишь пятеро операторов переговаривались в БИЦ, играя в какую-то логическую игру в датападах. Ни техника, ни люди не увидели, как почти на самом горизонте мелькнула чёрная тень небольшого корабля, который быстро скрылся за горизонтом.

Женька (Борт фрегата Нормандия 2 декабря 2379 г.)

Просыпаюсь под тихий писк диагноста, открываю глаза и в синем свете ночника, вижу белый потолок с кажущейся фиолетовой полосой по краю. — Хм, корабельный лазарет, хорошо мне, видать, откатило, что Чаквас меня в лазарет определила. Хотя, с другой стороны, всё нормально, раз я в лазарете, то всё закончилось хорошо. — Чешется шрам на лице, с усилием подымаю руку и чешу его. Сильная слабость, как после первого моего опыта с биотикой. Перед глазами встаёт лицо отца, за ним чередом идут лица всех остальных. И Дениски, и Лёшки, Наинэ и Джинни, мамы, бабушки и дедушки, крохи Сэй и почему-то последним, я вижу лицо Ваньки. Как он тогда меня завтраком накормил. Зажмуриваюсь и накатывает такая тоска… Чувствую кого-то рядом, поворачиваю голову и вижу! В мягком кресле нашего доктора сидит капитан, сложил сцеплённые в замок руки на животе и спит, периодически морщась во сне. Видимо, опять какая-то дрянь снится командиру, он как-то жаловался доку, что его одолевают странные сны.

— Капитан. — Шепчу я. — Дэвид.

Андерсон вздрогнул и открыл глаза, посмотрел на меня. Встретившись со мной взглядом, улыбнулся.

— Кресло в лазарете не лучшее место для сна, командир, твоя койка в каюте гораздо лучше.

— Да я так, закемарил, всё отчеты читал, те что ребята написали по операции. И видать сморило в темноте. Ты-то как, Джейни?

— Ну раз очухалась, значит жить буду. Я ведь чёртова рыжая Шепард, как говорят, если сразу не загнулась, значит выжила.

Капитан хохотнул. — Ну, у тебя и юмор, лейтенант, да, по итогам полугода операций, тебя повысили. Твои действия против молотильщика видел сам Хакетт. Ну и пятёрку твою тоже, на нас вообще хорошо пролилось. Мне очередной раз награду дали, и письменное порицание в придачу, за не полную оценку рисков в операции с молотильщиками. Ты как, вставать будешь?

— Ну да, наверное, есть что-то хочется, которое сегодня число, сэр?

— Второе декабря, ты тут уже третьи сутки. Экипаж в панике, особенно десантники. Так что, пойду успокою людей и заодно пришлю к тебе доктора и Снегурочку.

— Спасибо, сэр.

— Это тебе спасибо, Джейн, опять ты всех спасла. И в который уже раз?

— Вы мне это говорите в восьмой раз, сэр.

— Охренеть! Восемь раз, и это только со мной. А без меня?

— Я их не считаю, сэр, зачем, просто работа такая.

Андерсон покачал головой, встал, затем порывисто шагнул ко мне, обнял и крепко прижал к груди. — Спасибо тебе, дитя моё. Ты знаешь, у меня нет детей, как-то не сложилось, а мне уже восемьдесят и на личном фронте полный штиль. Была вроде одна кандидатура, да что-то не срослось. А ты сирота и можно я по секрету буду считать тебя своей дочерью, м-м?

— Можно, сэр, считайте. — Отвечаю я.

— Вот и хорошо. — Ответил капитан, отстранился, аккуратно уложил меня обратно, тепло улыбнулся, встал и вышел из лазарета. Через мгновение из кают-кампании прилетел громогласный рёв, видимо Дэйв сообщил команде, что я очнулась.